Ирена Гарда – Кассандра. Пророческая бездна (страница 2)

С этими словами он приобнял сестру за плечи и потихонечку повел в город, могучие стены которого выглядели точно скалы, выросшие из земли, а уходившие в небо башни давали возможность дозорным издали замечать появление врага.

Был базарный день, и по дороге сновало множество народа. В колесницах проезжали богачи в сопровождении охраны, простой же люд шаркал ногами по дороге, поднимая облачка пыли. На спинах мужчин покоились мешки с зерном, огромные вязанки хвороста или иной, нужный в хозяйстве груз. Рядом семенили женщины, неся на руках грудных детей и ведя рядом чад постарше. Вдалеке показался торговый караван. Люди, лошади и ослы, почуяв конец долгого пути, торопились под защиту надежных стен, ища кров и покой.

Некоторое время брат с сестрой шли молча, думая каждый о своем. Кассандра все еще ощущала на губах поцелуй Аполлона, от которого в животе бегали мурашки, и приятно кружилась голова. А Гектор обдумывал, что скажут по этому поводу отец с матерью. Скорее всего, обрадуются. Кто же откажется породниться с самим Аполлоном – покровителем города! И с политической точки зрения это очень выгодный союз: соседи обзавидуются, а враги подожмут хвосты.

Но у главнокомандующего троянской армией (а именно им был рано познавший все ужасы войны старший сын Приама) в голове бродили совсем невеселые мысли. Безусловно, такой союз выгоден. Но что будет с Кассандрой, его непокорной сестренкой? В царском дворце она привыкла считаться только с собственными желаниями, а, выйдя за Аполлона, станет игрушкой мужа, который, даже при самом лучшем раскладе, через пару лет пресытится женой и… Хорошо, если вернет в Трою, а то может бросить на необитаемом острове как Тесей Ариадну на Наксосе. Небожителям человеческая мораль не указ. Нет, не такой судьбы он хочет для сестренки! Ей нужна нормальная семья с детьми и мужем, с которым будет потихонечку стариться, растя сыновей и дочерей.

Обеспокоенный Гектор покосился на Кассандру и встретил ее задорный взгляд.

– Ну что, дорогой братец? Пойдешь ябедничать отцу?

– Ничего себе «ябедничать»! – Укоризненно покачал он головой. – Сватовство Аполлона – событие государственной важности, и я обязан сообщить об этом царю. Кстати, на твоем месте я бы очень хорошо обдумал, что говорить на совете, потому что Приам с Гекубой наверняка созовут всех советников … Ты собираешься принять предложение Аполлона?

– Не знаю, – легкомысленно отмахнулась юная «невеста». – Время покажет!

Девчонка! Еще совсем девчонка! Ей бы еще в куклы играть, а не замуж выходить!

Гектор не ошибся, предполагая, что Приам с Гекубой будут довольны предложением покровителя Трои. Более того, если бы чин и возраст позволяли, царь пустился бы от радости в пляс. Приам уже давно с беспокойством наблюдал за событиями, развивающимися в Ахайе. Особенно беспокоила его возня, поднятая вокруг очаровательной Елены, дочери царя Спарты Тиндарея (а точнее самого Зевса) и прекрасной Леды. Ее красота была столь совершенна, что почти все ахейские цари кинулись к ней свататься, едва девчонка превратилась в девушку.

Но проблема заключалась даже не в этом: пусть женятся, разводятся, изменяют и отвергают. Боги им в помощь! Чем больше будет в Ахайе склок, тем спокойнее станет в Трое. Но Тиндарей по совету хитроумного Одиссея связал всех женихов клятвой, обязывающей их не держать камня за душой против избранника Елены, кем бы он ни был, и приходить к нему на помощь по первому требованию. Так что, если кому-нибудь придет в голову мысль обидеть мужа спартанской красавицы, то вся Ахайя от края до края встанет на ее защиту.

И что уж совсем нехорошо, так это неуемная гордыня и алчность царя Микен Агамемнона, старшего брата Менелая, ставшего мужем Елены. Он только и думает, как бы на кого-нибудь напасть. Вся семейка у него такая. Еще его отец, покойный Атрей то на Египет кидался, то Кипр разграбил. Власть узурпировал. Сына убил, хоть и по ошибке, но все-таки… Утопил жену Аэропу, брата Фиеста накормил мясом его собственных сыновей. Да и братец Агамемнона – Менелай тоже стал владыкой Спарты по праву женитьбы, а не рождения.

Остальные цари там тоже не сильно лучше. Вся Ахайя представляет собой весьма неприглядную картину, где захват власти – дело ежедневное и всем привычное. Куда ни глянь – правящие династии насчитывают одно-два поколения. Взять хотя бы нынешних Ахилла, Идоменея, Одиссея. Их предки нищими были, а тут – цари! Попробуй тронь!

