Ира Дейл – Измена. Мы больше не твои (страница 3)

Артем хмурится. Какое-то время пристально смотрит на меня, после чего тяжело вздыхает.

— Я просто показываю тебе реальность, Саша, — его голос смягчается. — Развод мне не нужен. Но если ты хочешь, то я тебе его дам. Только напомню, что нашим детям нужны оба родителя, а не стресс из-за бракоразводного процесса, — Артем опускает плечи, словно напряжение уходит из него. — Поэтому предлагаю тебе подумать, прежде чем принимать решение.

У меня внутри словно все сковывает. Не могу дышать, не могу пошевелиться. Кажется, что еще немного, и мой мир разрушится. Вот только… воспоминание, как муж целовал в парке блондинку, всплывает перед глазами. Силы тут же возвращаются, а ярость вскипает в венах.

— Ты же вроде нашел нашим малышкам новую маму, — сжимаю кулаки. — Поэтому не отдаешь их мне?

В ушах до сих пор стоят умоляющие голоски девочек с просьбой не оставлять их.

— С чего ты это вообще взяла? — рычит муж, поджимая губы.

Едва не закатываю глаза. Вот так нагло мне врать… Раньше такого за мужем я не замечала. Хотя раньше он мне и не изменял.

Трель дверного звонка раздается так неожиданно, что я вздрагиваю. Перевожу взгляд на дверь, хмурюсь. Червячок нехорошего предчувствия начинает ворочаться внутри, пока муж после секундной заминки направляется к входной двери.

Задерживаю дыхание. Снова впиваюсь ногтями в ладони. Не знаю почему, но я не сомневаюсь, кого сейчас увижу. Не знаю чуйка это, или я после всего услышанного просто складываю факты. Стискиваю челюсти. Дышу глубоко, размеренно. Злость смешивается с предвкушением, когда муж нажимает на ручку, открывает дверь, застывает.

Смешок вырывается из груди, когда я вижу ту самую блондинку на пороге своей квартиры.

Глава 6

— Катя, что ты здесь делаешь? — так неожиданно рявкает муж, что я вздрагиваю.

Глаза блондинки распахиваются. Все краски сходит с ее лица. Кожа становится едва ли не одного цвета с блузкой. Девушка, словно рыба, выброшенная на берег, то открывает, то закрывает рот. Явно, от удивления потеряла дар речи.

Кого-нибудь другого я бы пожалела. Испытать на себе “всю прелесть” гнева Артема — не самое приятное, что может пережить в жизни. Но девушку, мнущуюся на пороге, мне совсем не жалко. Перед глазами все еще стоит картина, как она, никого не стесняясь, целуется с моим мужем. Моим мужем!

— Я просто хотела узнать, как дети. Ты нашел их? — она тупит глаза в пол, вытирает, скорее всего, вспотевшие ладони о джинсы.

Вроде бы она не сделала ничего такого: простые жесты, но в них чувствуется столько фальши, что я не могу не скривиться. Вот только огонь ярости вспыхивает в груди не из-за лицемерия девушки, а из-за того, что она смеет говорить о моих детях! Детях, которых напугала и которым причинила физическую боль!

Материнский инстинкт заставляет меня напрячься, мобилизует ресурсы в организме, о которых я даже не знала. Силы резко возвращаются ко мне. Красная пелена застилает глаза. Сама не помню, как срываюсь с места, мчусь к мужу и его бабе.

Гнев кипит в венах, когда я отталкиваю Артема плечом, становясь перед ним, встречаясь лицом к лицу с блондинкой. Ее глаза округляются, в них мелькает страх. Но длится он всего мгновение, потому что в следующее — губы “Катеньки” растягиваются в циничной ухмылке.

Девушка вздергивает бровь, как бы говоря: «Ну и что ты мне сделаешь?». Стискиваю кулаки, борясь с желанием вцепиться в ее патлы, потягать, вырвать пару прядей. Но опускаться до нее уровня, не собираюсь. Вот только и оставить все просто так не могу!

— Еще раз подойдешь к моим детям, пеняй на себя, — цежу сквозь стиснутые челюсти, слыша стук собственного сердца в ушах.

Взглядом пытаюсь передать всю серьезность своей угрозы. Глаза “Катеньки” сужаются. Сразу понимаю, что от нее следует ждать какую-то пакость и не ошибаюсь, потому что в следующую секунду на лице девушки появляется невинное выражение.

— Извините, — страдальчески смотрит мне за спину, странно, что еще нижняя губа не подрагивает. — Я ничего такого не хоте…

Прерываю ее взмахом руки. Не собираюсь слушать явную, ничем не прикрытую ложь.

— Я прекрасно знаю, что ты спишь с моим мужем, — делаю шаг вперед, заглядываю прямо в ее бесстыжие глаза. — Но если ты еще раз подойдешь к моим девочкам, я тебя уничтожу! Ты меня поняла?! — рычащие нотки проскальзывают в моем голосе.

Уверена, в моих глазах отражается чистое пламя! Оно сожжет любого, кто попытается тронуть моих детей.

Видимо, “Катенька” видит его, поэтому на ее лице появляется удивленное выражение, а рот распахивается. Жаль, что не успеваю разобраться в том, поняла ли она, что я не шучу, или нужно подробнее обяснить, например, потрясти ее так, как она сделала с Оленькой, ведь грубые пальцы хватают меня за плечи и разворачиваюсь.

