Ирэна Берн – Под влиянием (страница 5)

– Есть кое-что. След непригоден, но я возьму его на биологию. Чем черт не шутит, с потожировым веществом можем получить ДНК, и если звезды сойдутся, то это может нам дать неплохое доказательство.

– То есть мы все-таки говорим об убийстве? – Георгий выдохнул.

– Давай закончим осмотр, – Ольга улыбнулась ему, на этот раз искреннее.

Они провели на месте больше двух часов, методично осматривая каждую комнату. Впрочем, их было здесь немного. На первом этаже большая гостиная, плавно переходящая в кухню и обеденную зону, на втором – спальня и еще одна комната, в которой казалось, будто никто никогда не жил.

Спальня Киры, погруженная в полумрак, дышала чем-то интимным. Светлые тона стен, белый тюль на окнах и плотные бежевые занавески, сейчас наглухо закрытые, создавали ощущение замкнутого пространства. В центре комнаты – массивная кровать с мягким изголовьем, по бокам две тумбочки, из розетки торчит одинокий провод для зарядки. Справа во всю стену возвышается гардеробная с откатными зеркальными дверями, уходящими в потолок.

Ольга нашла на зеркалах еще несколько четких следов и, сделав последние фотографии, дала зеленый свет другим сотрудникам. Воздух в комнате слегка ожил, когда несколько оперативников осторожно вошли, стараясь не нарушить остатки порядка.

– Кира Биглер, две тысячи второй год рождения, – произнес кто-то из оперативников, держа в руках паспорт, найденный в небольшой сумочке.

– Двадцать два года, – заключил Георгий, когда вставлял провод в разъем найденного телефона. Экран ожил.

На экране тут же появились уведомления: несколько сообщений о попытках дозвона. Контакт подписан, как «Серж» – это, вероятно, Сергей.

Георгий решил позже заняться телефоном или вообще поручить это кому-то из уголовного розыска, потому как Ольга сверлила его взглядом, стоя в проеме спальни.

– Пойдем. Кое-что нашла за домом.

Глава 5

Мария в последние дни сама не своя. Она встает вторую ночь подряд, а потом долго не ложится в постель. Говорит, что ее снова одолевает бессонница, к которой еще присоединились головные боли. В таком состоянии планирование ребенка просто невозможно, а они к этому долго шли. Как давно это началось? Она вроде перестала пить таблетки около полугода назад. Шесть месяцев? Шесть месяцев – это шесть циклов. Почему ничего не получилось? Они ведь высчитывали овуляцию, сдали все возможные анализы, даже тот самый, из-за которого Тарасу было неловко в клинике. Он не хотел это вспоминать, но мысли сами потащили его в тот день.

«Вот баночка, проходите в кабинет, там журналы и салфетки»

У них есть журналы. Какой сейчас год? Тарас вспоминал клинику и даже сейчас был возмущен. Но даже не самими журналами, а тонкими стенами и персоналом.

Он воткнул наушники, громкость сделал на минимум, чтобы контролировать обстановку, вдруг кто-то откроет дверь, уборщица, например, у нее наверняка есть свой ключ, включил видео и только пытался настроиться, как услышал звук открывающегося окошка, где нужно было оставить баночку. Какого черта? Они думают, что на это уходит три минуты? Что ему сказать, если кто-то задаст вопрос? Что он еще не закончил? Или что только приступил? Но вопроса не последовало, одна из медсестер шикнула другой, что «кабинет сейчас занят» и они тихо рассмеялись. Так тихо, что он услышал. Проклятая клиника, никаких условий. Он решил, что ему наплевать на все это ради ребенка, нужно, значит, нужно, прибавил громкость, снова нажал на «плей» и в какой-то момент закрыл глаза, оставив себя наедине с голосами.

Он проснулся, когда ее снова не было рядом. Все ясно. У них не получается из-за ее состояния. Может быть, и не нужно сейчас? Она спит вообще? Она должна быть спокойной и легкой. А когда он в последний раз видел ее легкость? Он напряг мозги, отсчитывая время назад, и, наконец, дошел до того дня.

На вечеринке, устроенной общими друзьями в честь дня рождения, Тарас впервые увидел ее. Девушка с идеальной осанкой, в ажурном топе, потягивала коктейль, наблюдая за происходящим. Тарас сразу отметил в ее взгляде легкую застенчивость. Она нервно заводила прядь волос за ухо, то и дело поглядывая на часы, будто в любой момент готова была уйти.

К ней подлетела подруга, весело позвав на танцпол, но девушка вежливо отказалась. Тарас предположил, что они пришли вместе. Стол заметно опустел, а те, кто остались, разбились по парам, обсуждая что-то свое, Мария же оставалась одна. Какая она… другая.

Девушка взяла сумочку, висевшую на спинке стула, открыла ее. Что она хотела там найти? Телефон? Вызвать такси? Уехать домой?

– Привет, – времени на обдумывания больше не было.

Мария остановила на нем взгляд.

– Привет, – почти неслышно ответила она, и этот тихий голос лишь усилил его симпатию.

