Ирек Гильмутдинов – Привет магия! Пирожки. Книга первая. (страница 7)

— Прожуйте, а то ничего непонятно! — я закатил глаза, опускаясь у костра. А ведь он знатный и титул имеет. Взгляд невольно тянулся к месту недавней бойни, но маг предупредил это движение — взмах руки обратил все останки в безликий пепел.

Прожевав, он на конец нормально ответил. А ещё мне показалось, что жевал он нарочито долго, лишь бы меня помучить. Ах да. Он же говорил, что маги вредные.

— Болтаю — нельзя было сразу, — говоря наливал себе отвар, который, к моему удивлению, за всё это время так и не вскипел. — Понимаешь. Пятеро мастеров вполне могли осилить одного магистра. Но лишив их концентрации... Глупцы сами себя победили. — Он сделал глоток, и только теперь я осознал — всё это время он не только сражался, но и тонко контролировал температуру нашего ужина. Вот у кого концентрация на уровне.

— Скажи-ка, малец, — маг привлёк моё внимание многозначительной паузой, — что в тебе такого особенного?

Я задумался на мгновение, растягивая ответ:

— Ну-у-у... Я научился читать раньше, чем уверенно ходить. Да и рецептов различных сластей знаю предостаточно.

— Ха! — его смех прозвучал как выстрел. — Так я и думал! Не мог у женщины вроде Арианы родиться сын, не сведущий в кулинарном искусстве. Будь моя нынешняя супруга попроще, нанял бы твою мать придворной кухаркой. Её ватрушки... — Глаза мага блаженно зажмурились, будто он вновь ощущал тот незабываемый вкус.

Но в следующее мгновение его выражение стало серьёзным, как будто кто-то переключил невидимый тумблер:

— Ладно, Кай, шутки в сторону. Почему ты им так нужен?

— Господин Ридикус, — начал я, перечисляя на пальцах, — во-первых, мне всего два года — ну, почти три. Во-вторых, кто такие эти 'они'? Я впервые в жизни покинул родную деревню. В-третьих, — я нарочито разделил слова по слогам, — я ре-бё-нок. Кому я могу быть интересен? Из всех моих врагов только гусь представляет хоть какую-то угрозу!

— Какой ещё гусь? О чем ты? — его брови поползли вверх.

— Да самый обычный дворовый, что клюёт за пятки и щиплет за любые выступающие части тела!

— Тьфу ты, — разочарованно выдохнул маг, — я уж подумал, ты о том маге... А, неважно. Короче, ты действительно ничего не знаешь?

— Нет. И клянусь Мирозданием, понятия не имею, зачем я этим людям понадобился.

Едва слова слетели с моих губ, как внезапный порыв ветра поднял пепел мертвецов, закружил его в причудливом танце и так же внезапно утих.

— Слушай, малыш, — понизил голос Рид, — не стоит слишком часто призывать его в свидетели.

— А как иначе я мог доказать свою правоту? Я впервые вижу этих людей! Откуда мне знать, зачем я им понадобился?

— Что ж, логично, — согласился он. — Давай спать. Доберёмся до столицы, найдём тебе наставника, и ты станешь его головной болью, а я...

— А вы отправитесь в ближайшую таверну и закажете вишнёвый пирог? — не удержался я от улыбки.

— Точно! — он торжествующе поднял указательный палец. — С кремовой начинкой.

— Как вы до сих пор не располнели от такого количества выпечки?

— Мы, маги огня, — начал было объяснять Ридикус, — как печи — все переплавляем в энергию, потому и...

Наша беседа прервалась внезапно — мы синхронно вскочили, услышав незнакомый голос. Из темноты, откуда ранее появилась группа нападавших, вышел мужчина лет пятидесяти в роскошной алой мантии, затмевавшей своим богатством одеяние Огнебрового. Его длинные рыжие волосы, цвета старой меди, свободно ниспадали на плечи, а борода, напоминающая проволочную щетину, достигала груди. Но больше всего поражали глаза — раскалённее угли, живые и бездонные. Отсутствие магического кольца на его руке говорило о двух возможностях: либо он забыл его надеть, либо перед нами стоял архимаг. От всей души я надеялся на первый вариант.

Фигура незваного гостя замерла в семи шагах от нас. Что поражало больше всего — он подошёл совершенно бесшумно, будто тень, отделившаяся от ночи.

— Напрасно ты не отдал мальчишку, — его голос звучал спокойно, почти апатично.

Ридикус фыркнул, поправляя перстень на пальце:

— Может, если бы твои подручные начали с вежливой просьбы, а не с нападения... Даже вишнёвого пирога не предложили. Какое вопиющее отсутствие манер.

Незнакомец молча кивнул, будто соглашаясь — да, с этими действительно ничего не поделаешь.

— Знаешь, отдай мальчика им — и я позволил бы тебе уйти. Ты мне не был интересен, — его пальцы медленно перебирали складки мантии. — Но теперь, после того как ты уничтожил моих подопечных, мне придётся забрать твою жизнь. Иначе мой господин заберёт мою. Он не любит простые траты. А эти глупцы захотели выделиться, за что и поплатились.

— Перед тем как мы начнём этот увлекательный танец, — Рид сделал театральную паузу, — не соблаговолишь ли представиться?

