Ирина Бабич – Когда судьба – не приговор (страница 9)

– Я всегда буду стоять у тебя на пути, – сопротивлялся его упрямый соперник.

– Не желающее мириться с фиаско самолюбие настаивает на праве последнего слова?

– Моему возмездию ещё не время, – выдавил Алексей.

– В любое время к твоим услугам, – дал ему фору Андрей.

– Польщён таким небывалым великодушием, – церемонно поклонился ухмыльнувшийся противник. – Долго ждать себя я не заставлю, – пообещал он и с независимым видом удалился.

Глава 12

Минуло чуть больше часа. Ставшая причиной стольких треволнений гостья вернулась в уже унявший страсти дом. Её встретили Мишель Шаховской и застывшая в поклонах челядь.

– Позвольте выразить признательность за предложенную прогулку, в самом деле, бодрящую после проделанного пути, –благодарно улыбнулась гостья шагнувшему к ней князю.

– Смею надеяться, она не утомила ваше сиятельство ещё больше? – предположил польщённый Мишель.

– Отнюдь, прогулка развлекла меня, а Лиза – отменная компаньонка.

– Поскольку с Лизой вы уже коротко знакомы, позвольте отрекомендовать вашему сиятельству иных слуг, – обращено внимание княжны на череду ливрей. – Гаврила – дворецкий, – по очереди представлял князь дворню, – лакеи Егор, Степан и Григорий, Огюст – столичный повар, способный воплотить в жизнь любой кулинарный каприз, радеющий о княжеских лошадях Ефим, Илья, – последним назван статный молодец, – камердинер его сиятельства.

«Камердинер? – едва сдержалась, чтоб не выказать своего удивления опешившая девушка. – Почему личный слуга не при обременённом делами господине?» – размышляла озадаченная этим нюансом княжна.

– Соблаговолит ли ваше сиятельство осмотреть замок? – жестом отпустив челядь, спешил Мишель чем-то иным занять смятенные мысли гостьи.

– Я польщена оказанной мне честью, господин князь.

– Просто Мишель, – с тёплой улыбкой возразил vis-à-vis её церемонному обращению. – Льщу себя надеждой, мадемуазель не сочтёт непростительной дерзостью просьбу удостоить меня своей дружбой, – замер он в ожидании ответа смущённой его неожиданным искательством княжны.

– Для меня это высокая честь.

Вознаграждённый согласием Мишель деликатно коснулся учтивым поцелуем взволнованной женской руки:

– Благодарю за подаренную приязнь, ваше сиятельство.

– Ольга, – с бесхитростной улыбкой поправила девушка.

Оба с шутливой обходительностью раскланялись. Её рука из ладони довольного сближением князя перекочевала в изгиб мужского локтя.

Из мраморного кольца колонн девушка инстинктивно шагнула влево, к двери некогда сразившей взгляд залы. Перед обращёнными в прошлое глазами скользил по паркету пёстрый хоровод масок, у банкетки вновь ожили три мужские фигуры. Роковой поворот головы корсара, полонез с ним глаза в глаза, разговор наедине, такой желанный, такой короткий.

Очнувшись, она непроизвольно вздрогнула, машинально сжала руку заботливо глянувшего на бледную девушку князя.

– Угодно посмотреть другие комнаты? – деликатный к её чувствам, выговорил Мишель.

– Да, – кивнула Ольга, – уйдёмте отсюда, – обернулась она спиной к непреходящим воспоминаниям.

Оба направились в противоположное крыло. Вниманием гостьи завладел колоритный интерьер столовой: в центре –дубовый стол в содружестве с дюжиной стульев, бронзовые шандалы на звериных лапах по углам, облицованный диким камнем камин, две венчающие суровое величие кованые люстры на цепях, падающих с надёжных крюков, пронзивших массивные деревянные балки у потолка. Соседняя комната – затенённая гостиная, уютное пристанище заядлых охотников, по окончании любимой мужской рукой потехи хвастающих трофеями под выстрелы бутылок с игристым и восторженные возгласы товарищей. На пол к ногам благоволящей им фортуны брошены шкуры сражённых свинцом или булатом кабанов и медведей, распластавшиеся мохнатыми островками между широкими диванами и трио кресел. Напротив двери – камин серого с розовыми прожилками мрамора, рядом – наполненная дровами кованная замысловатым узором поленница.

По уходящей серпантином вверх лестнице они поднялись этажом выше. Коридор в свете десятка бронзовых бра между дверьми спален. Остановившись у предпоследней, Мишель пригласил спутницу войти. Уютная квадратная комната в два окна, озадаченная преобразованием к нежданному появлению в мужском холостяцком пристанище юной представительницы прекрасной половины. Ступившую за порог ногу нежит ворс пушистого ковра на вощёном до блеска паркетном полу. В округлых нишах ажурных деревянных панелей – гобелены в пастельных тонах. В правом углу – укрытая от нескромных взглядов за складками шёлковой акварели полога застенчивая кровать. Подле – бдительный страж безмятежных мыслей и снов – согревающий тело и душу мраморный камин. Слева – туалетный столик красного дерева, овальное зеркало в узорной оправе в содружестве с бронзовыми канделябрами, ширма с гравюрами – сценами охоты, обитая дамастом софа, забавный пуф и трогательно-удобная скамеечка для ног.

