Ирэна Рэй – (не) Желанная. Сапфировая герцогиня (страница 32)

Рокэ убрал руку, предоставляя ей полную свободу действий. Он не стал помогать ей раздевать себя, только приподнял бёдра, чтобы ей удобнее было снимать с него одежду, с которой Риченда справилась на удивление быстро. После этого, запрещая себе даже думать о том, чтобы сдаться, девушка с любопытством подняла взгляд.

В их первую ночь и потом, в кабинете, она так и не увидела его полностью обнажённым. А сейчас наконец могла лицезреть то, что раньше лишь ощущала внутри себя. Риченда оцепенела, завороженная зрелищем его великолепной плоти во всей её мужественной наготе. Это было бесстыдно и прекрасно одновременно.

Совершенно не думая о том, что делает, Риченда положила на неё палец, провела вниз, а затем вокруг заметно выступающей бороздки. И в тот же миг услышала, каким глубоким и прерывистым стало дыхание мужа.

Риченда заглянула в лицо Рокэ и утонула в глазах любимого. Его взгляд под длинными ресницами был тёмным и тягучим, зрачки налились густой синевой и, казалось, увеличились вдвое.

Риченда обхватила ладонью напряжённый ствол. Кожа была нежной и обжигающе горячей, плоть под ней — упругой и твёрдой. Сжимая её, Риченда неспешно провела рукой сверху вниз, Рокэ шумно втянул носом воздух и блаженно опустил веки. Заворожённая его реакцией, Риченда поняла, что от неё требуется, и довольно улыбнулась.

Она с упоением ласкала его, медленно скользя рукой, отчётливо ощущая каждый изгиб, каждую незначительную неровность под тонкой кожей, слышала, каким потяжелевшим и рваным стало его срывающееся на хриплые стоны дыхание — Риченда ублажала его, но при этом и сама получала удовольствие от того, что делала.

— Иди ко мне, — вскоре не выдержал Рокэ, его руки сомкнулись вокруг её талии и с силой потянули.

Риченда привстала на кровати, перенесла одну ногу через его тело. Мужские ладони, поддерживающие её, поползли по бокам вниз и легли на голые бёдра. Правая скользнула между её ног, но Риченда перехватила её.

— Я сама, — попросила она и очень медленно начала на него опускаться, прислушалась к нарастающему ощущению приятного давления внутри, пока не осела на бёдра мужчины. — Хочу сама, — повторила Риченда и наклонилась к его губам, целуя глубоко, протяжно. Затем, прервав поцелуй и затаив дыхание, пару секунд всматривалась в близкое лицо Рокэ, в его затянутые нетрезвой темнотой глаза, словно искала в них подсказку.

— Всё, что захочешь, — хрипло ответил он на незаданный вопрос, прогоняя остатки её сомнений.

Замерев на мгновенье, Риченда напрягла ноги и осторожно привстала, качнувшись вперёд. От бёдер к коленям покатилась волна тепла. Двигаясь по наитию, едва ли сознавая, что делает, просто чувствуя, что хочет большего, Риченда прогнула поясницу и отклонилась назад, так их соприкосновение внутри неё стало другим — более глубоким и полным.

Найдя опору на коленях Рокэ, она снова подалась вверх и опустилась, затем ещё раз, с каждым следующим движением всё ускоряя темп, распаляя между их тесно прижатыми друг к другу телами пламя.

Усилия порвали её дыхание на судорожные вдохи, к которым примешивались тихие стоны. Дыхание Рокэ тоже участилось, широкая грудь тяжело, будто через силу, вздымалась и снова опускалась. Его руки, лежащие на бёдрах девушки, напряглись, пальцы до боли впились в кожу, подталкивая её вверх, помогая не сбиться с ритма. Риченда потерялась в ощущениях, без оглядки отдаваясь во власть страсти и чего-то ещё почти первобытного, что искало выход и рвалось наружу.

Жар между ног перетекал в тело всё более растущим напряжением, по бёдрам побежала мелкая, не унимаемая дрожь. Риченда распахнула глаза, увидела, как Рокэ судорожно схватил ртом воздух.

Оттолкнувшись от постели, он рывком сел, подхватывая бёдра девушки. Риченда обвила руками его шею, прижимаясь щекой к разгоряченной, повлажневшей коже, прочертила губами дорожку от места, где ощутимо бился пульс, вверх к мочке уха. Потом заглянула в лихорадочно блестевшие глаза и сказала то, что так давно хотела:

— Я люблю тебя.

И в тот же момент ощущение предельного переполнения накрыло её с головой, сотрясая спазмом, заставляя всхлипнуть и мелко задрожать.

Рокэ что-то невнятно прорычал, пальцы до сладостной боли впились в её бёдра, он приподнял девушку и, последний раз толкнувшись в неё, замер, протяжно застонав сквозь зубы. Риченда почувствовала, как внутри разливается горячая влага, и на длившееся несколько ударов сердца мгновение ей стало так хорошо, что она задержала дыхание и выдохнула, лишь когда по телу покатилось блаженное расслабление.

Удерживая её в кольце своих рук, Рокэ уронил на её вытянутую шею тёплый поцелуй и прошептал:

— Любимая.