И что интересно: троны захватывают не свои узурпаторы, а пришлые. Этолиец Тедей уселся на аргосский трон, как некогда финикиец Кадм подмял под себя Фивы. Ахайя бурлит, как котел с похлебкой. Воины, конечно, они неплохие, да что говорить – отличные бойцы, но дурно воспитаны и невежественны сверх всяких границ, и кроме поля брани да откровенного грабежа ничего знать не хотят. В такой обстановке заступничество Аполлона будет весьма кстати.

Тут же был созван совет, на который призвали Кассандру. Впрочем, толку от шаловливой девчонки оказалось мало. Да, встретились, да – поцеловались, да – пришел брат, и Аполлон сказал ему о желании на ней жениться. И что? А целуется он так здорово!

Услышав последнюю сентенцию, Гекуба пришла в ужас и потребовала, чтобы дочь шла в гинекей и никуда из своей комнаты не выходила. И за что, великие боги, им так не везет с детьми? Кассандра – сущее наказание, не желающее признавать никаких запретов. Но она – не самое большое горе в жизни стареющей царицы.

Сколько лет прошло, а она ясно помнит как, будучи беременной, увидела вещий сон, что ее еще нерожденное дитя станет причиной гибели Трои. А когда крепкий и здоровый малыш появился на свет, они долго сидели с мужем у его колыбели, а потом Приам позвал Агелая и приказал ему унести сына в лес. Верный слуга без слов выполнил приказ, и они с той поры ни разу не говорили об этом ребенке. Но она-то знает, каких страданий стоило им обоим принятое решение. С той поры Приам не раз изменял жене, и Гекубе стоило больших усилий не устраивать по этому поводу скандалов. Она понимала, что это тоска гонит мужа из дворца, и, скрепя сердце, сдерживала копившуюся обиду.

Хорошо хоть боги смилостивились и послали им еще сыновей и дочерей. Гекуба с любовью посмотрела на Гектора. Вот кто будет надеждой и опорой Трои! Уже сейчас троянцы восхищаются им сверх всякой меры. Конечно, он заслужил славу, но ведь хвалебные слова могут замутить разум. Они как яд змеи – в небольших дозах поддерживают, в больших – убивают. Интересно, что он нашел в этой дикарке Кассандре, что опекает ее, точно отец родной, и вечно заступается за младшую сестру?

Когда Гекуба в душе жаловалась на Кассандру, то не очень погрешила против истины. Слишком хорошо она знала свою дочь. Переполненная новостями непоседа, вместо того, чтобы сидеть взаперти, убежала в покои сестры Лаодики, чтобы вволю с ней посплетничать. Ей было приятно болтать с сестрицей, выделяя молодую женщину из сонма законных и незаконных дочерей и сыновей Приама, которых было так много, что огромный царский дворец с трудом вмещал их вместе с супругами, детьми и слугами.

Ей надо было срочно выяснить, как себя вести с потенциальным мужем, и все ли мужчины так хорошо целуются?

Услышав об утреннем приключении сестры, Лаодика громко расхохоталась, но в ее голосе явственно слышались ревнивые нотки. Не всем делается такое предложение! О, если бы Аполлон предложил свою любовь ей, а не глупенькой сестрице, в которой еще не проснулась женщина! И почему жизнь так несправедлива? Конечно, Кассандра добрая и хорошая девочка, и, если быть честной, личико у нее приятное, но разве может сравниться эта замарашка с ухоженной женой Геликаона?

Слушая лепет младшей сестры, Лаодика потянулась за тяжелым металлическим зеркалом, лежавшем на столике, критически осмотрела свою внешность и осталась довольной увиденным. Густые волосы уложены в модную прическу, красивое лицо, роскошное платье…

– Послушай, – поинтересовалась вдруг она, перебивая сестру на полуслове, – а где вы будете жить? Он же не останется в Трое. Куда он тебя увезет?

Описывавшая в это время свои переживания Кассандра потеряла нить повествования и недоуменно посмотрела на сестру.

– Не знаю. Я как-то об этом не думала. И… я не хочу уезжать из дома. Я так люблю наш город! Как ты думаешь, может быть, мне удастся уговорить его остаться с нами?

В ответ Лаодика только рассмеялась и взъерошила густые волосы сестры. И что только Аполлон в ней нашел? Она же сущее дитя!

А в это время Гектор пытался отговорить отца от принятого советом решения, но на все доводы и примеры Приам только отмахивался от старшего сына как от надоедливой мухи. В конце концов, у него целая толпа законных и незаконных дочерей. Даже если придется одной пожертвовать во имя Трои, то это совсем не чрезмерная плата.

Устав от бесплодных дебатов, царь махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.

– Оставь меня, Гектор! Если ради Трои мне придется пожертвовать не одной, а всеми дочерьми, то даже в этом случае цена не будет велика. Что мне дочери? Управление государством – удел мужчин, а женщинам подобает рожать детей, ткать одежду и подчиняться супругу. Кассандра должна гордиться, что небожитель обратил на нее внимание, а не плакаться.