Ирэне Као – Каждый твой вздох. Там, где заканчиваются слова, начинается танец (страница 32)

Сейчас он смотрит на вершину скалы, возвышающейся над морем как доисторическое животное. Она пробегает пальцами по его спине, легонько лаская:

– Куда ты смотришь?

Маттиа чувствует, как по всему телу разливается жаркая дрожь.

– На наш трамплин, – отвечает он нарочито серьезно.

– Только не говори, что хочешь оттуда спрыгнуть!

– Только вместе с тобой. – Он берет ее за руку, помогая подняться со скалы, на которой они сидят. – Давай вместе. – Он будто умоляет ее взглядом.

Взрослый мужчина с глазами бесшабашного подростка. Бьянка стоит как вкопанная.

– Ты совсем сбрендил? – Она словно рассекает воздух перед его лбом. – Там же метров тридцать!

– Да ладно тебе! Не преувеличивай… – подтрунивает он. – Ты просто трусиха, – тут он смотрит на нее с выражением маньяка и смеется. – Но должен уточнить: самая сексуальная трусиха, каких я когда-либо видел.

Она испепеляет его взглядом и делает вид, что не слышала его шутки.

– Ничего я не боюсь! – это неправда: страхов у нее много. – Только псих решится прыгнуть оттуда!

– Ну, мы ведь с тобой чуточку сумасшедшие? – головокружительно улыбается он в ответ.

– Может, и так.

– Ты мне доверяешь? – и снова этот свет в глазах.

– Нет. – Качает она головой, но улыбается в ответ.

– Отлично. – Маттиа берет ее руку и решительно поднимает. – Идем.

«Это безумие», – думает она, ведь она панически боится высоты, но все равно идет за ним. Теперь это самый настоящий вызов. Ему, ей и ее тормозам. Вызов между телом и душой.

Мелкими шажками они доходят до скалы. Вокруг – ни души, все разошлись. Солнце уже садится за горизонт, его красные лучи отражаются на лазурной глади моря. Чем выше они поднимаются, тем сильнее кружится голова и дрожат ноги, но, вцепившись в горячую руку Маттиа, она чувствует себя в безопасности. Вот они уже и на самой вершине. Он подходит ближе, а она не решается посмотреть вниз.

– Готова? – спрашивает он.

– Не знаю, – ей страшно, вид у нее, как у мокрого котенка.

Он берет ее за подбородок и жадно целует, погрузив язык ей в рот и притянув к себе за еще влажную прядь волос. Затем одна его рука скользит по ягодицам и пытается проникнуть под купальник, но она шлепает его.

– Ладно, ладно… не буду… пока. Но слушай: когда мы нырнем, отпусти меня, а то сделаем друг другу больно. Поняла?

– Да. – Она уже не владеет собой, но знает, что вернуться было бы еще хуже.

– На счет три. – Маттиа еще крепче сжимает ее руку, как будто хочет передать свою энергию. Она закрывает глаза, делает глубокий вдох, открывает их. Смотрит вниз. Там не тридцать метров, а больше – она и сама не знает сколько. Да и какая теперь разница?

– Давай.

– Раз. – Он чуть пятится, чтобы взять разбег.

– Два, – доверчиво смотрит ей в глаза.

– Три-и-и!!!

Сердце выскакивает у Бьянки из груди. Мурашки. Страх. Адреналин. Освобождение.

Прыжок с закрытыми глазами в пустоту – вместе, но расцепив руки. Они ищут друг друга и находят под водой, и снова берут друг друга за руки и всплывают. Маттиа обнимает ее своими сильными руками, и в этот момент она знает, что ей ничто не грозит. Бьянка чувствует себя легкой, живой. Другой. Она убирает влажные волосы с его лица и целует в соленые губы.

– Спасибо, – шепчет она ему на ухо, словно оглушенная: толчок был ощутимым.

– За что? – Он сжимает ее бедра, давая понять, что хочет ее. Здесь, среди волн.

– За все.

Маттиа ненадолго погружает ее под воду и улыбается, видя, как она хватает ртом воздух, когда выныривает. Затем приподнимает ее сзади и целует в шею. Потом кусает, передавая ей электрический разряд. Она чувствует, что уже готова отдаться ему, стать с ним единым целым посреди этой бескрайней синевы. Он снимает ее плавки и погружает внутрь палец. Внутри она горячая. Бьянка издает сдавленный крик. Какое-то время они обнимаются, прижимаясь друг к другу кожей. Дыхание в такт, сердца бьются в унисон. В этой игре нет победителей и проигравших. Только наслаждение.

Маттиа снимает костюм и решительно отбрасывает его в лодку, вместе с плавками Бьянки, которая тем временем сама сняла верх. Голые, они плывут к скалам. Он первым взбирается и протягивает ей руку, чтобы помочь, а когда она дает ему руку, начинает ее целовать. Затем нежно укладывает на землю, гладкую, еще теплую от лучей солнца. Разворачивает полотенце и подкладывает ей под голову. В этом затерянном уголке, на этой первобытной земле есть только они двое, да еще шум волн. Два тела, сгорающие от энергии и желания. И когда он входит в Бьянку, она забывает обо всем. Есть лишь два тела, которые обнимают друг друга, трутся друг о друга, дышат в унисон, борются, кричат, мирятся и наконец превращаются в единый пульсирующий организм.