— Файрис Ярожар. — Имя прозвучало как удар гонга. Мой спутник скривился — явно знакомое ему имя.

— И ещё один вопросик, будь добр, — продолжал Огнебровый с преувеличенной вежливостью, — кто этот могущественный господин, что держит архимага на побегушках?

Ответом стал огненный смерч, вырвавшийся из ладоней незнакомца. Ридикус успел выставить щит в последний момент. Заклинание яростно буравило защиту, искры разлетались во все стороны, но через пять секунд атака неожиданно прекратилась — не потому, что не смогла пробить, а потому что маг сам её остановил.

Мои худшие опасения подтвердились — перед нами был архимаг. И судя по тому, как легко он кастовал без вербальных компонентов, дела наши плохи. Сердце бешено заколотилось — я не хотел идти с этим человеком, но и смотреть, как Огнебровый погибает в неравном бою... Хотя он уже дал понять, что не отступит. Значит, нужно действовать.

Хм-м, — на губах Файриса расползлась самодовольная ухмылка. — Неплох. Судя по плотности щита, ты близок к следующему рангу, — он сделал паузу для драматического эффекта. Как я заметил старики вообще любят делать паузы. — Вернее, был близок. Потому что сегодня твой путь заканчивается здесь.

Его руки вспыхнули алым светом. Я успел прочитать по губам:

— Темпестас Фламмарум". Из ладоней вырвался вихрь пламени, но в отличие от предыдущей атаки, этот начал обтекать щит со всех сторон, как жидкий металл, пытаясь найти малейшую брешь. Ридикусу пришлось трансформировать плоский барьер в сферический — теперь мы оказались в центре огненного кокона.

Прошло двадцать секунд. Пот стекал по лицу моего защитника ручьями, его руки дрожали от напряжения. А буря между тем только набирала силу, раскачивая наш хрупкий пузырь безопасности. Исход был предрешён — щит треснул, рассыпался на мерцающие осколки... Но вместо того, чтобы сжечь нас заживо, пламя внезапно погасло.

— Нет ты и вправду Силён, я весь в восхищение! Магистр и на таком уровне, — признал Файрис силу моего защитника с неподдельным уважением. — Искренне жаль уничтожать столь перспективного мага, — его рука медленно поднялась для финального удара...

И в этот момент я выставил вперёд свою детскую ладонь с болтающимся на среднем пальце перстнем. — Иктус фулминис! — мой голос прозвучал неестественно громко. Словно усиленной кем-то в сотни и сотни раз.

Файрис лишь снисходительно усмехнулся — пока молния не прожгла его грудь насквозь. Он рухнул на колени, глаза расширились от непонимания. В следующее мгновение огненное сверло Ридикуса превратило его голову в облако пепла.

Безжизненное тело медленно осело на землю. Из груди вырвался крошечный сгусток энергии и вонзился в Огнебрового.

На этот раз моё тело не ответило спазматической рвотой на увиденное — сознание просто померкло, словно перегоревшая свеча, не выдержав чудовищного накала эмоций. Я не увидел, как алое сияние, подобно рассвету в миниатюре, окутало фигуру Ридикуса, мягко приподняв его над потрескавшейся от жара землёй. Не видел, как его волосы вспыхнули живым пламенем, а глаза загорелись внутренним светом, будто в них поселились две крохотные звезды.

Я пропустил тот миг, когда ослепительная вспышка, подобная рождению новой сверхновой, разлетелась по поляне, заставляя тени плясать в безумном хороводе. Воздух затрепетал от высвободившейся энергии, а земля под ногами содрогнулась, будто в благоговейном поклоне.

Когда я очнулся, передо мной стоял уже не просто магистр огня — передо мной был новый архимаг, чья аура пульсировала неукротимой мощью, а каждый жест излучал уверенность того, кто переступил через последний рубеж и увидел истинную природу магии. Его плащ, ещё минуту назад простой и поношенный, теперь переливался оттенками пламени, будто соткан из самой сущности огня. Он показался мне знакомым. Где-то я уже его видел.

— Ну что, малец, — его голос звучал иначе, глубже, с новыми обертонами власти, — похоже, наш путь в столицу отменяется. — В его улыбке было что-то новое — не просто уверенность мастера, но спокойное величие того, кто наконец-то обрёл свои истинное место в этом мире. — И теперь я твой должник. Есть у меня идея как тебе отплатить за всё. Мы поедим…

Куда мы поедим я не услышал так как вновь потерял сознание. Зато я услышал другое у меня в должниках целый архимаг.

***

"Торговый тракт"

Пять часов спустя.

Он не стал дожидаться рассвета. Тело буквально пульсировало неукротимой энергией, каждая клетка горела новоприобретённой силой. Нужно было срочно возвращаться в столицу — теперь, после восхождения на новую ступень, перед ним открывались совершенно иные перспективы. Статус. Влияние. И, конечно же, деньги. О, эти сладостные мысли о золоте! Теперь он наконец-то сможет купить ту самую пекарню с примыкающей к ней роскошной таверной, о которой мечтал с тех самых пор, как впервые учуял аромат свежеприготовленного вишнёвого пирога.