Ирина Андржеевская – На причале печали. Второе издание, дополненное (страница 14)
На свет появилась Волна
И долго блуждала в белёсом тумане,
Не зная покоя и сна.
С соседними волнами вроде дружила,
Но, грусть свою глубже храня,
Она только Ветром одним дорожила,
Сближаясь с ним день ото дня.
И Ветер, всё выше Волну поднимая,
Понёс её в тайную даль,
Её роковую судьбу принимая,
Её понимая печаль.
Чего ожидала Волна от прибоя?
Рассыпался узел волос…
Хотела любви, но никак не покоя,
И Ветер всё мчал её, нёс.
В томительном беге росла незаметно,
Всю мощь собирая в себе.
А чёлка на гребне закручена Ветром…
Ах, Ветер, как грустно тебе!
Пришла, прилетела… Вот берег желанный!
Могучий, пронзительный всплеск,
И грохот, и хаос, и вой первозданный,
И сине-сапфировый блеск.
Всю силу, всю мощь отдала до предела,
Рванулась в прибойном рывке
И в брызгах, и в пене коктейлево-белой
Исчезла на мокром песке.
И брызги, рождённые в муках сомненья,
Подхватывал Ветер с тоской.
Ах, Ветер! Напрасны твои сожаленья.
Утешься, бродяга морской!
Волна растворилась в зелёном прибое,
Но брызги с горчинкою слёз
И с неразделённой заветной любовью
Нам Ветер солёный принёс.
Далеко, далеко, далеко…
Далеко, далеко, далеко
Разлилось в небесах молоко,
И белёсый туман,
Как молочный обман,
И поверить нам в это легко.
Мы молчим, понимая без слов
Пыл рябин, и вихрастость дубов,
И задумчивость ив…
Всё на свете забыв,
Мы молчим, значит, это любовь.
Дождик в Сочи
Небо и море прошиты дождём,
Край горизонта прострочен,
Серо-белёсым ватином на нём
Лёгкий туман приторочен.
Шьёт занавесочки дождик-портной,
Строчки косые ложатся,
Чтобы за серой сплошной пеленой
Тучки смогли искупаться.
Воспоминания о будущем
Я не хочу быть приключением,
Шутить с тобой, играть тобой,
Хочу, пусть даже на мгновение,
Но быть судьбой, твоей судьбой.
И пусть она ведёт заведомо
Тебя ко мне, меня к тебе,
А приведёт ли – нам неведомо,
Я молча улыбнусь судьбе.
И буду верить в невозможное, 
