Ирек Гильмутдинов – Петля: Чужой Обет. Том третий (страница 13)

Едва барьер исчез, кристаллит молниеносно набросился на пленника. В считанные секунды его тело было исполосовано десятками глубоких, стеклянно-острых порезов. Затем тварь оттащили, перегородку подняли. Прошёл час, другой, наступила и миновала ночь…, но Равиль оставался жив. Да, изрезанный, истекающий кровью, в шоке – но живой.

– Господин, – обратился Итан к вошедшему графу, на чьём лице играла торжествующа улыбка, – похоже, мы нашли его. Пора приступать к следующему этапу экспериментов.

– Отлично, – губы Нормана расплылись в довольной улыбке. Затем он повернулся к окровавленному, но живому пленнику. – Удача, выходит, на твоей стороне, вор. Ты ещё поживёшь. И, кто знает, может, даже заслужишь награду… в виде свободы. Но это, – он сделал многозначительную паузу, – не точно.

Его громкий, оглушительный смех, полный холодного торжества и безумия, раскатился по сырому, залитому кровью подвалу, смешиваясь с тихими переливами кристаллов и прерывистым дыханием их нового, бесценного образца.

Глава 6

Глава шестая

Тотализатор, меч и жадный Атос.

– Ты это видел? – взволнованная Булочка (Екатерина) резко сняла с головы прозрачный визор, по которому только что шла трансляция с летающего дрона, запечатлевшего погоню и развязку.

– Видел, – с необычной для него задумчивостью ответил Кирилл, откидываясь на спинку походной койки. Они заранее удалились в снятую комнату, чтобы сторонние взгляды не засекли инопланетные технологии. Здесь, конечно, у многих хватало «артефактов» местного или корпоративного производства, но использование гаджетов явно внеземного происхождения было верным способом привлечь внимание имперских спутников-шпионов. У Империи были свои, весьма безжалостные, методы выявления и «зачистки» нарушителей технологического развития планет, не вышедших в космос.

– И какие твои мысли? – спросила Екатерина, подходя к краю кровати и садясь рядом. Её пальцы непроизвольно теребили край визора.

– Боюсь, у нас с ним шансов маловато, – Кирилл провёл ладонью по лицу, и в его глазах отразилась редкая неуверенность. – Даже не представляю, как его можно ликвидировать. Он словно… чувствует саму смерть. Создаётся впечатление, что она от него отнекивается, не желая принимать. Ты только вспомни, милая, запись с того момента их боя. Как тот наёмник отрубил ему голову? А потом – помехи, и наш мальчик снова на ногах. И не просто на ногах – он в полном порядке. Это не регенерация. Это похоже на… мгновенный откат. Телепортацию в собственную прошлую точку.

– Или активацию гаджета времени на доли секунды до события. Что, в сущности, одно и то же, – кивнула Екатерина, её губы сжались в тонкую линию.

– Именно. От этого пахнет технологиями Предтечей. Они, согласно легендам, умели играть со временем, как дети с кубиками.

– Не только они, – возразила жена, припоминая. – Помнишь те старые байки о «Вечном Судье» – убийце, который всегда знал, как на него готовится покушение? Говорили, он тоже чувствовал угрозы заранее. Ни снайперский выстрел, ни бомба под транспортом – ничто не срабатывало.

– Помню. Чтобы с ним разобраться, пришлось стереть с орбиты целую планету-крепость. И даже тогда нет уверенности, что он погиб. Ведь никто не знал предела его способности «отматывать» время назад.

– Хорошо, – Екатерина поднялась и начала расхаживать по комнате. – Допустим, наша цель нашла артефакт Предтечей. Как нам известно, такие работают на жизненной энергии. Тогда пользоваться им решат единицы – слишком дорогая цена. И «фокус» с откатом можно провернуть два, от силы три раза. После чего нужно будет очень долго восстанавливаться. Но наш парень выглядит прекрасно, без признаков истощения.

– Это при условии, что он не использует ганий в качестве топлива, – парировал Кирилл.

– Откуда у него обработанный ганий? – удивлённо подняла бровь Екатерина. – Для устройств Предтечей нужен минерал, прошедший их нанофабрики. Такого в Империи не найти, а те, что есть, все у императора в сокровищнице. А здесь, на этой планете, у них даже электричества нет, о каком обработанном гании может идти речь?

Кирилл медленно сел на кровати, и в его глазах вспыхнула та самая холодная, аналитическая искра, которую Екатерина знала так хорошо и которая её так в нём сильно возбуждала.

– Оттуда же, милая, откуда у него лазерный пистолет расы Ламикрикс, – произнёс он тихо и многозначительно. – Но ты смотришь не туда. Подумай не о топливе, а о самом артефакте. Что, если он не просто нашёл устройство? Что, если он… сам и есть это наследие?

– Ты о чём это? – Екатерина на мгновение замерла, её палец застыл в воздухе, не дотронувшись до сенсорной панели визора.

