Ира Дейл – Предатель. Ты меня (не) заменишь (страница 9)

Не знаю, как разрядить обстановку, когда сама нахожусь на грани срыва. На за меня эту “работу” выполняет звонок домофона.

— Еда приехала, я сейчас вернусь, — заявляет муж и направляется обратно к выходу из квартиры.

Я же чувствую себя неуютно в собственном доме и понимаю, что мне нужно успокоиться. Иначе о каком противостояние с лисой в обличии невинной овечки может идти речь? Поэтому не обращая внимания на то, что “невежливо” оставлять гостей одних, просто разворачиваюсь, бросая напоследок:

— Скоро вернусь.

Широкими шагами, преодолеваю расстояние до двери в гостевую спальню, находящуюся на противоположной от окна стене. Но в комнату не захожу, меня больше интересует ванная рядом с ней. Залетаю в нее, краем уха улавливая резко ставший беззаботным голос дочери:

— Антон, а ты уже школу в этом году заканчиваешь, да? Или еще год учиться надо? На кого поступать собираешься?

Искренняя заинтересованность дочери в жизни ее брата сменяется тишиной, когда я захлопываю за собой дверь. Пару секунд стою в темноте, просто наслаждаясь спокойствием, которое резко проникает в меня, после чего глубоко вздыхаю и щелкаю выключателем.

Просторная светлая ванная комната озаряется светом. В первую очередь натыкаюсь на свое отражение в зеркале, висящим над белой тумбой с раковиной. Даже на приличным расстоянии вижу призраки печали на своем лице. Они залегли в морщинках возле глаз, отражаются в опущенных уголках губ, светятся во взгляде.

Я стала бледной копией даже вчерашней себя. Не говоря уже о том, какой была раньше. Веселой. Заводной. С целями и мечтами. Куда все делась?

Да измена мужа больно прошлась по мне. Она разорвала мое сердце на мелкие кусочки. А свет моих глаз после того, как я увидела то злосчастное видео, померк.

Но разве бывает такое, чтобы изменения произошли настолько резко? Может, я начала меняться… терять себя гораздо раньше? Неужели, возраст “съел” мое желание жить и радоваться каждому моменту?

— Не знаю, — выдыхаю, честно признаваясь себе же в своей слабости.

Единственное, что я точно могу сказать — что-то явно в моей жизни пошло не так, раз Слава решил променять меня на свою бывшую жену. При этом назвал Светлану шикарной, а меня обычной, приевшейся. Резь в том месте, где раньше было сердце становится сильнее. Поднимаю руку, тру саднящее место, надеясь хоть немного уменьшить дискомфорт. Жаль, что ничего не получается.

Поэтому решаю отвлечь себя. Глубоко вздыхаю, отталкиваюсь от пола, прохожу мимо унитаза и открытого шкафа с разными баночками с одной стороны, большой ванны — с другой. Останавливаюсь у того самого зеркала, которое показало мне меня настоящую. Включаю воду и умываюсь. Не вытираю лицо, просто опираюсь на столешницу, переводя на нее весь свой вес. Пару секунд смотрю на свои безжизненные глаза, не понимая, когда именно они стали такими. Сколько бы я не копалась в памяти, нужный момент найти не получается. Поэтому прихожу к выводу, что изменения со мной происходили постепенно. С каждым днем я становилась другой… взрослела что ли?… а одновременно с переставала быть собой. Я перевела фокус, на семью, бизнес. Стала прекрасной мамой, как сказал мне Слава, но забыла про то, кто я на самом деле.

Да, похоже, именно в этом и была моя ошибка. Я задвинула себя на задний план, за что и поплатились. Все вокруг решили, что могут сделать со мной то же самое. Решили, что могут выбрать не меня.

Это осознание оказывается еще более болезненным, чем предательство мужа. Оно одновременно миллиардом иголок вонзается в тело. Колени подгибаются. Если бы я не держалась за столешницу, то наверное упала бы. А так продолжаю оставаться в вертикальном положении и смотреть на себя.

Шум текущей воды, проникает в сознание, постепенно очищая его от лишних эмоций.

Сейчас как никогда ясно мысль, поэтому четко осознаю: за нашу семью со Славой я бороться не буду, он сделал свой выбор, а бегать за мужчиной, предавшим меня — последнее дело. Но и Светлане не позволю обращаться со мной как ей вздумается. Нужно показать зарвавшейся бывшей будущей жене моего мужа, что заменить меня у нее получится. Если не в жизни Славы, то в моем доме уж точно.

Стоит мне принять окончательное решение, кто-то явно пытается проверить его на прочность, потому что дверь в ванную комнату распахивается и на пороге появляется героиня моих размышлений. Светлана с гордоподнятом подбородок заходит в комнату, аккуратно прикрывает за собой дверь, после чего прислоняться спиной к косяку и ловит мой взгляд в отражении. Пару секунд просто смотрит на меня. Изучает? Неважно. Главное то, что не подходит много времени, когда она с полной уверенностью заявляет:

— Ты же понимаешь, что в конечном итоге эта кухня станет моей? Как и твоя жизнь?

