Ира Дейл – Развод. Цена твоей любви (страница 32)
По поводу Алены, да, у меня не было сомнений, зато…
Прикусываю губу. Виновато смотрю на Марка. Он тут же хмурится, после чего поднимает руку и освобождает мою губу из плена зубов, проходится по ней кончиком большого пальца, посылая мелкую дрожь по моему телу.
— Мы со всем разберемся, — понижает голос до тихого шепота.
Кожа тут же покрывается мурашками. По идее, напряжение должно было оставить меня, но почему-то облегчение так и не приходит. Наоборот, дыхание застревает в груди. Не могу отвести от мужа глаз. Такое чувство, что Марк взял меня в плен. Между нами словно искры летают. Эмоции начинают бурлить в груди. Совсем, как раньше…
— Кмх… — врывается у затуманенный разум. Вздрагиваю. — Простите, что прерываю, — в голосе Александра слышится улыбка. — Я бы с удовольствием оставил вас наедине, но нам нужно обсудить дела. Время поджимает.
Кое-как разрываю зрительный контакт с мужем, перевожу взгляд на Александра. Тот сидит, откинувшись на спинку кресла, и широко улыбается.
Жар приливает к щекам. Тяжело сглатываю.
— Ну… я, наверное, оставлю вас, — чувствую, как Марк сильнее сжимает мое плечо. — Я буду ждать тебя в зале, — улыбаюсь, заглядывая в глаза мужу. — Найди меня, когда освободишься, — протягиваю Марку телефон.
Муж тут же забирает гаджет.
— Ты можешь остаться здесь, — говорит абсолютно серьезно.
Тепло разливается в груди. Нам с Марком предстоит пройти тяжелый путь к друг другу, но сейчас, зная, что мы идем в нужном направлении, становится легче. Поэтому мотаю головой.
— Нет, мне нужно еще кое-кого найти, — кста-а-ати… поворачиваю голову к Александру. — Подскажите, пожалуйста, вы не собираетесь открывать производство своих лекарств в России? Или все-таки решили оставить его в Турции? — краем глаза замечаю, что Марк напрягается. Блин, нужно было ему заранее рассказать про ситуацию с Германом и его женой. Уверена, у него сейчас в голове черти что творится. Ладно, потом ему все объясню. Не сомневаюсь, он меня поймет.
— Думаю об этом, — Александр с подозрением и любопытством смотрит на меня. — А что?
— Просто я знаю одного гениального биофармаколога. Ей нужна работа, но, к сожалению, нет опыта, — вываливаю всю правду. Пусть у Александра будут все вводные данные, прежде чем он решит давать ли Алене шанс или нет.
— Насколько она гениальна? — мужчина выгибает бровь.
— Была лучшей на курсе, но вышла замуж и родила ребенка, поэтому карьеру пришлось отложить до лучших времен, — произношу и понимаю, что, возможно, сейчас топлю Алену. Кто захочет нанять на работу девушку с маленьким ребенком? Это же все-таки немалые риски.
«Лучше ему знать все», — напоминаю себе.
Пан или пропал.
Задерживаю дыхание. Вижу, как Александр сужает глаза. Явно, думает.
Черт, а если мужчина спросит, почему мы ее не примем в нашу фирму, если она настолько гениальна? Рассказывать мне про Германа и про то, что биофармаког его жена? Или лучше не надо?
— Пусть она свяжется с моей помощницей, — в итоге, произносит мужчина. Выдыхаю. — И скажет, что она от вас. Ей назначат собеседование.
Облегчение разливается по венам.
Мышцы начинают болезненно расслабляться. Я и не представляла, была насколько напряжена.
— Спасибо, — благодарно улыбаюсь Александру. На Марка, который превратился в статую и сверлит меня непонимающим взглядом, боюсь смотреть. Но все-таки пересиливаю свой страх, заглядываю мужу в глаза. — Я потом все расскажу, — произношу одними губами.
Муж какое-то время раздосадовано смотрит на меня, после чего коротко кивает.
Поддаюсь порывы, встаю на носочки и оставляю быстрый поцелуй на губах Марка. Еще сильнее краснею. Не глядя на мужа, разворачиваюсь, бросаю через плечо «увидимся чуть позже» и стремительно выхожу из кабинета.
В животе бабочки машут своими крылышками, щекоча меня изнутри. По телу разливается эйфория. На лице блуждает счастливая улыбка. Господи, я и не знала, что этот день перевернет мою жизнь с ног на голову.
Еще сегодня утром будущее казалось полной безнадежностью. А сейчас у меня есть надежда на счастье. Наши отношения с Марком еще можно спасти. Мы обязательно справимся со всеми невзгодами. Главное, не забывать больше друг о друге. Ведь в жизни нет ничего важнее семьи.
На эмоциях забываю, что служебные коридоры — это настоящие лабиринты. Только свернув в очередной раз, осознаю, что, возможно, будет непросто найти зал ресторана. Оглядываюсь по сторонам, не прекращая идти. Думаю о том, чтобы позвонить Марку и попросить меня найти, как заворачиваю за очередной угол и застываю.
— Игорь, — бывшая моего мужа хватает Артемьева за руку. — Я…
— Ты меня использовала, — рычит мужчина прямо в лицо девушке. — Зачем? Скажи!