Открыв глаза, они чувствуют, что оказались где-то в другом измерении, над землей. Маттиа обнимает ее за плечи, и она обвивает его тело. Так они лежат в тишине, убаюкиваемые шумом волн и собственного дыхания, и время словно растворилось в бесконечности и само кажется бесконечным.

– Мне давно не было так хорошо, – бормочет Маттиа. И едва он осознает, что сказал, как в животе будто разрывается мощный разряд, и он немедленно отстраняется от нее.

«Совсем как в прошлый вечер, – думает Бьянка. – Только что он был так близко, что сердце разрывалось, а в следующий миг – словно улетел в другую галактику».

Ясно, он чего-то безумно боится, как и она сама, но она решила забыть обо всем, ей кажется вполне естественным прижиматься к нему.

– Дай мне тебя обнять, – шепчет она ему, глядя прямо в глаза. – Нет ничего опасного в том, что мы нравимся друг другу, правда?

Он отдается во власть ее нежных рук. «Кто ты, Бьянка Колли, с какой ты планеты?» – спрашивает он про себя, но молчит.

– Кто-то тебя ранил, да? – Она гладит его волосы, как бы прогоняя прочь плохие воспоминания, терзающие его разум. – Это видно по твоим глазам.

– Моя проницательная королева… Меня бросили почти у алтаря, представь себе! – признается Маттиа. Эти слова даются ему так естественно, что даже странно. – Но уже прошел год. – Он делает попытку хихикнуть. – Можно сказать, я переварил травму.

– Что ж, а у меня закончились отношения, которые длились почти всю мою взрослую жизнь. Похоже, у нас с тобой соревнование, кого больнее ранили.

– Ничего себе! – Он ошарашенно смотрит на нее. – Не представляю, каково это быть с кем-то так долго…

– Я и сама не представляла, пока не узнала, что он мне изменяет. – Она тоже пытается смягчить свои слова смехом, в котором слышатся нотки сарказма и смущения. Ей не хочется больше ничего говорить, чтобы не разрушить химию, которая возникла между ними. – Этот остров помог мне переродиться. Вместе с танцем – он всегда со мной.

– Как и твой талант. Не забывай об этом. – В его глазах снова плещется этот вибрирующий свет. – Не всем удается отыскать свой талант. Нам с тобой повезло. Мне тоже… Скажу честно, скромность никогда не была моей сильной чертой, – улыбается он.

– Знаешь, я вдруг вспомнила одну фразу…

– Да? Какую?

– Это слова Пины Брауш, великого немецкого хореографа. – При этом имени глаза ее загораются. – Она была моим кумиром, хотя я никогда не знала ее лично.

– И что же она сказала? – Он убирает с ее лба прядь волос. Его взгляд и жесты наполнены чувствами.

– В общих чертах вот что. – Она опускает взгляд, чтобы сосредоточиться, затем смотрит прямо ему в глаза. – Есть вещи, которые можно выразить словами, другие – движениями, но бывают моменты, когда слов не хватает, и мы остаемся совершенно растерянные и сбитые с толку, не зная, что делать. И вот тут-то на помощь приходит танец.

В этот момент ей хочется остаться здесь навсегда и танцевать в его объятиях. Она обнимает его еще крепче, словно хочет раствориться в этом невесомом пространстве. Внутри его.

– Чудесные слова… Надо будет записать для следующей кампании! Моя работа на девяносто процентов состоит из украденных идей… – Он подмигивает ей и несколько раз целует в шею. И вдруг, будто внезапно вынырнув в реальность, спрашивает:

– А ты разве сегодня вечером не танцуешь?

Она резко подскакивает и хлопает себя по лбу:

– Черт!!! А который час, прости? – Она совершенно потеряла счет времени, как обычно рядом с ним. Маттиа достает айфон, включает:

– Девять с четвертью.

– Ужасно поздно! – вскрикивает Бьянка. Ее вдруг охватывает паника.

– Успокойся, пожалуйста. – Маттиа кладет ей руки на плечи, чтобы успокоить. – Жди меня здесь, я пойду заведу лодку и причалю к скале, так что тебе не придется даже входить в воду, хорошо? – И в один момент он ныряет и погружается под воду.

– Спасибо! – Она посылает ему воздушный поцелуй, заворачиваясь в свое мини-парео.

Маттиа плывет к лодке, забирается в нее, быстро надевает шорты и наклоняется, чтобы включить двигатель. Не заводится… Он пробует снова, еще решительнее. Тщетно. Двигает рычаг – безрезультатно. Что-то сломалось.

– Все в порядке? – кричит она со скалы.

Он отрицательно мотает головой, жестикулируя большим и указательным пальцами.

– Не заводится, – кричит он в ответ. Затем открывает бензобак и, едва заглянув внутрь, понимает всю абсурдность ситуации. Черт, да он же совершенно пустой!