Ирина Агулова – Мама по ошибке (страница 2)

– Эх, дорогая Марья Петровна, поверю вам на слово, – пробормотала я, прихватив с собой биту, до этого момента мирно лежавшую на заднем сидении, и, распахнув дверь, вышла из машины.

В любом случае, выбора особого-то и не было. Не стану же я сидеть в машине в ожидании путника на белом коне, марки Мерседес, спешащего мне на помощь, когда до ворот расписного теремочка рукой подать. Тем более, учитывая, что за те тринадцать километров, что пронеслись перед глазами после кольцевой, мне так ни одна машина и не встретилась.

Я правильно рассуждаю? Правильно!

Главное – мыслить позитивно и верить в то, что удача сегодня на моей стороне. Ну, а если она всё же повернулась ко мне совсем не тем местом, что ж, считайте – я пала жертвой на алтаре науки.

Подбадривая себя подобным образом, ступила на мокрый асфальт, по которому, как назло, поползли липкие щупальца тумана, окутывая растущие рядом с дорогой деревья и кустарники густой пеленой, да ещё с такой скоростью, словно какой-то шутник поставил неподалёку дымную установку, что используют пиротехники.

Закинув сумку на плечо и перехватив биту поудобнее, я поспешила к воротам, стремительно исчезающим в молочной пелене тумана. Почему-то подумалось, что если они скроются из вида совсем, то больше никогда их не увижу, а оставаться один на один с дикой природой я пока была не готова. Пришлось ускорить шаг, успокаивая себя тем, что это вовсе не из-за страха, и за спиной не слышатся крадущиеся шаги, и паника ничуть не сдавливает грудь, я просто тороплюсь на встречу, назначенную Вике.

Последние метры я готова была бежать, но гордость не позволяла, а может, и здравый смысл, советовавший не ускорять шаг, чтобы не провоцировать хищника, который мог наблюдать за мной из чащи. Поэтому к воротам я подошла с высоко поднятой головой и едва заметной улыбкой на губах, правда, с дрожащими руками и ногами, но это уже мелочи.

Стоило коснуться решётки, как ворота, слегка скрипнув, открылись без моего участия, видимо, сработал какой-то датчик, хотя, моя неуёмная фантазия уже расшалилась не на шутку, подбрасывая всевозможные варианты магического вмешательства.

Решительно шагнув за ворота, я остановилась, вздрогнув от неожиданности, когда те вернулись на место, отрезав путь к отступлению.

«Там чудеса: там леший бродит,

Русалка на ветвях сидит…»

Всплыли в памяти любимые строки из поэмы Пушкина, и взгляд неосознанно пробежался по высоким раскидистым дубам в поисках данного персонажа народного фольклора, и, естественно, никого не обнаружив, устремился на дверь, украшенную резьбой.

Оставалось всего лишь подняться по широким ступеням и постучать, но тут решимость покинула меня окончательно. Казалось, если я сделаю это, моя жизнь измениться кардинально…

Глупости! Я всего лишь объясню ситуацию, вызову эвакуатор и уже к вечеру буду дома.

Тряхнув головой, приводя мысли в порядок и отбрасывая сомнения, я сделала шаг, затем другой, и дверь, с которой не спускала взгляда, вдруг начала отворяться под звон в ушах и гулко бьющееся сердце.

– Светлая? – проскрипел старческий голос, назвав нашу с Викой фамилию, и я с трудом разглядела в густой тени того, кому он принадлежал. – Задерживаетесь, милочка, нехорошо!

Маленький старичок, ростом мне по пояс, с густой всклоченной бородой, что казалась белее снега, застыл в проёме, глядя на меня выжидающе, но, так и не дождавшись никакой реакции, сделал несколько шагов вперёд и пощёлкал пальцами у меня перед носом.

– Чего застыла? Али проблемы со слухом? – поинтересовался он недовольно, а я, вместо того чтобы ответить что-либо внятно, открыла рот, и тут же его закрыла, ошарашенная тем, что увидела при свете дня – уши у старика были вытянутыми, с мохнатыми кисточками на концах, как у белки, вместо носа торчало нечто, похожее на сучок, а в волосах, на макушке, проглядывали маленькие рожки, как у молодого оленёнка.

При виде такого набора под названием «Мечта сумасшедшего» я нервно захихикала и уже собиралась потереть глаза, чтобы убедиться лишний раз, что это чудо мне не мерещится, но вовремя передумала, вспомнив о макияже и, как истинная женщина, стоически перенесла возникший порыв, лишь немного поморгав в надежде, что мираж всё-таки развеется. Правда, мои попытки, кажется, приняли совсем не за то, чем они являлись на самом деле, поскольку дед молодцевато вскинул бровь и даже приосанился, стараясь казаться выше.

– Она не только глухая, но ещё и немая, – выдал он, растягивая губы в улыбке, демонстрируя мелкие острые зубы, – вот же повезло лорду, прямо-таки мечта, а не женщина.

