Ирена Мадир – Аконит (страница 16)

– Бедняжка была сиротой, зарабатывала как могла, чтобы хоть как-то прожить. Как и многие из этих несчастных, кстати.

– Несчастных? На проповеди рассказывали, что это падшие женщины, зависимые от удовольствий, – стыдливо пролепетала Кора, старательно чиркая на углу бумажки.

– Поверь, приятного в их жизни мало.

– Откуда тебе знать? Ты… пользовался их услугами?

– Я предпочитаю искреннюю симпатию и активное согласие без оплаты, – Джон усмехнулся. Он сидел на полу у кофейного столика. Перед ним лежал раскрытый портсигар, куда он складывал сигареты из только распечатанной упаковки. Очки сползли почти на самый кончик его кривоватого носа, а на лоб упали несколько темных прядей. – Какое-то время я надеялся писать о криминале, поэтому завел некоторые знакомства. К тому же я сирота, родителей нет. Был дед, который жил на Левом берегу, а это не самый хороший район. Можешь представить, с кем я там водился.

Серые глаза теперь смотрели на Кору. Та снова покраснела, смутившись и своего вопроса, и пристального внимания к внешности Джона. Он, судя по кривоватой усмешке, заметил заинтересованный взгляд своей напарницы.

– Ладно, – Кора спешно отвернулась к столу, опуская голову к бумаге. – Вернемся к убийству. Яд?

– Вместе с наркотиком.

– Она была знакома с Блейзом?

– Кто знает… Но он ведь не единственный канал сбыта сильвер-даст.

– Ты не сказал мне имя… девушки.

– Беатрис, – Джон хлопнул крышкой портсигара.

– Можешь закурить, – бросила Кора, – я не против. А то мне уже неловко, я как будто мешаю.

– Вовсе нет.

– Но при мне ты не куришь.

– Пассивное курение…

– Вреднее, да, я в курсе. Но не припомню, когда это я просила тебя заботиться о моих легких, – Кора раздраженно чиркнула на листке, едва не продырявив его. – Я не мармеладка, не растаю. Или это потому, что я девушка?

– Это потому, что ты не куришь, – мягко улыбнулся Джон. – Но если ты обещаешь не жаловаться на пропахшее дымом платье, то я действительно не прочь уменьшить свой запас сигарет.

Кора поерзала на стуле, пытаясь заставить турнюр лечь удобнее. С одной стороны, возмутилась сама, а с другой, вдруг родители учуют запах? А если и так, что с того? Как же, однако, надоел этот постоянный контроль! И даже непонятно, чего в нем больше – искреннего беспокойства или все-таки недоверия?

– Кури уже.

Джон вытянул сигарету, зажал ее зубами и щелкнул пальцами, вызывая небольшой огонек. Кора моргнула раз, другой. Конечно, он маг, ведь он пишет о техномагии. Но она еще ни разу не видела, чтобы напарник вытворял что-нибудь эдакое.

– Что-то не так? – Джон отвел сигарету в сторону, выдыхая облако дыма. Глаза его щурились за стеклами линз.

– Просто забыла, что ты маг, – призналась Кора. – На кого учился?

– Артефактолог. Вернемся к нашей Беатрис?

– А? Точно! Умерла от раны на шее, как и Блейз?

– Угадала. Помимо прочего, она была связана. Возможно, элемент игры для клиента…

– Клиента, который оказался убийцей. Его ведь заметили?

– Заметили подозрительного мужчину. Высокий, в черном плаще, кашлял, как чахоточный. Но это не показатель, если он и был Аконитом, то…

– Мог кашлять специально, – Кора потерла виски. – Но я не понимаю, зачем он их травил? Я имею в виду… В общем, смотри, как было с Роузом?

Она развернулась к Джону, который неспешно пил чай. Он явно чувствовал себя расслабленно. То ли он успел привыкнуть к напарнице, то ли был слишком увлечен обсуждением, то ли все сразу.

– Если ты травишь человека, логично предположить, что его убивает яд. Все. Зачем перерезать горло?

– Чтобы проверить, умер или нет, – предположил Джон.

