Ирен Эшли – Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (страница 20)

— Черная магия! — подытожил сквозь стиснутые зубы Гисол. Обернулся к Фаине и громко приказал: — это твоих рук дело!

Иномирянка закрыла заплаканное лицо руками, отрицательно качая головой. Всюду столпились адепты, укоризненно рассматривая девушку с Земли. Среди них был Салал, принц поджал губы, ему было сложно принять это и глядел на Фаину, как на заклятого врага.

— Разойдитесь, — послышался голос ректора.

Колдуны и колдуньи пропустили высшего мага, яро ожидая его слов. Мужчина молча прошелся глазами по всем, задержался на Фаине, которую всю трясло; она незаметно для всех виновато приподняла руку с печатью и опустила, ректор всё понял.

Выслушав возникающего Гисола и озадаченных лекарей, подошел к пострадавшей адептке и присел возле нее; ладонь разместил над её лбом и повел до подбородка, читая заклинания. Снежана очнулась. К ней ринулись лекари. Фон Корнель выровнялся и скомандовал:

— Смотреть больше не на что! Быстро все по комнатам! С ней все в порядке. — Адепты продолжали стоять, маг приказал строже: — по комнатам! Быстро!

Состоянием, в котором находилась Снежана, называется Каменной душой. Печать защиты срабатывает каждый раз по-разному, колдунье первого ранга выпала такая участь: печать не убила, но заковала душу наатирийки, перекрыв не только магию, но и жизненно важные процессы, для них словно замерло время. Состояние не опасное. Даже если бы сон не убрал Рассел, сошел бы сам через сутки.

— Адептка в полном порядке, — вскоре оповестили лекари и их вместе со Снежаной опустили.

Та до сих пор гадала, что с ней произошло, ведь сама она не почувствовала ничего.

— Ты тоже можешь идти, — адресовалось ректором Фаине.

— Нет! — отрезал мистер Гисол. — Герцог, Рогова использовала черную магию!

Рассел раздраженно потер виски и лениво протянул:

— Никакая это не черная магия.

Колдун доказывал свое. Корнель не выдержал и отсек:

— Я – высший маг и лучше разбираюсь. Это была не черная магия. На этом разговор окончен.

— Но что тогда? — оскорбился мистер Гисол.

Ректор хитро улыбнулся и процедил:

— Скоро узнаешь, — вслед добавил: — можешь идти.

Преподаватель, фыркнув, ушел с поля боя.

Рассел вздохнул, глянул на охваченную страхом Фаину, подошел к ней и тихо спросил, поглаживая по плечу:

— Ты как?

Девушка всхлипнула.

— Я опасна для окружающих…

— Пусть не лезут.

— Я чуть не убила сестру!

— А она — тебя! — отметил Рассел. — Просто не думай об этом, со Снежаной всё хорошо, жизни ничего не угрожает. С преподавателями я поговорю, в Боевой практике тебя задействовать больше не будут.

— Но как я им тогда объясню, что случилось сегодня? — опустила глаза.

— Завтра встреча с королём, — напомнил он, — Наатир узнает не только о том, что ты моя жена, но и то, что ты полностью под моей защитой, — намекнул на печать. — Сегодняшние всем сразу станет понятным. Теперь иди отдохни, Фаина. На сегодня достаточно потрясений.

— Подожди, — схватила его за руку, но смутилась и тотчас опустила. — У Снежаны другая фамилия… почему?

— Она взяла фамилию родных родителей, — кротко объяснил ректор.

Фаина понимающе кивнула.

— А теперь иди отдыхать.

Девушка поблагодарила и направилась к выходу, где ее ждала Лилола. Наатирийка прильнула к ней, приобняв, подняла любопытные глаза и шепотом спросила:

— Печать сработала, да?!

— Да, она.

— Тебя лучше не обижать, — посмеялась.

Фаина вздохнула:

— Могу предположить какие слухи обо мне поползут…

8.3

Слухи уже поползли.

Девушки направлялись в комнату, как услышали разговор фиолетовых у окна в одном из коридоров. Фаина замерла недалеко от них, с безразличием слушая их разговор.

— Жестко тебя, конечно, дикарка уделала, — насмехался то-Ксиа.

— Заткнись, — обижено процедила Снежана.

— Как себя чувствуешь? — проникновенный голос принадлежал принцу.

— Нормально.

— Как думаете, что это было? — поинтересовался Аарен.

Салал залез на подоконник, руки сложил на груди и оперся на часть стены. Не спешил отвечать; задумался на пару минут, прикрыв глаза, потом ухмыльнулся и, ехидно изогнув бровь, прокомментировал:

— Гисол говорил, что это черная магия, но я сомневаюсь…

Аарен махнул рукой:

— Дикарка, как появилась, на нас смотрела, как на нечто странное, а тут внезапно черная магия? Бред!

— Никакая это не магия, — уверено заявила Снежана.

— Здесь что-то другое, — изрек Салал, поворачивая голову к пейзажу за окном. — Непредсказуемая иномирянка, — томно протянул, следом добавив: — не перестает меня удивлять.

— Кстати, ты её заполучил? — то-Ксиа сменил тему, перейдя к спору.

Салал уныло промычал.

— Эта крошка почти повелась. Я перед ней стелился как мог, такой концерт устроил, а она отказала.

Фаину словно пронзила молния. Лола подняла на подругу сочувствующий взгляд, которая за секунду побледнела от обиды. Девушка ощутила всю её боль от предательства и лжи, Фаю трясло, дыхание стало неровное, глаза начали краснеть от поступающих слёз огорчения. Лилола погладила по предплечью, шепнув:

— Не обращай внимания…

Иномирянка оскалилась и гордо вышла к магам первого ранга. Те сильно удивились, Салала вообще перекосило.

— Фаина… — позвал её первым.

— Знаешь, я чувствовала подвох. От твоих красивых слов, признаний так и веяло фальшью!

— Тогда почему ревешь? — встряла Снежана. Некогда сестра расплылась в ироничной улыбочке, сложив руки на груди. — Неужто одна часть тебя на что-то понадеялась?

Фаина глядела на сестру и вдруг осознала: всё кончено. Снежана умерла точно также, как и она для неё. Земной истории нет и не было, благодаря переходу. Полнолуние навеки разделило жизнь на до и после.

— Мне плевать, — грубо кинула в ответ, уточив: — на Салала, на тебя и на весь Наатир. Просто я устала быть игрушкой. Вот здесь у меня вы уже все, — подвела руку к горлу, потом развернулась и красивой походкой, держа высоко голову, ушла вместе с Лилолой, которая, перед уходом, оповестила Салала:

— Ну ты и подонок, конечно.

Принца невольно заскребло на уровне солнечного сплетения. Глядя иномирянке вслед, забоялся, что навсегда… потерял её. Даже если будет честен с ней — она уже не поверит. Колдун нервно потормошил волосы и в следующий миг резко сдвинулся с места за девушкой с Земли. Его попыталась остановить Снежана, но маг вырвал руку. Снежу охватила черная ревность, она оскалилась, а ненависть к младшей сестре разрасталась всё больше.