– Да слышит она тебя, старик, – раздался из дома сухой женский голос, – и к тому же видит твоё истинное лицо сквозь личину.

– Да ты что! – восхитился тот, глядя на меня восторженными глазами. – Знавал я такую молодку, лет триста назад…

– Хватит болтовни, – резкий окрик вмиг согнал улыбку с морщинистого лица, – мы теряем время, хранитель.

– Что ж, заходи, девица-красавица, коли пришла, – махнул рукой старик, приглашая в дом, при этом почему-то виновато отводя взгляд в сторону. – Так ты, действительно, Светлая?

– Да, но… кхм, того… этого… в общем, не та, что вам нужна, – запинаясь выдала я, блеснув красноречием так, что у самой чуть не завяли уши, при этом пятясь назад. – Извините, если что не так, но мне пора домой.

– Стоять, – прозвучал за спиной женский голос, который всего минуту назад раздавался из глубины дома, и я, обернувшись, столкнулась лицом к лицу с его обладательницей, замерев на месте, словно перепуганный кролик, под гипнотизирующим взглядом зелёных глаз с вытянутым зрачком.

Глава 2

Женщина, стоявшая передо мной, оказалась невероятно красивой. Строгие черты её лица отличались правильностью линий – высокие скулы, прямой нос, пухлые губы, длинные густые ресницы и брови вразлёт – всё в ней было идеальным, но в то же время нагоняло страх, словно за этой красотой скрывался… хищник? Почему-то в мыслях промелькнуло именно это сравнение, и появилась уверенность, что тот волк, чей вой я слышала неподалёку отсюда, ей и в подмётки не годился. Инстинкт вопил об опасности, вот только предпринять я ничего не могла.

Время будто бы замедлило ход. Я видела разгорающиеся искорки в глубине зелёных глаз, причём, вполне реальные, а не образные, и не могла пошевелиться, чувствуя оцепенение во всём теле, словно каждую клеточку сковало льдом.

– Леди Эмилия, вы же знаете, что в приграничье нельзя пользоваться магией. – Не видя старика, я чувствовала его недовольство, сквозившее буквально в каждом слове. – Следуя правилам, я должен вынести вам предупреждение.

– К Хоргу твоё предупреждение, старик, – в голосе женщины слышалось утробное рычание, – моё терпение на исходе. Если у тебя есть время для светских бесед с этой человечкой, то у меня его нет, как и у моих внуков, – на последних словах голос дрогнул, на миг открыв ту боль, что таилась в её душе, но тут же набрал силу, скрывая всё под маской безразличия, – так что отбросим условности. Готовь переход.

– Но договор ещё не подписан, – попытался возразить тот.

Женщина вскинула руку, в которую опустился свиток золотистого цвета, появившийся будто из воздуха.

– Сейчас мы исправим это досадное упущение, – усмехнулась она.

– Леди, договор должен быть подписан добровольно, – попытался образумить её старик.

– Она сама откликнулась на наш зов, сама пришла в вашу лабораторию и сдала кровь на совместимость, сама согласилась на необходимые тесты? – уточнила женщина, едва сдерживая ярость.

– Сама, – промямлил дед, совсем растерявшись.

– Там, за воротами, она проявила выдержку, не испугавшись твоих проверок, и сама дошла до ворот, несмотря на страх, появившийся в её сердце. Так? – её голос звенел натянутой струной.

– Так, – обречённо согласился старик.

– Тогда какое тебе ещё нужно согласие? – сорвалась она, не справившись с эмоциями, и на её лице проступили мелкие чёрные чешуйки, а из-под верхней губы показались клыки.

– Подписывайте, – пискнул старик, видимо, окончательно растеряв последние капли находчивости.

Женщина растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал, и, взяв мою руку, безвольной плетью висевшую вдоль тела, сделала надрез на ладони удлинившимся когтем. А я в это время не то, что пошевелиться, даже пикнуть не могла.

Алая капля, скатившаяся из ранки, взмыла вверх и опустилась на развернувшийся в воздухе свиток, рядом с пылающей печатью в нижнем правом углу. После этого женщина проделала те же манипуляции со своею рукой, и пару секунд спустя на свитке заалела вторая капля крови.

– Формальности соблюдены, – холодно констатировала она, – открывай проход.

– Следуйте за мной, – вздохнул старик, направляясь к воротам, через которые я сюда попала.

– Следуй за мной, – повторила незнакомка, обращаясь ко мне, и я, как безвольная кукла, повиновалась, при этом совершенно не испытывая эмоций. В мыслях образовалась пустота, впрочем, как и в душе, словно всё моё восприятие отключилось по щелчку пальца, и… меня это совершенно не беспокоило. Не было ни волнения, ни страха… не было ничего, лишь звенящая пустота всё сильнее расползалась внутри, грозя поглотить то, чем я дорожила, что любила.

Старик, подойдя к воротам, раскинул руки в стороны, и, запрокинув голову, замер.