Ирен Софи – Вот я попал (страница 7)

Когда она встала, чтобы убрать миски, ее рука случайно задела мою. Прикосновение было мимолетным, но словно замкнуло цепь. Она замерла. Я поднял на нее взгляд. В ее глазах бушевала буря: остатки злости, усталость, что-то похожее на обиду и влечение.

– Веселина – начал я, но она не дала договорить.

Она схватила меня за руку, рванула на себя. Я встал, столкнувшись с ней грудью. Ее дыхание стало частым. – Она она взяла тебя ртом, да? – прошипела она, и в этом вопросе была дикая, неприкрытая потребность все перепроверить, переметить.

– Да, – прошептал я.

Веселина зарычала что-то нечленораздельное и прижала свои губы к моим. Это был не поцелуй, а укус. Ее руки разорвали на мне рубаху. Она отбросила ее прочь, потом стянула с себя свою. Мы стояли посреди комнаты, обнаженные, прижимаясь друг к другу так, будто пытались вдавиться один в другого, стереть следы чужого прикосновения.

Она оттолкнула меня вниз. Знакомая поза. Она не стала готовить меня, и приняла его в себя с одного резкого толчка. Я вскрикнул от неожиданности и боли, смешанной с наслаждением. Веселина двигалась, и ее движения были неритмичными, сбивчивыми. Она прижималась ко мне всей грудью, ее губы обжигали мое плечо, шею. – Мой, – бормотала она. – Скажи, что ты мой.

– Твой, – выдохнул я, и это была правда. В этом хаосе, в этой борьбе за выживание, она была единственной реальной защитой.

– Только мой, – настаивала она, ускоряясь. – Только твой.

Ее пальцы впились в мои бедра. Она тяжело дышала, и ее дыхание срывалось. Когда волна накатила на нее, ее тело содрогнулось в беззвучных, сухих рыданиях. Только дрожь и сжатие внутри выдавали ее пик.

Она замерла, потом медленно, как будто с огромным усилием, слезла с меня.

– Веселина – Молчи, – прервала она. – Просто молчи.

Она натянула рубаху и, не глядя на меня, ушла в дальний угол, к своей кровати, легла лицом к стене.

Я понимал, что ее собственничество – все это было броней. Броней, которую Морена сегодня едва не пробила. И под ней оказалась просто очень уставшая, очень одинокая женщина, застрявшая в роли хранителя сокровища. Я подошел, сел на край ее кровати. Она не пошевелилась. Я осторожно положил руку на ее плечо. Она вздрогнула, но не стряхнула ее.

– Я никуда не денусь, – тихо сказал я.

Она не ответила. Через несколько минут ее дыхание выровнялось, она уснула, все еще отвернувшись, но моя рука оставалась на ее плече. Я сидел так слушая треск дров в очаге, чувствуя странную ответственность. Я был не просто пленником. Я стал частью ее мира. И ее слабости. Это знание было страшнее любой угрозы Совета.

Утром она проснулась первой. Когда я открыл глаза, она уже стояла у очага, варила кашу. Ее лицо было привычно суровым.

– Вставай, – сказала она. – Сегодня тренируемся с парой. Меч и щит. И Морена придет днем. Будешь сидеть смирно и делать то, что скажу. Никаких инициатив. Понял?

– Понял, – кивнул я.

День прошел в тяжелых, изматывающих тренировках. Веселина была беспощадна, как никогда. Она выжимала из меня все соки, заставляла повторять одно и то же движение снова и снова, пока мышцы не начинали гореть огнем и отказываться слушаться. Это был ее способ восстановить контроль. Надо мной. Над ситуацией.

Морена пришла ровно в полдень. В сопровождении одной из стражниц Марфы, что было явным условием Веселины. Колдунья была невозмутима, как всегда. Она принесла с собой небольшую суму.

– Совет требует отчета о состоянии, – формально заявила она. – И проверки эффективности вчерашнего вмешательства.

Веселина кивнула, скрестив руки на груди, и заняла позицию у двери, как часовой. Ее взгляд не отрывался от Морены.

Осмотр на этот раз был быстрым и менее интимным. Морена проверила пульс, заглянула в глаза, попросила показать язык. – Сигнал приглушен, но не исчез. Аура стабильнее. – Она бросила взгляд на Веселину. – Ему нужен покой и хорошее питание. Физические нагрузки в меру.

– Он будет делать то, что я скажу, – отрезала Веселина.

Морена едва заметно вздохнула. – Как знаешь. Я буду приходить раз в три дня для проверки. Если состояние ухудшится – сообщи.

– Сообщу.

Казалось, визит на этом закончен. Но Морена задержалась. Она повернулась к Веселине, и ее голос стал тише, предназначаясь только для нас. – Есть еще кое-что. Не от Совета. От меня. Разведчики Марфы заметили следы на севере. Людей. Чужих. Возможно, охотниц.

Веселина насторожилась. – Охотниц? Сюда? Откуда?