Глава 48
Резко захожу обратно за угол. Прижимаюсь спиной к стене. Сердцебиение разгоняется до невероятной скорости, отдается в ушах. Кладу ладонь на грудь, тру, надеясь успокоить не только несущийся непонятно куда орган, но и сбившееся дыхание.
Последнее, чего мне сейчас хочется — столкнуться с бывшей девушкой моего мужа и его конкурентом. Мне хватило той драмы, которую я уже пережила из-за них. Новая мне не нужна.
— Я не слышу ответа, — доносится до меня разъяренный рык Артемьева. — За что ты так со мной? — громкий стук заставляет меня подскочить.
Сердцебиение, которое только начало возвращать свой нормальный ритм, вновь сбивается. Но, видимо, мне мало приключений на мягкое место, потому что вместо того, чтобы спокойно стоять в своем укрытии, я выглядываю из-за угла.
Сразу цепляюсь взглядом за парочку.
Алена стоит, прижавшись к стене, совсем как я пару секунд назад, а Артемьев нависает над ней, поставив руку возле головы девушки.
— Я не хотела, — Алена так резко всхлипывает, глядя Артемьеву в грудь, что у меня брови ползут вверх. — Марк меня бросил, толком ничего не объяснив. Да, у нас больше года ничего не клеилось. Но мне все равно было больно и обидно. Я хотела отомстить. Хотела, сделать Марку так же больно, как и он когда-то сделал мне, — рассказывает сбивчиво, сцепляя пальцы перед собой.
— А когда появился я, его главный конкурент, ты решила, что отличная идея использовать меня для своей мести, — Артемьев хватает девушку за лицо, заставляя ту посмотреть ему в глаза. — Так?
— Да, — тихо признается Алена, по ее щеке скатывается слеза. — Но…
— Чей Рома сын? — злобно шипит мужчина.
Девушка вздрагивает. Хочет отвести взгляд, но Артемьев ей не позволяет.
— Парня, с которым я изменила Марку, — в итоге, Алене приходится сказать правду.
Артемьев шумно втягивает в себя воздух. Пару секунд молчит, после чего отпускает лицо Алены и отталкивает от стены. Отходит к противоположной, сжимает кулаки.
— Он знает, что у него есть ребенок? — спрашивает, явно, стараясь сдерживаться, но гневные нотки в голосе ему все равно скрыть не удается. Алена едва заметно кивает. — И почему он не рядом с Ромой? — на выдохе происходит мужчина, после чего до побеления сжимает губы.
Алена тяжело сглатывает. Переминается с ноги на ноги. Похоже, не знает, куда себя деть.
— Он изначально не хотел Рому. Дал мне денег на аборт. А когда я родила, и он узнал, то отказался признавать сына, — поднимает взгляд на Артемьева. — Прости меня, — шепчет.
Мужчина застывает, но и зрительного контакта с девушкой не прерывает. Не знаю, какой мыслительный процесс происходит в голове у Артемьева, но вижу, как спустя время сужаются его глаза. Плечи расправляются. Вены на кулаках “набухают”.
— Ты ведь сказала, что Марк — отец Ромы, потому что надеялась, что он беспрекословно признает сына, так? — чеканит каждое слово. Алена напрягается, ее лицо вытягивается. Артемьев попал в точку и быстро осознает это. — Ты не отомстить Марку хотела, а вернуть его! — озвучивает свой вердикт.
У меня же внутри все вспыхивает от злости. Приходится заставлять себя стоять на месте, а не выскочить из-за угла и оттягать Алену за волосы. Но руки, черт их побрал бы, чешутся. Сильно чешутся. Из-за того, что эта дрянь захотела вернуть себе моего мужа, нам пришлось пройти через настоящий ад!
Но мне не приходится ничего делать, потому что Артемьев резко срывается с места, в один широкий шаг преодолевает разделяющее его и Алену расстояние, нависает над девушкой.
— Скажи, а чем тебя я не устраивал? — спрашивает, понизив голос, из-за чего ледяные мурашки ползут по моему позвоночнику.
Алена, видимо, тоже чувствует плохо скрываемый гнев мужчины, поэтому ссутулится, сжимается, пытается превратиться в точку. Но от разъяренного мужчины, который хочет получить ответы на свои вопросы, ей не скрыться. Девушка в ловушке и понимает это, поэтому набирает в легкие побольше воздуха, вздергивает голову, но сказать ничего не успевает, потому что Артемьев продолжает:
— Я же всегда любил тебя. С первой нашей встречи. Бегал за тобой, как собачонка, но ты не видела во мне никого, кроме моего лучшего друга, — выпаливает на одном дыхании. — Ты всегда смотрела только на Марка. Только на него! А чем я хуже? Скажи, Алена, чем?! — в конце срывается на крик.
По щекам девушки катятся слезы. Она кусает губы и, похоже, все, что может сказать:
— Прости меня… прости.
— И Ромку я тоже полюбил, — говорит мужчина тише. — Если бы ты с самого начала рассказа мне правду, я, с удовольствием, заменил бы ему отца. Я бы стал самым лучшим отцом для Ромки, но ты снова предпочла мне Марка! Снова! — с размаху ударяет кулаком в стену у головы Алены.