Его низкий голос пробрался ей под кожу и будоражащим холодком побежал к затылку и вниз по спине. Риченда подняла голову, заглянула в тонущее в полумраке лицо мужа и едва не потеряла рассудок от одного осознания — он с ней и он её любит!

Это был он — тот, кто стал самым важным человеком в её жизни, кто открыл ей доселе неизведанные чувства. Мужчина, от любви к которому она сгорала, от одного присутствия которого рядом лишалась самообладания и вдали от которого жестоко страдала. Тот, кто был её судьбой, неотъемлемой частью, предназначением.

…Душа постепенно возвращалась в тело, а разум — в голову. Расслабленные и утомлённые, они лежали в постели, тесно прижавшись друг к другу, в одном на двоих облаке из влажного ночного тепла.

Риченда притихла на плече Рокэ, а он, прикрыв глаза, обнимал её одной рукой, нежно и лениво поглаживая по спине.

Риченда неспешно водила кончиками пальцев по его груди, осторожно исследуя крохотный бугорок шрама с правой стороны и слушая размеренный стук сердца любимого. Ей было так хорошо, что не хотелось даже шевелиться, а только лежать, улыбаться и наслаждаться наступившим в её голове долгожданным покоем. Все сомнения, страхи, тревоги наконец исчезли, уступив место всепоглощающему ощущению счастья.

— Хм… — нарушая тишину, многозначительно произнёс Рокэ, и Риченда почувствовала в волосах его дыхание. — Любопытно, всё это результат общения с Марианной?

Риченда так и не научилась понимать, шутит ли он или говорит серьёзно. Она подняла голову и посмотрела на мужа, но глаза Рокэ были прикрыты, и Риченда не могла разгадать их выражение.

— Всё это не достойно герцогини, да? — неуверенно спросила она.

Красивый рот изогнулся усмешкой, Рокэ открыл глаза, в них плясали лукавые искры:

— Я не против, чтобы в моей постели герцогиня становилась куртизанкой.

Риченда вспыхнула и, смеясь, возмутилась:

— Герцог, вы развратник каких мало!

— А вы, герцогиня — маленькая обольстительница, — в тон ей ответил Рокэ и потянулся к её губам...

Глава 33

Единственное, чего Риченда боялась в это утро — проснуться в одиночестве. Но рука, покоящаяся на её талии, развеяла все опасения, и, не открывая глаз, девушка улыбнулась и блаженно расслабилась.

— Если бы каждый мой день начинался с твоей улыбки… — раздался над ухом чуть сиплый ото сна голос, от которого по спине вмиг рассыпался ворох мурашек.

Рокэ пошевелился — его длинные руки обвили и сжали её, теснее прижимая к себе. Риченда почувствовала, как он наклонил к ней голову, зарылся носом в волосы. По коже скользнуло тёплое дыхание, и на обнажённом плече возник лёгкий поцелуй.

Риченда повернулась в сомкнутых вокруг неё руках и посмотрела на мужа. Его лицо было так близко, что всё пространство перед ней, всё поле её зрения занимали его глаза. Они были такими синими, взволнованно распахнутыми и заполненными таким ярким воодушевлением, что Риченда, вдохнув, забыла выдохнуть. Как же она любила его!

Она протянула руки, кончиками пальцев провела по скулам и линии челюсти, ощущая легкое сопротивление едва пробивающейся щетины, обрисовала контур губ и, глядя в его глаза, призналась:

— Знаешь, я раньше не любила синий цвет. Он казался опасным и холодным. А теперь я смотрю в твои глаза — самые синие на свете — и они наполняют меня теплом. Теперь синий — мой любимый цвет. Я люблю носить синее, окружать себя им, потому что он напоминает о тебе.

Его глаза блеснули, высвечивая затаённые чувства и мечтания, кончики губ едва заметно дрогнули. Кто-то другой и не догадался бы, что это была улыбка, но по теплоте, затопившей её сердце, Риченда поняла и это, и всё то, что он хотел сказать.

Не отрывая от неё взгляда, Рокэ лёгкими прикосновениями провёл по линии её бровей, на мгновение прикрыв ладонью её глаза, и Риченда почувствовала едва заметный горько-травяной аромат. Ладонь скользнула к щеке, и, не выдержав, Риченда остановила его руку, пытаясь продлить это прикосновение.

Рокэ наклонился совсем близко к девушке, так, что она ощутила его тёплое дыхание на своих устах, и через мгновение их губы соприкоснулись — нежно, неторопливо, едва касаясь. Кончик языка, как будто вопрошая, скользнул по её губам, и Риченда трепетно откликнулась на призыв.

Рокэ коротко поцеловал её лоб, веки, щёки, Риченда вытянулась, подставляя шею и плечи, сама неспешно гладя руками всё, до чего могла дотянуться — узкие бёдра, широкую спину, крепкие плечи и мышцы, неочевидные, но проступающие ненавязчивым рельефом и содержащие в себе надёжную силу.

Их полусонные ласки были неторопливы и прекрасны. В них нет ни рваной поспешности страсти, ни лихорадочной суеты, зато с избытком томной нежности и такого желанного ощущения слияния не только тел, но и душ. Его руки скользили по её телу, поглаживая, легко сжимая. Он целовал её уверенно, но мягко, язык невесомо ласкал губы и линию зубов, вздрагивая при встрече с её.