Нерешительно шагнув в предвосхитившую её ожидания обитель женственности, Ольга повела ладонью по ласкающему кожу атласу постели, подивилась затейливым безделушкам на полке камина, уступившая искушению, полюбопытствовала о содержимом мудрёного ларчика на столе, открывшего взгляду соблазнительное разнообразие женских мелочей.

– Уютная пристань сердца-изгоя, – выговорила княжна, впечатлённая подкупающей чуткостью хозяина дома.

Почему в её красноречивом взгляде князь читает открыто противящуюся щепетильности досаду?

– Вам чего-то недостаёт? – окликнул удручённую княжну спутник.

– Зачинщика трогательного волшебства в мою честь, –ещё пеняя сконфузившим её сердце чувствам, проронила уже справившаяся с неловкостью Ольга. – Мне жаль, что в силу не кстати отлучивших его сиятельство от дома обстоятельств я лишена возможности теперь же поблагодарить за заботу, коей, как истинно приветливый хозяин, князь благоволил удостоить гостью, перевернувшую с ног на голову уклад его жизни.

На застигнутого врасплох, казалось, справедливым, но в свете последних событий непредсказуемым ропотом гостьи, потерявшегося с сиюминутным ответом ей Мишеля обращён испытующий взор vis-à-vis. Всё же заподозривший в её словах подвох, сладив с замешательством, князь улыбнулся мыслям.

– Мои кажущиеся нелепыми сетования позабавили вас? – проронила заметившая усмешку, смущённая ею девушка.

– Вы подарили меня небывалым удовольствием, – спешил объясниться нечаянно уязвивший её чувства Мишель, – сделав свидетелем благодатных метаморфоз. Мне отрадно видеть, как ваши каких-то пару часов назад потухший взгляд и остывшая душа всё же воскресли в первом за долгий срок желании.

– И что для них ещё несколько дней до его исполнения? – уже улыбнулась вдохновлённая княжна. – Я стану терпеливо ждать приезда достойного признательности хозяина дома и моего переминающегося на его пороге будущего.

Глава 13

Оставленная осваиваться в устроенной для неё комнате, ещё час спустя сошедшая в столовую к приуроченному в честь гостьи обеду, Ольга снова встретилась с раскланявшимся с нею Мишелем. В течение продолжившего их знакомство, совсем раскрепостившего обоих разговора в незыблемом содружестве с союзниками – деликатностью и тактом – князь наблюдал за vis-à-vis, недавно отверженной, но снова ставшей средоточием внимания галантного кавалера и готовой к услугам челяди, разительно оттого преобразившейся.

– По окончании трапезы я вынужден оставить вас, – выдержав паузу меж переменами блюд, сообщил он княжне. – К моему безграничному счастью, и меня с нетерпением ждёт любимая женщина, – тронула губы благоговейная улыбка.

– Я понимаю ваше желание быть подле неё, – проронила Ольга, – засим не смею ни минутой дольше удерживать здесь, продлевая томительную разлуку.

– Заверяю, и ваше вынужденное уединение в этом доме не будет долгим, – не мешкал Мишель утешить ту, чьё сердце исподтишка царапнула боль нового одиночества.

– За несколько месяцев презрения и забвения я свыклась и смирилась с ним, – жалко улыбнувшаяся, понурила голову девушка, – спасённая от отчаяния до последнего преданными друзьями – книгами. В силу перекроивших мою жизнь событий с ними меня также разлучили. Едва ли у меня есть право роптать, но в восхищающем взгляд замке, удовлетворяющем изысканным вкусам хозяина, осиротевшему сердцу отдушины нет: ни маломальской библиотеки, ни инструмента, – пояснила она чуткому слушателю.

– Дерзну возразить вам, – откликнулся проникшийся её чувствами Мишель. – Частый гость этого дома, знаю наверное: ваше шапочное знакомство с ним скоро перерастёт в тёплую приязнь, – упокоило девичьи пальцы пожатие мужской руки. – Исполненные духом незаурядного хозяина стены преподнесут вам не один сюрприз, – тронула губы интригующая улыбка.

– Звучит заманчиво, – неуверенно вымолвила девушка. – Хочется верить в забывшее дорогу в мою жизнь чудо.

– Нужно верить, – колеблет её сомнения Мишель, – верить в самоё себя, во имя обетованного счастья готовую на борьбу с извечным врагом людей – судьбой.

– Думаете, мне достанет духу бросить ей вызов? – глядит на князя ошеломлённая его суждениями девушка.

– Отриньте сомнения, – увещевал Мишель. – Дерзните ей противостоять! Иначе зачем жить?

– Кажется, житейская мудрость говорит вашими устами, Мишель, а с нею не поспоришь, – улыбнулась Ольга. – Я должна попытаться отстоять своё право на иную участь. Я хочу иной жизни. Однако я не могу не отдать должное моему противнику: жребий подарил меня встречей с вами, – с признательностью заметила она, – с первым настоящим другом.