Ирина Алексеева – Не будите спящего дракона. Часть вторая (страница 4)

– Лили оставила вам свою сорочку, – все еще смущаясь, сказал мужчина. – Не спать же в платье. Помнется еще.

Да и не лезть же в пыльной дорожной одежде в чистую постель.

Я еще раз от всей души поблагодарила хозяина дома и, когда он вышел, начала готовиться ко сну. Дети уже расположились в своих кроватках. Девочка мирно сопела, мальчик смотрел на меня темными, любопытными глазами, а малыш Кевин беспокойно ворочался. Пожелав всем спокойной ночи и не получив ответа, я улеглась на свой матрас. Было немного жестковато, но от моего ложа приятно пахло сеном и дикими травами, что способствовало крепкому сну, поэтому вместо того, чтобы тщательно обдумать свои дальнейшие действия, я поддалась соблазну и закрыла глаза – но не надолго.

Разбудил меня плач малыша Кевина. Подскочив, я подбежала к его колыбельке, удивляясь, почему Лили с Томом до сих пор не ворвались в детскую. Неужели так крепко спали? Склонившись над ребенком, я запустила в него заклятием диагностики. Он не был ни мокрым, ни голодным, но, как и предупреждал Том, страдал от боли в деснах. Облегченно выдохнув, потому что мне было известно, что с этим делать, я сотворила слабое заклятие обезболивания. Для такого малыша этого было достаточно. В тот момент, когда малыш, наконец, успокоился и начал засыпать, прибежала Лили. Она окинула детскую удивленным взглядом.

– Мне показалось, он плакал, – сонно пробормотала она и, поправив одеялко дочери, удалилась.

Усмехнувшись, я вернулась на свой матрас и до самого утра проспала, как убитая, потому что никогда в жизни у меня еще не было такой стойкой уверенности, что все непременно будет хорошо.

Глава 3

Тейла

Проснулась я на заре, с третьими петухами, когда в доме уже слышались шаги и голоса. Дети продолжали мирно спать, посапывая в подушки, и я тихо, чтобы не разбудить их, переоделась в своё платье и выскользнула из комнаты.

Мне не доводилось раньше жить в простом городском доме, и, не отыскав умывальника внутри, я вышла на улицу, чтобы набрать воды хотя бы в колодце. Здесь, во дворе, под первыми бледными лучами солнца сидел Том, который успел остричь свою густую бороду, сделав её аккуратной и приличной. Я даже с трудом узнала в нём своего недавнего попутчика.

– Доброе утро, эйр Реджинальд, – поздоровалась я.

Он коротко обернулся, а потом с усмешкой вернулся к своей работе – починке старой телеги, которая, судя по виду, давно уже покосилась.

– Доброе утро, эри. Можете называть меня просто Том, нет необходимости во всех этих формальностях. Мы люди простые.

Он с кряхтением приподнял телегу и несколько раз ударил по ней молотком.

– Тогда и вы зовите меня просто Тейлой. Кстати, прекрасно выглядите.

Мужчина выпрямился, повёл сильными плечами и бросил молоток в ящик с инструментами.

– Меня жена стрижёт, – произнёс он с доброй улыбкой. – Только нечасто я дома бываю, хозяева редко отпускают семью проведать.

– Работаете далеко от Ксартона? – удивилась я. – Разве в столице нет работы для такого работящего человека?

– Семья графа Тальбот платит хорошо, а у меня семья, дети, – пояснил Том. – У парней должно быть лучшее начало жизни, чем у меня. Образование, опять же. А малышке приданое, чтоб по любви могла замуж выйти. Оно же видишь как бывает, и любовь есть, а статус не позволяет.

– Значит, вы не так часто бываете дома?

– А что делать, – усмехнулся он и кивнул в сторону корыта, стоявшего на солнышке у самой завалинки. – Свежая вода из колодца, она для полива, но можно ею и умыться.

– Спасибо, – искренне выдохнула я, удивляясь, что этот человек словно читает мои мысли.

– Что дальше делать будешь? – спросил он, когда я присела возле корыта и с упоением плескала себе в лицо прохладной водой.

– Отправлюсь на площадь и поищу работу. Для начала попробую устроиться на постоялый двор, скоплю немного, а потом буду искать работу по профессии.

– У вас есть профессия? – на крыльцо вышла Лили с малышом на бедре. Тот вцепился маленькими ручками в мамины волосы и оглядывался с некоторым недоверием. А потом увидел меня и, заулыбавшись, потянулся ко мне так, что мать чуть не уронила его в мокрую от росы траву.

– Моя бабушка была целительницей и всему меня научила, – почти не соврала я. Протянув руки в сторону малыша, подхватила его в тот самый момент, когда он запутался в собственных ножках и чуть не плюхнулся в корыто. – Скажи “а-а-а”.

Малыш расхохотался, и в этот момент я заглянула ему в рот. Кивнула.

– Зубки в дёсны встали, вот он и плачет по ночам. Ему скорее всего жевать больно, исключите на время твёрдую пищу, пока не прорежутся, и сделайте ему соску с размоченными в кипятке цветками небесника и корешками каллы. Только не перепутайте, а то начнутся проблемы с пищеварением.

