Ирена Квасневская – Козий крайм, или пани из глухомани (страница 3)

– Ну что ты делаешь? – возмущался Тощий, который был за главного. – Это ж тебе не шкаф!

– Ты уверен, что это хорошая идея? – пробурчал Лысый, поправляя сползший на лоб капюшон.

– А у нас есть выбор? – огрызнулся Тощий, не оборачиваясь. – Эта бабка целое расследование устроила и всю деревню на уши подняла. Нам оно надо, чтобы она тут крутилась? Или поисковый отряд огранизовала? Или ещё хуже – чтобы полиция приехала и все тут обыскала, да? Нашли, называется, тихое местечко, где никто не бывает!

– И как ты собираешься ее возвращать?

– Да никак. Привяжем к калитке. А если кто увидит – скажем, что нашли в лесу. А потом…

– А потом что? – Лысый перестал суетиться вокруг козы и вытер ладонью пот со лба.

– А потом будем каждый вечер лазить в ее загон, когда бабка уснет. Рано или поздно она это… отдаст, – прошипел Тощий, косясь на Марыську, которая совершенно невозмутимо тянулась к кусту крапивы. – Главное, чтобы хозяйка ничего не заподозрила.

Лысый недовольно поцокал языком.

– Ты думаешь, бабка ничего не поймёт? Я когда ей на глаза попался, она меня таким взглядом одарила, будто все знает, .

Тощий остановился, смерив напарника тяжёлым взглядом.

– Знает – не знает, какая разница? Пока флешка у козы в желудке, бабка нам не враг. Нам только спокойствие нужно. И чтобы эта чёртова коза жила, дышала и регулярно… эээ… выдавала удобрения.

Добравшись до двора, они быстро привязали Марыську к ограде. В это время Тощий заметил на крыльце слабый свет фонаря.

– Уходим, пока нас не застукали.

– А если она выйдет и увидит? – прошептал Лысый, заметно нервничая.

– Вот и хорошо. Пусть думает, что это подарок судьбы, – зло ухмыльнулся Тощий. – А мы завтра вернёмся за “сюрпризом”.

Они исчезли в темноте, оставив Марыську мирно жевать траву. Коза, казалось, даже не заметила, как её вернули домой.

***

Пани Янина в это время пыталась открыть загадочную флешку. На экране мелькали непонятные значки, какие-то цифры и символы. Она вытащила флешку и бросила ее в недра своей необъятной сумки – пусть полежит до лучших времен.

Как вдруг до нее донесся звук… нет, она ни с чем не могла его спутать!

Как была, в ночнушке и шерстяном платке, она выскочила во двор.

– Йезу Коханы! – воскликнула она и бросилась обнимать козу, которая мирно щипала траву возле калитки.

– Марысенька! Девочка моя! – в глазах пожилой женщины мелькнули слезы радости, она кинулась осматривать козочку. Убедившись, что все в порядке, завела ее прямо в дом. Достала из холодильника большое яблоко, разрезала на дольки и протянула козе, не переставая ее гладить. Коза уткнулась ей в ладонь своим теплым носом.

– Все в порядке, детка. Ты дома. Ты в безопасности, – шептала она, не подозревая, что опасные приключения только начинаются.

Глава 4. Погром

Пани Янина возвращалась из города в приподнятом настроении. Сумки с покупками оттягивали руки, но она предвкушала, как угостит хрустящей морковкой вернувшуюся Марысю, как отнесет Ванде пирожные из их любимой кондитерской, да и внука, который приедет в субботу, будет, чем угостить.

Открыв дверь, она сразу, каким-то шестым чувством поняла, что в доме что-то не в порядке. Холодок зазмеился по позвоночнику, но она бесстрашно шагнула в гостиную.

Сумки выпали у нее из рук, и яблоки с глухим стуком покатились по полу.

– Йезус Мария, – только и смогла выдавить она.

В ее теплой уютной гостиной с маленькой печкой, полочками, где были аккуратно расставлены фото детей и внуков, творилось нечто невообразимое. Фоторамки сброшены на пол, дверца печки открыта, угли рассыпаны – кто-то разворошил топку, а потом еще и прошелся в ботинках по золе, оставив везде безобразные следы.

Она подняла с пола рамочку темного дерева – их свадебное фото с Радеком. По стеклу паутинкой разбежались трещины, отчего казалось, что покойный муж смотрит на нее осуждающе.

Почему-то именно это задело больнее всего. Ни разрезанные и безжалостно выпотрошенные диванные подушки, ни рассыпанная по полу крупа, ни даже расколотые фарфоровые статуэтки, которые она долго и заботливо собирала много лет. Пани Янина со вздохом опустилась на табурет в прихожей, продолжая сжимать в руках рамку.