Глава 14

Смотрю в бесстыжие глаза Светланы в отражении и чувствую, как мгновенного закипаю. Впиваюсь пальцами в столешницу в попытки сдержать рвущуюся наружу ярость, но ничего не выходит.

Кровь стучит в ушах в такт биению сердца. Дыхание учащается. Мозг заполняет жажда расправы.

Кто ей позволяет так со мной разговаривать? Кто она такая, чтобы забирать мою жизнь?

Всего лишь потаскушка, которая раздвигает ноги перед чужим мужем. Даже возраст не стал ей помехой, так и не помог приобрести ум.

Ярость все больше и больше разгораются в груди, и я понимаю, что не смогу ее сдержать.

А стоит ли пытаться?

Единственный ответ на этот вопрос, который всплывают у меня в голове — нет.

Нет никакой адекватной причины на то, что глотать грязь, которую пытается вылить на меня бывшая жена моего мужа.

Не знаю, что именно подталкивает меня к действиям, но уже в следующее мгновение резко отпускаю столешницу и кручусь на пятках.

— Убирайся из моего дома, — шиплю не хуже дикой кошки.

Когтями… то есть ногтями впиваюсь в ладони, пытаюсь заглушить внутренний голос, который прямо умоляет меня расцарапать самодовольное лицо Светочки.

— Ты еще не поняла? — женщина выгибает идеальную бровь, смотрит на меня с превосходством. — Скоро этот дом уже не будет твоим, — пожимает плечами, словно рассказывает прописную истину.

Ловлю ртом воздух. Возмущение прокатывается по мышцам электрическим током. Желание броситься на Светочку, схватить ее за волосы и самолично вытащить из квартиры, чтобы показать место, которого она достойна — придверный коврик, — становится почти непреодолимо.

Но здравомыслие, похоже, до конца не покинуло меня, ведь в какой-то момент понимаю, что это всего лишь уловка. Точно такая же, как подарок моей дочери. Точно такая же, как заявление, что из меня никакая хозяйка и она самолично приготовит завтрак. Еще раз в профессионально расставленную ловушку этой лисы я не попадусь.

Мгновение даю себе покипеть, после чего глубоко вздыхаю, немного туша пожар в груди.

Чего мне стоит натянуть улыбку на лицо, представить сложно. Но я это делаю, чем привожу Светлану растерянность. Сначала глаза женщины широко распахиваются, но не приходит много времени, прежде чем она их сужает и недовольно поджимает губы.

Маленькая победа греет душу, но я не собираюсь останавливаться на ней. Улыбаюсь так широко, что, скорее всего, демонстрирую женщине оскал, а после чего вовсе размеренно, виляя бедрами, совсем как она недавно, направляюсь к ней.

Светлана отталкивается от косяка, выпрямляется, при этом руки остаются лежать у нее на груди в защитной позе.

Я же останавливаюсь в шаге от нее, медленно с ног до головы скольжу взглядом по телу женщины, пока не встречаюсь с ее в глазами. В них отчетливо видно замешательство. А судя по тому, что Светлана не выдерживает и оглядывается на закрытую ею же дверь, находиться со мной в замкнутом пространстве ей становится некомфортно. Ну и уйти она не может, ведь сама последовала за мной в надежде унизить. Вот только, похоже, мы поменялись ролями. И это как никогда доставляют удовольствие.

— Знаете, чего я не понимаю? — чуть склоняю голову набок, пристально вглядываюсь глаза женщины. — Вот вроде бы, Светлана, вам немало годиков, даже больше чем мне, но “жизненный опыт”, — последние два слова произношу, как нечто постыдное, — не вытеснил из вашей головы дурость ни на грамм, — качаю головой и нарочито тяжело вздыхаю, что бесит женщину еще больше, если судить по злобному взгляду, которым она мне посылает. Меня же он совсем не пугает, наоборот, заводит. — Но ладно дурость, с этим еще можно жить, хоть и сложно, — намеренно делаю паузу за паузой, чтобы Светлана успела осознать каждое мое слово. — Есть кое-что, что волнует меня больше, — чуть оставляю бедро в сторону, упираюсь руками в бока. — Со Славой вы развелись, второй муж вас тоже бросил, — произношу задумчиво и перехожу на шепот. — Что в вас такого, из-за чего мужики один за другим вас бегут, сверкая пятками? Неужели, все дело в скверном характере? Или-и-и, — сужаю глаза, а потом широко распахиваю их, словно на меня напало озарение, — у вас бешенство матки? Поэтому вам одного мужика мало? И нужно раздвигать ноги перед чужими мужьями, надеясь, что хоть кто-то вас удовлетворят? В таком случае очень вам сочувствую, — актриса из меня никудышная, но сожаление в моем голосе получается вполне натуральным. — Только… с этим Слава вам вряд ли поможет, — на мгновение поджимая губы, снова расслабляя их. — Вы и в прошлый раз быстро наскучили друг другу, да еще и постарели прилично, — пожимаю плечами. — Может, в эскорт податься? А нет. О чем я? Возраст все-таки, — отрешенно постукиваю пальцем по губам. — А если на трассу? Там любым раздвинутым ногам будут рады, — улыбаюсь так натянута и так широко, словно выдала гениальную мысль.