Ирина Баранова – Город семи ветров (страница 25)

– Кярим?! Ты…

– Да, да! Я забыл его! А бумажку потерял! Ты виноват, ты затеял эту драку!

Кярим обшарил все карманы, но тщетно. Они спустились вниз, попытались искать там. Какое! В том бардаке теперь что-то найти было невозможно! Перетряхнули все барахло, что свалили кучей у злополучной двери. Все напрасно, бумажки нигде не было. Оставалось одно – вспоминать.

– Кис, кис… А! Что там еще?

Но ничего больше в голову не приходило, только дурацкое: «кис, кис». Да еще почему-то сим-сим.

– Какого черта ты не сказал мне пароль?! Твоя бесконечная жадность погубила тебя! Ты собирался сюда ездить на выходные?? Будь ты проклят!

– Ах вот как ты заговорил?! – Кярим на мгновение решил, что он ослышался. – Если бы не я и моя жадность, где бы ты сейчас был?! Гнил бы со своим папочкой в своей квартирке! Ты должен ноги мне лизать, неблагодарная тварь!

– Ноги лизать?! Кому? – Курбан захохотал. – Скоро вернутся хозяева и отлижут тебе все, что ты пожелаешь, – его смех перешел на кашель: Курбан неожиданно стал задыхаться.

– Браво, браво, браво! Мальчики, вы великолепны, прошу на бис!

Курбан и Кярим затихли, повернулись на голос. Женщина, стройная, высокая, лицо закрыто полумаской.

– Аслан, Ваха, поддержите артистов!

И она засмеялась и захлопала в ладоши.

Только сейчас Кярим с Курбаном заметили двух вооруженных мужчин, стоящих за спиной женщины.

Дьявол! Откуда они тут взялись?

Али и тем более Кярим с Курбаном просто не могли знать, что в здании не одно и даже не два помещения. Они представления не имели, сколько всего бандитов укрылось на острове и что не все они покинули его. Может, не устрой друзья разгром на складе, все бы им и сошло с рук, а кражу если и заметили, то только после того, как они благополучно скрылись с острова. Но тот шум, что они подняли, разбудил бы и мертвого в могиле.

Смех и аплодисменты звучали, словно автоматные выстрелы. Это был конец.

Кярим упал на колени и стиснул уши ладонями. Он тоже смеялся – смеялся так, что по щекам потекли слезы. Он уже не понимал, что происходит. Ему казалось, что это чей-то недобрый розыгрыш. Наверняка Али с Курбаном его решили разыграть. Сейчас смолкнут овации, зажжется яркий свет и все прояснится. Подлые мерзкие твари! Как они могли так поступить с ним?! Он никогда не простит им такого! Зухра! Зухра! Неужели и она была в курсе?! С ними заодно?!

Кярим даже не почувствовал, как что-то теплое потекло по ногам.

– Фу! Что за вонь! – громко сказала женщина. – У нас тут где-то сдох хайван?

– Этот гет верэн[25] обосрался, ханум, – ответил один из наемников.

– Пох![26] – женщина подняла с пола кусок ткани и бросила Кяриму. – Укройся, от тебя воняет.

Только сейчас Кярим понял, что он не сдержался и от страха просто обделался. Какой ужас! Он свалился на пол, сжал колени и закричал.

Курбан между тем решил воспользоваться моментом и отполз в сторону. Все его естество протестовало и не хотело принять тот факт, что ничего не сможет спасти ни его, ни Кярима. Была бы возможность, он зарылся бы в землю! Да только вот пол был забетонирован. И в этот момент судьба повернулась к нему лицом: ружье, на стене висело ружье. Курбан схватил его, передернул затвор. Заряжено!

– Ваха, справа! – крикнул Аслан, закрывая собой женщину.

Курбан и Аслан выстрелили одновременно. Тот, кого называли Вахой, согнулся пополам и рухнул на пол, но и Курбан, прошитый насквозь автоматной очередью, умер сразу.

Кярим, кажется, даже не соображал, что происходит. Безумным взглядом он смотрел по сторонам, а потом подполз к сваленному у ворот добру. Черпая руками монеты, он бросал их вверх и смеялся, смеялся, смеялся…

Амир не верил ни в приметы, ни в предсказания, ни в вещие сны. Сколько черных котов перебежало ему дорогу – не сосчитать, и возвращался он обратно за забытыми вещами не один и не два раза, а все равно жив и здоров. И даже очень удачлив. Любимая женщина, достаток, уважение и почет. Что еще надо? О чем еще можно мечтать в его возрасте? Хотя, конечно, было в его жизни и то, за что приходилось расплачиваться до сих пор. И была мечта из разряда тех, которые называют несбыточными: наследник.

Амир всегда мечтал о сыне. Нет, возможно, где-то на свете подрастали (вернее, давно уже выросли) его сыновья и дочки, но он про них ничего не знал, а это, считай, как и нет никого. А хотелось законного – того, кого совсем еще крошечным держал на руках, который встал на ножки у тебя на глазах, при тебе сказал первое слово.

Иногда ему снилось, что они с сыном мчатся по степи наперегонки с ветром. Сын – статный красавец, мечта любой девушки. Их кони не знают себе равных, а впереди – бескрайние просторы. Впереди – вся жизнь.