– Я Тарас. Тоже не люблю шумные компании, – он сдержанно улыбнулся, стараясь выглядеть непринужденно.

– Мария, – представилась девушка. Свет софитов упал на ее лицо, скользнул по шее, мягко подчеркнув изящные линии.

Тарас ощутил нарастающее волнение. Что-то подсказывало ему: этот момент может стать важным.

– Мария, – повторил он ее имя, – можно Мари? Чтобы не так официально.

– Можно Мари. – Она улыбнулась и пожала плечами.

– Почему не хочешь танцевать?

– У меня не очень хорошее настроение, если честно.

– Понимаю, – Тарас сделал шаг, сократив расстояние между ними, – еще и шумно.

– Да, вы правы. Я… – Мария оглянулась, ища глазами подругу, вероятно, чтобы предупредить об уходе. – Я скоро пойду, приятно было познакомиться, – бросила она дежурную фразу, открыла приложение такси и снова попыталась отыскать подругу взглядом.

– Я тоже.

– М? – будто не расслышала она.

– Я тоже скоро пойду. Но, может, ты не против, если я составлю тебе компанию на несколько минут? Пока едет такси. И давай на «ты», – он улыбнулся.

Мария кивнула.

Но эти несколько минут незаметно переросли в полчаса. Тарас ловко перехватил инициативу, заставляя Марию улыбаться все шире. Вот она уже отменяет такси, и вот они, увлеченные разговором о фильмах, уже не замечают окружающего шума. Самое время пригласить ее в кино. Не сейчас, конечно, но в ближайшие несколько дней они сходят на дурацкую комедию, уйдут с сеанса, сядут за столик кафе в том же торговом центре и проговорят еще много о чем.

– Мария, – позвал он свою супругу в темноте кухни. Она стоя допивала чай. – Сейчас три часа ночи.

– Бессонница, – ее голос был отчужденным.

Тарас подошел сзади, положил руки на плечи. Мария дернулась и тут же убрала их. Да, он вспомнил, что она почему-то не любила, когда он так делал.

Мария поставила кружку и развернулась с холодным равнодушным взглядом. Взглядом человека, который давно отдалился. И сейчас Тарас это ощутил особенно остро. Он впервые за долгое время хотел вернуть все назад, исправить ошибки и перечеркнуть те дни, когда его супруга, на которую он однажды израсходовал весь лимит своих чувств, начала превращаться в тень. И, в конце концов, он перестал ее замечать. Тень, которая была всегда рядом. Не нужная, но дарящая ощущение, что он не один в этом доме. Тарас сглотнул. Он не имеет права упустить ее. «Ты не имеешь права упустить эту девочку. Она станет тебе хорошей женой», – слова матери резонировали в голове. Тарас и так много чего натворил. Ему хотелось разбить, раздолбать чем-то тяжелым эту глыбу льда, добраться до той тонкой, хрупкой девочки, которая застыла в ней. Но он понимал, что это не сработает.

– Пойдем спать, – он протянул руку.

– Скоро приду. – Отрешенный взгляд скользнул мимо него.

Тарас не мог оставить ее одну. Не сегодня, не в тот момент, когда он решил, что пора что-то менять.

– Мари, – он улыбнулся ей, как тогда на той вечеринке, когда впервые увидел ее. И он понял – она узнала этот взгляд.

Тарас подошел ближе к Марии, обнял за талию, едва коснулся губ: вспыхнули запоздалые, неровные воспоминания. Эта внезапная попытка сблизиться выходила коряво. Тарас пытался настроиться, удержать привычную привязанность и желание как-то склеить трещины.

Марии это касание показалось другим. Она не отстранилась, не сослалась на усталость, просто закрыла глаза, вытеснив тяжелые мысли, и позволила ему быть ближе. Она будто искала простую разрядку после дня, от которого дрожали нервы. Ей было это необходимо. Объятия крепчали, одежда падала на пол, а в движениях нарастала жесткость.

Край кухонного стола уперся в бедра, остановил и сбил дыхание. Напряжение росло, уводя все дальше. Мария отвела руку назад, пытаясь дать знак остановиться, но в ответ пальцы сжали запястье, стало больно, и короткий вскрик сорвался сам собой. Тарас не остановился… Хватка оставалась железной, а расстояние между ними исчезающе малым.

Когда все стихло, Мария молча ушла в душ. Тарас тоже не произнес ни слова. В его голове крутилась одна мысль: с этого дня все изменится.

Глава 6

Мария думала, что долго не сможет уснуть, когда слышала размеренное дыхание Тараса рядом. Глаза уставились в потолок, а мысли завертелись по спирали. У них давно не было ничего подобного. Все по плану, по расписанию, когда приходится притворяться, что есть желание, когда приходится заставлять себя верить в него.

Каким-то образом она провалилась в сон и открыла глаза, когда было уже слишком светло. Мария, не просыпаясь, проспала всю ночь. Это была маленькая, но победа. Она повернулась на другой бок – Тараса рядом не было. Он на работе? Мария пыталась вспомнить, какой сегодня день недели, ведь в понедельник она снова собиралась к психотерапевту.