Встречаюсь с зелеными зелеными глазами мужа, которые блестят от гнева. Брови Артема нахмурены, ноздри раздуваются, а губы поджаты, что говорит о глубокой степени его взвешенности. Но мне плевать! Он сам подпустил свою бабу к нашим детям! А она еще и причинила боль одной из девочек!

— Что ты творишь? — спрашивает меня муж удивительно спокойно, отчего ледяные мурашки пробегают по позвоночнику. Ведь я и раньше видела, это затишье перед бурей.

— Я что творю?! — повышаю голос, даже не пытаясь сдерживаться. — Может, тебе стоит задать этот вопрос себе? Это же ты представил свою любовницу девочкам, как их новую мама!

Пылаю от злости, раздирающей меня изнутри. Не думала, что всего по щелчку пальца могу так сильно возненавидеть человека, но, видимо, я просто раньше не знала, что такое предательство и какие глубокие раны оно наносит в душе.

Муж прожигает меня яростным взглядом. Смотрит так пристально, словно пытается проникнуть ко мне в голову. Вот только Артем ничего не говорит, из-за чего я злюсь еще больше. Нет! С меня достаточно! Я сейчас же соберу девочек и уйду! Да, в однушку к маме! Но все лучше, чем оставаться с этим предателем!

Резко выдыхаю. Пытаюсь сбросить руки мужа со своих плеч. Но он вцепился в меня с такой силой, что кости едва не хрустят.

— Отпусти меня, — дергаюсь, пытаясь вырваться из хватки мужа, но он сжимает мои плечи еще сильнее. Шиплю. — Пусти, кому сказала!

Ноль реакции!

И после этого он хочет, чтобы я оставалась его женой? Чтобы он вытирал об меня ноги?

Размечтался!

Артем еще секунду прижигает меня взглядом, прежде чем прервать зрительный контакт и посмотреть поверх моей головы.

— Катя, прости, но мне нужно разобраться с женой. Закрой за собой дверь, — Артем, наконец, отпускает меня. Едва не стону, чувствуя жар в тех местах, куда впивались пальцы мужа.

Глубоко вздыхаю, но толком не успеваю прийти в себя, как Артем хватает меня за запястье и тянет обратно в комнату. Спотыкаюсь, цепляясь за свою же ногу.

Муж, кажется, уже думать забыл о своей любовнице, которая так и осталась стоять в проходе, но она все-таки решает напомнить о себе.

— Александра, извините, — окликает меня любовница мужа. Бросаю взгляд через плечо, но тут же жалею, потому что от меня не скрывается коварство в глазах девушки, — я не спала с вашим мужем, — приоткрывает рот в форме буквы “о”, проходится пальцами по уголками губ, после чего самодовольно усмехается и закрывает дверь.

Глава 7

Ярость невероятной силы вспыхивает в груди. Кровь закипает в венах. Дыхание застревает в груди. Но я с силой проталкиваю в легкие воздух. Сейчас нельзя терять самообладание окончательно. Дергаю руку, пытаясь вырвать ее из хватки мужа, но грубые пальцы только сильнее впиваются в нежную кожу запястья, стягивают ее, причиняя боль. Стискиваю челюсти, чтобы не застонать. Скорее всего, останутся следы, но мне плевать. Единственное, чего я хочу — чтобы Артем прекратил ко мне прикасаться теми самыми пальцами, которые были в…

Фу!

Кривлюсь. Дергая руку снова и снова, совсем забывая о боли.

Жаль, что хватка у мужа железная!

Открываю рот, чтобы потребовать отпустить меня, но не успеваю даже выдохнуть, как Артем разворачивается, хватает меня за плечи и вдавливает в стену.

Жесткий удар выбивает из легких весь воздух, но даже это не мешает мне злобно зыркать в пылающие бешенством глаза мужа.

— До чего ты опустилась? — рычит Артем, сокращает остатки расстояние между нами, нависает надо мной.

Его горячее дыхание опаляет кожу лица. Хвойный с древесными нотками аромат забивается в ноздри, оседает на языке. К щекам приливает кровь, но не из-за смущения, а из-за гнева, который рвется из меня с рваным дыханием. Сердце мчится с такой скоростью, будто готовиться выпрыгнуть из груди. Ладони зудят от желания врезать Артему, но он так сильно сдавливает мои плечи, что руки едва не отнимаются.

— Это ты до чего опустился? — выплевываю мужу в лицо, меня буквально разрывает от ярости. — Засовывать язык в глотку другой бабе посреди парка, да еще и при наших детях…

Мне становится настолько противно, что я договорить не могу, тошнота подкатывает к горлу. Приходится тяжело сглотнуть, лишь бы меня не вывернуло на идеально сидящий костюм мужа. Но, возможно, зря я это сделала, нужно было хоть немного нагадить ему, как он сделал с моей душой.

— Я всего лишь попросил Катю забрать девочек из садика, ведь ты опять задержалась на своей работе, — рычит муж, крепче стискивая мои плечи.

Едва не стону от боли, но, мне «везет», все чувства в мгновение ока исчезают под влиянием истинного шока.