Он просыпался в слезах. Хорошо, что никто не видел этого и не знал, отчего грозный Амир стонет и скрипит зубами по ночам. Даже Кьяре, жене, он ничего не говорил. Тем более Кьяре: она была неспособна исполнить его мечту.

Этой ночью Амир спал очень плохо. Сновидения были настолько яркими и реалистичными, что даже проснувшись, он не сразу понял, что это был всего лишь сон.

…Небольшой отряд двигался в сторону скалистого ущелья. Узкая тропа змеей вилась между огромными валунами и то выскакивала перед самым носом, сверкая на солнце чешуей, то, прижимаясь к самым скалам, исчезала в расщелинах. Люди торопились: небо стремительно затягивали грозовые тучи, а где-то вдалеке, пока еще слабо, рокотал гром.

То ли молния ударила в соседнюю скалу, то ли эхо разнесло по ущелью звук от выстрела…

Якут, шедший впереди, резко поднял руку. Отряд остановился. Амир шел посередине, рядом с ним – Мишка и Казбек, сзади дышал в затылок Серго. Амир открыл рот и хотел спросить, что случилось, но голос пропал. Он попытался двинуться вперед, но ноги не шли, они словно приросли к земле. Остальные, судя по выражению лиц, испытывали то же самое. Хотелось бежать, но невидимая сила держала их, не отпуская из своих смертельных объятий. Вот над головами что-то оглушительно треснуло, и сразу же послышался грохот от летящих вниз камней. Сразу пришли в движение скалы, стремительно сжимаясь и отнимая у людей последнюю надежду на спасение. Кто-то положил ему руку на плечо, он резко обернулся. Дамир, лучший друг, погибший два года назад… Он улыбался, с краешка рта сочилась кровь.

– Командир, ты с нами? Давно тебя ждем…

Амир проснулся от собственного крика. Испуганная Кьяра склонилась над ним и отчаянно лупила по щекам, пытаясь привести в чувство.

Потом она спросила Амира, что так напугало его, но он не стал пересказывать сон.

День прошел в заботах, и он совершенно забыл ночной кошмар. Да и что он ему? Он же не верит в вещие сны…

Но где-то на уровне копчика Амир чувствовал: после всего этого он реально беспокоился об успехе сделки. Никаких форс-мажоров не намечалось: погода стояла хорошая, а это значит – корабль придет в срок. С их же стороны все было отлажено до мелочей: горючка приготовлена, охрана обеспечена. Да и бояться должны Мамед и его команда, это у них рыльце в пушку, и это им бабки идут в первую очередь. А люди Амира получают свою долю уже от них, от Мамеда и компании. Амир строго следил, чтоб ни грамма наркоты не осело у его бойцов и упаси боже, чтобы кто-то из них занялся торговлей зельем в метро. Нет, свою маржу от этого они получат, но уже от Мамеда.

В лучах утреннего солнца воды Каспия отливали красным, тяжелые волны лениво накатывали на берег и, шурша, убегали обратно. Море тоже просыпалось.

Вот и Артем – еще немного, и они будут дома.

Сначала Амир подумал, что ему просто показалось. Но нет! На причале действительно не было одного грузовика!

– Всем приготовиться!

На берег сходили по одному, осторожничали – мало ли что? Хотя качественную засаду тут устроить негде. Но зачем она, если можно заложить кусочек пластида, и проблема решена.

Но все было тихо. Правда, наотрез отказалась заводиться вторая машина. До тех пор, пока ее водитель не получил хорошее внушение с парой внеуставных тумаков.

До КПП добрались без приключений, но на территорию заезжать не стали. Амир послал двоих бойцов на разведку, и остальные зашли за периметр только после того, как те дали отмашку: все чисто. Лишь второй автомобиль одиноко стоит у входа в здание. Рядом никого, ворота закрыты и, судя по мигающему индикатору замка, исправны.

Амир нервничал, а ворота, как назло, не торопились открываться. Чертовы тугодумы! Жутко захотелось курить. Странное желание: он бросил двадцать с лишним лет назад, переболел, и за все эти годы ни разу не испытывал желания. Амир с остервенением пнул по камешку, валявшемуся под ногами, и вдруг увидел клочок бумаги, лежащий рядом. Он нагнулся, поднял его. Одно слово, написанное аккуратным почерком: билькис.

Амир оглянулся на бойцов. Никто из них даже не обратил внимания на то, что их командир заинтересовался какой-то бумажкой.

Кьяра! Там, внутри, Кьяра! Дьявол! Но в этот момент створки дрогнули и медленно поползли в стороны. Скорее! Ясно, как божий день – что-то произошло, и узнать это можно, только войдя внутрь.

Амир протиснулся в здание, как только позволила ширина щели. Фу, ну и вонища! – А это что за перс?

На полу сидел грязный, с в кровь разбитой физиономией, мужик. Вонял именно он, но, кажется, как раз ему-то это было безразлично. Мужчина даже не обратил внимания на Амира и только отмахнулся от солнца, проникшего в щель. Он что-то бормотал, иногда срываясь на смех, да подбрасывал вверх монеты, рассыпанные по полу. Приглядевшись, Амир обнаружил, что тут же валяется и еще много того, чье место до этого было определено на складе. Все стало ясно.