Минут десять она сидела в полном молчании, похожем на ступор. Только губы слегка шевелились – не то в молитве, не то в молчаливом диалоге с мужем, перед которым она словно бы извинялась за произошедшее.

Потом, словно бы очнувшись, она набрала номер полиции.

Вкратце, очень скупо и сдержанно, описала произошедшее.

Спустя всего пятнадцать минут возле ее дома остановилась полицейская машина, из которой вышел хорошо знакомый ей Витэк, участковывй, а с ним – двое молодых ребят в полицейской форме. Витэк был в штатском.

Первым делом он бросился к пани Янине. Только убедившись, что с ней все в порядке – а она успела уже изрядно овладеть собой и вернулась во всегдашнее свое боевое состояние – он присоединился к коллегам, которые уже вели осмотр места происшествия.

Витэк тяжело вздохнул, оглядываясь вокруг.

– Ладно, ребята, давайте как обычно. – Он достал блокнот. – Пани Янина, вы сами дома были?

– Конечно, нет! – Она всплеснула руками. – Я в город ездила, в аптеку, и на базар. И вернулась, а тут такое!

Молодой полицейский подошел к перевернутому столу и поднял на свет небольшой разбитый стакан.

– Ну, это явно не профессионалы, – пробормотал он. – Любители.

– Какие ещё любители?! Погромов? – воскликнула пани Янина. – Это у вас что, термин такой? "Любительский погром"? А стакан-то мой, дорогой!

– Так-так, – перебил её Витэк, пряча улыбку. – Пани Янина, а с соседями вы не ссорились? Может, это кто-то из своих?

– А, может, это я сама устроила? – сказала она, саркастически прищурившись. – Ну давай еще какие-то версии накидаем. Может, месть Рыщка за то, что я не пошла с ним на танцы сорок лет назад? Может, мясник, который пытался обсчитать меня на прошлой неделе и получил по полной программе, выследил меня и решил отыграться. Может, демоны…

– Пани Янина, – всплеснул руками Витэк. – Понял, понял, сказал глупость, признаю. Но, может, у вас есть какие-то соображения?

Пани Янина смерила Витэка строгим взглядом поверх очков.

– Соображения? – переспросила она, как будто он предложил ей признаться в заговоре против правительства. – Конечно, есть. Я, Витэк, женщина здравомыслящая и глупостей не говорю. Если бы мне кто-то хотел отомстить, так сразу бы сказал! А это… – она махнула рукой на разгром. – Тут не злость, тут что-то другое. Искали.

– Что именно? – с интересом поднял бровь Витэк, подавая знак молодым полицейским продолжать осмотр.

– Вот и я спрашиваю: что? У меня нечего красть! Украшений давно нет – ну, разве на бусы из пластикового янтаря кто-то глаз положил, думая, что они настоящие. Деньги я в банке держу. А техника… – Пани Янина грустно покачала головой. – Компьютер хороший – внук подарил. Но он в порядке. Вон лежит, в чехле. Его не тронули почему-то. А этот телек ламповый больше как тумбочку использую. Если что и украли, то, может, пульт от него. Я его лет десять, как потеряла.

Витэк усмехнулся, но тут же принял серьёзный вид.

– Зачем же тогда весь этот бардак? – Он посмотрел на раскуроченные подушки дивана. – Точно искали. Только что?

– Да как я могу знать? – взорвалась пани Янина. – Это же ваша работа – искать и находить! Вы ищите, а я вам подскажу, если что вспомню. Но одно могу сказать точно: всё это неспроста.

Она подошла к перевёрнутому шкафчику, нагнулась, подняла с пола разорванный мешочек с лавандой и поморщилась, глядя на рассыпавшиеся засушенные цветы.

– Слушай, Витэк, а если они чего-то боялись? Или не искали, а наоборот… Ну, например, вдруг сюда притащили что-то… нехорошее? И теперь ищут? – Её голос стал тише.

– Это как? – Витэк чуть наклонился ближе, чтобы лучше слышать.

– Да откуда я знаю, как? – огрызнулась она, нервно поправляя шарфик. – Ты такие вопросы задаешь, будто я с этими… – она кивнула на грязные следы на полу, – в сговоре была!

Витэк задумчиво почёсывал подбородок.

– Вы, главное, вспомните: ничего нового в последнее время не происходило? Никто посторонний не заходил? Может, какие-то незнакомцы в деревне появились?

Пани Янина на мгновение нахмурилась, а потом вдруг подняла указательный палец.

– Знаешь что… – Она наклонилась к нему и понизила голос до шепота. – Есть у меня одна догадка. Но ты, Витэк, не смейся.

– Да что вы, пани Янина, – серьёзно сказал он.

Она оглянулась на молодых полицейских и снова перешла на шёпот:

– Может, это связано с моей козой?

Витэк едва удержался, чтобы не прыснуть от смеха.

– Пани Яня, ну что вы… при чем тут коза?