– Глупость какая! Блейз и Беатрис умерли иначе, не от яда, хотя он в их телах был обнаружен. Зачем тогда травить, если ты прикончил их ножом? Я бы просто травила, а ты?

– Хочешь узнать, как бы я убивал людей? – растерялся Джон.

– Да нет, я о том, что ты об этом думаешь. Разве не странно?

– Странно. Но логика убийцы нам не известна, а гадать можно долго.

– Ты прав, – вздохнула Кора, возвращаясь к очередному листу бумаги и разглаживая его. – Кто следующий?

– Пол Браун, убит в порту. Пьяница, разнорабочий. Помогал с разгрузкой в ночную смену.

– Двое мужчин, потом девушка и снова мужчина, – прокомментировала Кора и вдруг ударила себя по лбу: – О, Первый! Я же совсем забыла про возраст. Что там с возрастом?

– Роуз младший… В некрологе было указано, глянь, – Джон поднялся с места. Он подошел к столу и наклонился, опираясь на спинку стула.

– Надо же, – пробормотала Кора, отыскав нужную строчку в газетной вырезке, – почти мой ровесник. Всего на год старше.

– Тебе двадцать два?

– И только попробуй назвать меня старой!

– Что ты, мне двадцать семь, и старым я себя точно не чувствую, а ты вообще… мелкая.

Кора прыснула, подняв взгляд. Джон стоял так близко, что на его лице можно было заметить небольшие шрамы: один на линии челюсти, а другой на носу. Ужасно захотелось протянуть руку и дотронуться до них, поглубже вдохнуть аромат бергамота, смолы и сладковатого табака. Джон смотрел сверху вниз, его чуть пухлые губы растянулись в улыбке. Он явно чувствовал себя комфортно с расстегнутым воротником рубашки и закатанными рукавами над линиями вен… Хадс!

– Ам… э… я… – Кора поняла, что молчала и пялилась слишком долго, потому попыталась что-то из себя выдавить. Однако ничего внятного на ум не приходило.

Джон поднял брови, ожидая продолжения. Но Кора опустила голову к столу, хватая спасительное автоперо.

Проклятое смущение! Не так уж часто она общалась с мужчинами, а наедине с ними и вовсе никогда не оставалась. Конечно, к разговорам один на один с Джоном она уже привыкла, но именно теперь она вдруг по-другому посмотрела на их встречи. Или на него? Он симпатичный, от него приятно пахнет, и даже сигареты, которые он курит, кажутся не такими терпкими и горькими.

– Ч-что там с Брауном? – наконец выговорила Кора.

– Тело найдено в закоулке между складами. – Джон оттолкнулся от стула и развернулся, возвращаясь к оставленному чаю. – Обнаружены следы борьбы. Пол даже успел достать свой нож, но Аконит сломал ему руку и обе ноги. Какое-то время жертва пыталась ползти…

– Ты в порядке? Знаю, ты говорил, тебе неприятно описывать подобные вещи…

– Все хорошо, Корнелия, – Джон оглянулся, – все ради дела. Я просто стараюсь не рисовать это в красках и не углубляться в детали. Надеюсь, тебя это не раздражает.

– Вовсе нет. Ты отлично справляешься, напарник, – Кора подмигнула ему, но опять отвернулась, сочтя жест фамильярным.

– Слышать такие слова от столь смелой и талантливой леди особенно лестно.

– Я не леди. Титул моего отца не наследуется, так что леди только мама. А я просто мисс.

– Но ты не просто мисс, ты – Рубиновая дама, – теперь подмигнул Джон.

Кора негромко засмеялась, прячась за подстывшим кофе. Новое имя ей нравилось.

– Так Браун был первым, кого не травили?

– Верно.

– И сколько ему зим?

– Ох… Что-то около сорока, по-моему.

– А остальным? Помнишь?

– Беатрис и Блейзу около двадцати пяти. Могу ошибаться на пару зим. Но с сиротами никогда не знаешь точно.

– Возраст и пол разные… Так. А дальше медсестра?

– Здесь без некролога не обошлись, – Джон снова поднял папку, доставая пару газетных вырезок и поясняя: – Это первое яркое упоминание самого Аконита. Цветочный убийца, новый маньяк Трефа.