– Он бегает быстрее скаковой лошади, взбегает по вертикальным стенам, словно паук, способен замедлять движение объектов, а возможно, как мы уже можем догадаться, и само время… – Кирилл медленно выдохнул, и его взгляд стал отстранённым, будто он проигрывал кадры в голове. – Нет, тут что-то не сходится. Не верю я, что какой-то учёный из «Чистой Линии», даже гений, мог натворить такое без ведома и контроля сверху. От этой всей истории слишком сильно несёт подставой.

– К чему ты клонишь? – спросила Екатерина, скрестив руки на груди. В её позе читалась насторожённость.

– К тому, что нас, судя по всему, держат за идиотов. Нам что-то серьёзно недоговаривают. Похоже, нас решили… списать. Отправить на миссию, из которой, по замыслу нанимателя, нет возврата.

– Ты бредишь, – фыркнула Екатерина, но в её голосе уже не было прежней уверенности. – С какой стати? Мы никогда не подводили «Чистую Линию», не нарушали контракты.

– Не знаю мотивов, – Кирилл поднялся с койки, и его тень, удлинённая тусклым светом масленой лампы, легла на стену. – Но я намерен это выяснить.

– Каким образом? – её брови поползли вверх.

– Полагаю, стоит откровенно поговорить с тем самым имперским инспектором. В частном порядке. Он точно что-то да знает.

– Ты же понимаешь, что после такого разговора его придётся устранить, – тихо, но чётко произнесла Екатерина. – Имперская служба найдёт убийц своих в любой точке галактики. Нам нигде не скрыться, если они узнают, что это мы сделали.

– Понимаю. Но я терпеть не могу, когда мной пытаются манипулировать, ведя вслепую.

– Тогда, может, стоит просто отказаться от миссии? – предложила она, делая шаг к нему. – Скинем им запись. Пусть сами разбираются со своим суперсолдатом.

– Эта мысль уже приходила мне в голову. Я даже вышел на связь с оперативным центром час назад, – Кирилл горько усмехнулся. – Мне вежливо напомнили о пункте контракта, исключающем односторонний отказ. Мы в ловушке обязательств.

На лице его жены появилось выражение, знакомое Кириллу как предвестник бури – холодный, хищный оскал, в котором не было ничего от игривой «Булочки».

– Мой милый пряничек, – прошептала она бархатным, опасным голоском. – А не пора ли нам сменить вектор? Напомнить «Чистой Линии», кто мы такие на самом деле и почему с нами не стоит играть в такие игры?

– Ах, моя дорогая булочка, – лицо Кирилла озарила ответная, безудержная улыбка. – Как же я тебя обожаю, когда ты такая.

Екатерина в ответ поманила его пальцем с таким томным видом, от которого у него перехватило дыхание. Она плавно изогнулась, как пантера перед прыжком, и издала тихое, мурлыкающее звук, прекрасно зная, какой эффект это производит на мужа. Её спортивное, безупречное тело, недавно обновлённое в корпоративных биолабораториях, в этот миг стало для него единственной реальностью. Все мысли о заговорах, контрактах и инспекторах испарились. С тихим, срывающимся рычанием он набросился на неё, а она встретила его, смеясь низким, победным смешком, растворяя тревоги в давно отточенном, стремительном танце взаимного забытья.

***

Слава всем богам, даже если они не существуют, меня, кажется, никто не разыскивал. Проблемой оказалась лишь та самая лошадь, которая ни за что не хотела подпускать меня близко. К счастью, в кармане нашёлся припасённый кусочек сахара, который и спас положение.

Вернувшись в город через дальние ворота, я сразу направился на постоялый двор. Первым делом принял долгожданную горячую ванну, а всю пропахшую пылью и потом одежду отдал в стирку.

Атос, к сожалению, испытание не прошёл. Судьи были непреклонны. Возможно, в другой день ему и дали бы шанс, но на сей раз их вердикты звучали как отточенные, категоричные удары. Впрочем, судя по выражению его лица – скорее озадаченному, чем расстроенному – он не воспринял это как трагедию. Марк же прошёл легко, что, в общем-то, неудивительно. Он умён, хладнокровен в нужный момент, виртуозно владеет оружием, а его магические способности и вовсе впечатляют.

Вечером, как обычно, мы ужинали в нашей компании. Обсуждали загадки, которые нам подкидывали в шатрах, и даже пытались воссоздать некоторые – например, ту самую с палочками. Оказалось, наши верные спутники вовсе не лишены сообразительности. Тот же Молчун щёлкал задачки, которые мы ему подкидывали, как орехи. Будь он магом, я бы, не раздумывая, отправил его вместо себя. Если бы, конечно, не знал истинных ставок этой игры.

Беда только в том, что любой заурядный маг, вроде того же Атоса, мог бы в два счёта справиться с любым из моих ребят. Пара метких импульсов воздуха в грудь или в голову – и всё, конец.