– С запада. Из княжества Тесьмы. Ходят слухи, что там знают цену таким, как он, – Морена кивнула в мою сторону. – И платят за них золотом и магическими артефактами. Они выискивают редких, сильных мужчин. – Она сделала паузу. – Твои права, Веселина, действуют только в стенах Града Светлицы и в пределах власти нашего Совета. Для пришлых охотниц с запада они – пустой звук. Им нужна добыча. И они берут ее силой.

В тереме снова повисла тягостная тишина. Новая угроза. Более изощренная, чем волколаки, и более опасная, чем интриги Марфы. – Спасибо за предупреждение, – наконец сказала Веселина. – Это не предупреждение. Это приглашение к разговору, – сказала Морена. – Нам нужно говорить. Всем троим. О реальных угрозах. И о реальных союзах. Подумай об этом.

Не дожидаясь ответа, она кивнула стражнице, и они вышли. Веселина долго молчала, глядя в закрытую дверь. – Охотницы, – произнесла она наконец, словно пробуя это слово на вкус. – Значит, не только здесь такие дела. Значит, ты и вправду уникальная ценность.

Она посмотрела на меня. – Все меняется, Алексей. Волколаки – это опасно. Но это звери. С ними можно сражаться. Охотницы они умны. Хитры. И у них, наверняка, есть свои колдуньи, свои методы. Одной мне не справиться.

– Что будем делать? – спросил я.

Она подошла к окну, выглянула в щель между ставнями. – Похоже, нам придется слушать эту черноволосую змею. Потому что она права. Нам нужен союз. Настоящий. А не этот цирк с правами собственности.

В ее словах звучала горечь. Мир за стенами терема становился все сложнее и опаснее. Настало время для первого, по-настоящему серьезного разговора. И поговорить как три союзника, у которых не осталось ничего, кроме инстинкта выжить.

Глава 6

Решение о тайном совете пришло само собой, навязанное обстоятельствами. Стража у ворот, теперь бдила не столько за тем, чтобы я не сбежал, сколько за тем, чтобы ко мне не проникли посторонние. «Посторонние» в понимании Марфы, видимо, включали и Морену, если та приходила без ее ведома.

Веселина была на взводе. Ее тренировки стали еще жестче. Она вбивала в меня азы фехтования с таким остервенением, словно пыталась за неделю сделать из меня витязя. Я покрывался синяками, сбивал ноги в кровь, но молчал и терпел. Это был наш общий способ справиться с растущей тревогой.

Через два дня после визита Морены, ближе к вечеру, в дверь постучали особым образом – три быстрых удара, пауза, два медленных. Веселина метнулась к двери, приоткрыла ее на щель. – Что? – Приказ от боярыни Марфы, – донесся сдавленный голос стражницы. – На завтра. Ведешь его в баню. Общая. В час дня. Под усиленным конвоем. Чтоб был чистым. К приезду гостей.

– Каких гостей? – тут же спросила Веселина, и в ее голосе прозвучала тревога. – Не знаю. С запада, говорят. Важные. Совет хочет показать ну, его. Чтоб был презентабельным. Все.

Стук отступил. Веселина закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Лицо ее было пепельным. – Гости с запада. Охотницы. Или их разведчицы. Они здесь.

Холодная волна прокатилась по моему животу. – Что будем делать?

Она оттолкнулась от двери, схватилась за голову. – Мыться, черт возьми. Что еще? Отказаться – значит сразу подписать себе приговор. Марфа обвинит в неповиновении, лишит прав, и они заберут тебя «законно», как собственность Совета. – Она закусила губу. – Нужно предупредить Морену. Прямо сейчас.

Проблема была в том, как это сделать. Стража у ворот бодрствовала. Но у Веселины, как выяснилось, был свой план. Через час она начала кричать на меня, разыгрывая спектакль для дежурных за дверью. – Да сколько можно, деревенщина! Всю воду расплескал! Идем, принесем еще, с колодца, раз такой непутевый!

Она распахнула дверь и буквально вытолкнула меня на улицу, сунув в руки два пустых ведра. У ворот стояли две стражницы. Они переглянулись. – Вы никуда не пойдете, Огнева. Приказ. – Да колодец в трех шагах! – взорвалась Веселина, продолжая игру. – Или вы мне воду носить будете? Выбирайте!

Стражицы поколебались. Колодец был действительно в двадцати метрах, в пределах видимости. Одна из них кивнула. – Ладно. Быстро. Мы смотрим.

Мы вышел за ворота, ощущая на себе их колющие взгляды. Подошли к колодцу, сделал вид, что с трудом вращаю ворот, чтобы было время. Веселина моментально исчезла. Она побежала к Морене. Через десять минут она, задыхаясь, уже оказалась рядом быстро сунула мне в руку, прикрытую ведром, маленький, твердый сверток. – Сегодня. Глубокой ночью. Когда луна скроется за стеной. Она пройдет через старую водоводную трубу под стеной. Она выходит в конюшню. Будь готов.

Мы вернулись в терем, под подозрительными взглядами стражниц. Я сунул сверток Веселине. Она развернула его у очага. Внутри лежала связка сухих трав, маленький глиняный кувшинчик и записка, нацарапанная на бересте углем: «Сжечь травы для сна стражи. Мазь – для следов. Ждите».