Ирен Эшли – Автор в мире Владыки демонов (страница 9)

Ли Шен — тот самый герой с чертовски привлекательной внешностью, сложным характером, могущественной силой, которого читатели должны ненавидеть — он ведь злодей! — а автор непременно обязан заставить его в конце поплатиться, но происходит всё в точности наоборот: злодей всем… нравится. Тьма вообще привлекает таинственностью, как и порок, которого в Ли Шене… море.

— Ты куда? — схватила меня за руку Гу Джи.

Надо же, а я даже не заметила, как встала и направилась к владыке демонов. Всё произошло невольно.

— Не знаю, — отозвалась неуверенно я, возвращаясь на место.

В следующей миг навес над нами сорвали. Мы вскрикнули, поднимая глаза и видя… Тень.

— Вас-то я ищу, — жутко сообщил он.

18

Меня затрясло как осиновый лист. Гу Джи залилась слезами, уткнувшись мне лбом в плечо. Тень грубо схватил меня чуть выше запястья, резко дернул, заставляя подняться. Так же поступил с Гу Джи. Наложница вырывалась, падала на землю, но один демонический блеск глаз — и она притихла, боясь за свою жизнь.

Мужчина поволок нас за собой в центральную часть дворца. Кажется, единственную более или менее уцелевшую часть… Дворец потонул в хаосе: всюду алые пятна, как маков цвет; в воздухе витает боль и отчаяние; слуг связывают воины врага, приказывают им не дергаться и молчать, те слезно смотрят на нас, ищут во мне, как в дочери главы, надежду на спасение; мне жаль, потому что не могу помочь… Сейчас я, как и они, пленница людей Ли Шена.

Дверь тронного зала.

Тень открыл их с ноги.

Я окаменела, видя отца Янлин, связанного, сидящего на полу у трона с остальной знатью. Несколько воинов Мо Сана без сознания привязаны к колонне. Только воины Ли Шена и Тени спокойно ошивались вокруг, грубо утихомиривая пытающихся сбежать.

Меня и Гу Джи кинули (причем в прямом смысле!) к отцу. Я больно ударилась, поморщилась, потом вздохнула и попыталась сесть поудобнее. Не успела… Тень развернул быстрее, чтобы колючей веревкой связать мне руки.

— Господин, что же будет… — плачущим голосом спросила Гу Джи и положила голову на плечо отца.

Ян Ксинг не ответил, зажмурился, видимо, чтобы сдержать слёзы. У меня пошли мурашки от этой картины: даже когда смерть ходит рядом, ощущается их любовь, сожаление о так мало проведенном времени вместе. Жаль Янлин не заметила их чувств раньше. Ведь Гу Джи не плохая, её чувства настоящие, да и отец проникся к наложнице самой светлой любовью. Гу Джи не заменила бы мать, но — я уверена! — стала бы прекрасной подругой.

Меня бросило в пот, когда на пороге тронного зала показался Ли Шен. Опустилась гробовая тишина, только шаги демона разрезали полное беззвучие. Воины и Тени поклонялись, а наши люди застыли от страха. Папа же оставался непоколебимым: он сидел ровно, смотря Ли Шену прямо в глаза, и не было в его взгляде ни трусости, ни страха. Истинный правитель!

В какой-то момент наши взгляды с Ли Шеном пересеклись в одной точке — и меня обдало жаром. Я со свистом втянула воздух, подбирая ноги, понимая, что демон направляется прямиком ко мне.

Он остановился на расстоянии вытянутой руки. Медленно опустился так, чтобы глаза оказались на одном уровне. Сердце выпрыгивало. Ли Шен растянул губы в ехидной ухмылке, продолжая по-хозяйски рассматривать меня. Странный взгляд скользнул по губам, шее, рукам, по ткани платья, застыл, а потом резко впился в мой взор. Грудную клетку словно сдавила удавка. Ли Шен продолжал смотреть нагло, высокомерно, покровительственно. Зрачки дернулись по направлению моего отца, и демон холодно объявил:

— Фракции Восточного Массива больше нет.

Где-то за спиной взвыли служанки, воины выругались, а отец… отец не отвечал, продолжая смотреть на Ли Шена так, как если бы сейчас он был на его месте.

— Теперь это территория фракции Северо-Восточных Вершин, — плотоядно, чеканя каждое слово, проговорил демон.

— Лучше убей нас! — грозно воскликнул отец. — Мы никогда, — протянул он, — никогда не склонимся перед тобой!

Ли Шен почему-то обернулся ко мне… Зловещая, почти маниакальная улыбочка вызвала на душе тревогу. Я замерла, как загнанная хищником жертва, и ждала его слов, будто приговор.

— Тебе больше не нужно скрываться, прекрасная, моя прекрасная Янлин, — манящее произнес Ли Шен. — Признайся отцу. Думаю, ему будет интересно услышать.

Сердце забилось, как птица в тесной клетке — настолько поглотило волнение. Кровь стучала даже в висках. Ли Шен хочет, чтобы я призналась ему в чувствах на глазах у отца! Боги, моё неуемное желание поскорее выбраться сыграло в злую шутку… Если признаюсь, это станет ударом для папы! Для всей фракции!

— Ну что, Янлин? — окликнул Ли Шен, когда пауза слишком затянулась. — Признаешься? Или… всё рассказать мне?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

19

— О чем он? — встревожился отец.