– Вы действительно в этом понимаете? – недоверчиво уточнила Лили. – Простите мои сомнения, но речь идёт о здоровье моего…

– Мне не привыкать, – я пожала плечами и выпустила малыша, который заинтересовался ползущей по травинке божьей коровкой. – Мало кто доверяет незнакомой целительнице моего возраста.

– Надеюсь, вы не обидитесь, если я уточню у местного врача?

– Что ты у него уточнишь, если он на все жалобы отвечает, что это ребёнок, и все дети плачут, – проворчал Том. – Лучше сделай, как говорит Тейла.

– Думаешь, ей можно верить?

Он опустил на жену такой строгий взгляд, что она молча взяла на руки ребёнка и ушла в дом, бросив по пути:

– Идите завтракать, каша уже готова.

Когда я добралась до дворца и в нерешительности остановилась посреди площади, город уже проснулся. Мимо проезжали экипажи, ходили люди. Мужчины таскали мешки и коробы, тащили телеги, женщины проходили с корзинами самых разных размеров и форм. Торговцы открыли свои лавки и теперь кричали, зазывая покупателей, и только стража стояла на своих постах, как каменные изваяния, и никуда не спешили.

Итак, мне необходимо доставить письмо принцу. Если бы это было сообщение от какого-нибудь графа или барона, то его наверняка направили бы сюда, во дворец, и передали вместе с остальной почтой. В моём времени подобные письма доставляли уполномоченные гонцы с соответствующим удостоверением, и вряд ли здесь ситуация сильно отличается, а передать такому гонцу письмо – надо ещё постараться.

Вынулв из-за пазухи письмо, я ещё раз осмотрела его. Никаким образом не подписанный лист, скреплённый с помощью метки. Вскрывать нельзя – будет заметно. Но и почтой не отправить – без гербовой печати рода никто не станет доставлять письму принцу лично в руки.

Злая на себя, на Рионара и на Сагатонов, которые напали на мой замок, я с раздражением потёрла ладонью лоб. Никакого плана, никаких инструкций: импровизируй, Тейла! А если не справишься, останешься в прошлом навсегда, род Мораев погибнет, а Шайгенар так и останется под властью сил Тьмы.

От мысли о том, что Рионар со дня на день может уснуть вечным сном, у меня дрогнуло сердце. Если это произойдёт, смогу ли я пробудить его вновь? И почему вообще мой поцелуй смог развеять вечный сон?

С мысли меня сбила заржавшая прямо над ухом лошадь. Сидящий верхом мальчишка резко натягивал поводья, пытаясь развернуть её в сторону, а когда, наконец, удалось, крикнул мне:

– Чего стоишь на дороге! – и скрылся в ближайшем переулке.

Я чуть было не задохнулась от возмущения, но всё же решила, что мальчик прав, и спокойно подумать, стоя посреди оживлённой площади вряд ли удастся. Поэтому я огляделась и, увидев чуть в стороне доску объявлений, о которой говорила Лили, подошла к ней, не рассчитывая особо найти в ней что-то полезное. Взгляд бесцельно блуждал по обрывкам бумаги, на которых от руки было написано про какие-то товары, обмены, комнаты на постоялых дворах… и тут взгляд зацепился за аккуратную, сильно отличающуюся от остальных, гербовую бумагу. На ней ровным, неестественно красивым почерком было выведено: “В Белый Дворец требуются горничные с опытом и рекомендациями от любого графа, барона или маркиза королевства Шайгенар.”

Горничная во дворце? А вот это уже кое-что! Если удастся получить там работу, у меня появится возможность не внушая подозрений приблизиться к Рионару и передать ему письмо.

Уточнив, где происходит отбор горничных, я отыскала взглядом ближайшего стража и уверенно направилась прямо в его сторону. Тот не обращал на меня внимания даже когда я подошла в упор и, прищурившись, стала всматриваться в ничего не выражающую физиономию.

– Здравствуйте, вы не могли бы ответить на пару вопросов?

Страж опустил на меня взгляд, но сам при этом даже не пошевелился. Пёрышки, привязанные под остриём его алебарды, лишь едва покачивались на ветру.

– Я направляюсь на отбор горничных в Белый Дворец. Согласно имеющимся у меня данным, он проходит по утрам в хозяйственном корпусе левого крыла.

Страж продолжал молча смотреть на меня.

– Вы потрясающе дружелюбны, – улыбнулась я. – Так куда мне идти?

Он взглядом указал направо, туда, где Дворец становился более низким и пологим.

– Да, мне известно, где находится левое крыло, – терпеливо ответила я, начиная злиться из-за поведения стража. – Но где хозяйственный корпус?

Страж не ответил, только поднял взгляд туда, куда он был устремлён изначально. Я раздражённо щёлкнула по кисточке, которая свешивалась с плеча его форменного кителя и зашагала к левому крылу в надежде, что там найдётся кто-нибудь более разговорчивый, чем этот тип.