Я поджала виновато губы, постыдно жмурясь и отворачивая голову.

— Бабочка полюбила паука… — таинственно процедил Ли Шен, — как грустно, но как… красиво, — договорил шепотом, притих, чтобы в следующую секунду залиться зловещим смехом.

Мне стало не по себе. Я раскрыла один глаз, глянула на папу. Он сидел неподвижно, смотря отрешенно в одну точку. На лице застыла безысходность. Тело его дрогнуло, а потом отец медленно поднял взгляд на меня. И было в этом взгляде столько разочарования и горя, что сердце больно сжалось.

Ян Ксинг — не родной мне человек, но я успела привязаться к этому строгому, но справедливому мужчине. Он всем сердцем любил дочь. И пусть мы с Янлин сильно отличаемся характерами — Ян Ксинг принял и меня тоже. Он закрывал глаза на ошибки, причуды, любил и оберегал, не видя разницы. Я плохо справлялась с ролью Ян Янлин, но старалась не разочаровывать… отца. И пусть к Ли Шену невольно проросли ростки запретных чувств — уже тысячу раз пожалела о поступках в его дворце.

Тайное становится явным — частое явление, к сожалению. Меня тоже не обошло. О поцелуях и словах любви, которыми я бездумно бросалась, сейчас узнает вся фракция Восточного Массива. Дочь влюбилась во врага — да это хуже предательства! А мне и оправдаться нечем — не историей про Муза же прикрываться? Не поверят.

Посеявший ветер пожнёт бурю — истина. И буря эта, чувствую, меня уничтожит…

— Янлин, — горько уронил отец.

— Пап, я… — начала и осеклась. Мне нечего сказать. Внутренние уголки глаз запекли от слёз.

— Теперь понял, Ян Ксинг? — приосанился демон. — Твоя фракция склонилась передо мной в момент, когда меня полюбила твоя дочь.

Отец сокрушённо опустил веки.

Ли Шен усмехнулся, перевёл хитрый взор на корону и со словами:

— Она тебе больше не понадобится, — откинул символ власти в сторону.

Корона звонко ударилась о мрамор, покатилась по залу, ударилась о стену и, звеняще прокрутившись пару секунд, замерла. Вот тогда и наступил истинный конец — фракция Восточного массива пала, как и корона правителя.

Я не выдержала, заплакала. Моя вина… Во всем моя вина!

Произошедшее после… было как в тумане. Наших воинов связали и куда-то увели. Боюсь представить, что их ждёт.

Меня заперли в комнате. Остальных тоже. Слугам приказали наводить порядок в уцелевшей части дворца. Всё было под пристальным присмотром Теней. Их, как и обычных воинов фракции Северо-Восточных Вершин, было очень много и всюду. Они следили за порядком и жестко наказывали тех, кто пытался сбежать. А ещё жестче тех, кто писал письма соседним фракциям, прося о помощи… Воины Мо Сана, кстати, пытались помочь, но потерпели поражение; но их было не очень много, видимо, земли Мо Сана тоже подверглись нападению и пришлось защищаться.

Временным «правителем» Ли Шен назначил какого-то военачальника — мужчина выглядел сурово, но не особо умно, будто заточен только на «подчиняться и убивать».

Страшно, очень страшно… Не знаю, что делать дальше. И Муз куда-то запропастился!

Дверь раскрылась неожиданно. Я дернулась, потом вовсе задрожала, когда на пороге остановился Ли Шен. Могущественный, пугающий, с абсолютной властью в руках. Он бесцеремонно вошел, приказывая своим Теням оставить нас наедине.

Демон медленно подошел ко мне. И чем меньше становилось расстояние между нами, тем сильнее учащалось моё дыхание. Хотелось бежать, но… некуда.

Длинные мужские пальцы погладили по щеке, очертили подбородок и, когда попытались коснуться губ — я грубо оттолкнула.

— Не трогай меня! — приказала и запыхалась, от нервов.

Кажется, злость только веселила демона…

— А раньше ты кидалась на меня с поцелуями, — игриво произнес Ли Шен, садясь напротив.

— Я была глупой.

— Глупой? — переспросил он и рассмеялся. — Надо же… А мне казалось ты начнешь оправдываться, пытаясь очистить свою напрочь испорченную репутацию. Папочка бы заткнул здравый смысл, поверил дочке, но ты… — Ли Шен ехидно сощурился, — даже не попыталась что-то предпринять, смирилась. Ты либо очень честная, либо, и правда, ужасно глупая.

— Первое! — уверенно подчеркнула я.

Янтарные глаза сверкнули, и демон плотоядно спросил:

— А со мной… ты тоже была честной?

Сердце ухнуло вниз. Я задумалась.

Владыка демонов меня, несомненно, пугал… Но мощь, аура всевластия наряду с демоническим очарованием просто не могли не цеплять меня — простую девчушку из небольшого городка, работающей кассиром в продуктовом магазине, бредящей нереальными мечтами про карьеру писателя. Откуда в нашем захолустье «красавчики»? Одни щеголы в спортивных костюмах от бренда-подделки… А тут передо мной сидит чертовски обаятельный, бесподобно грациозный мужчина! Конечно, он мне… нравится. Глаза-то хорошо видят!