Ира Далински – Непокорная для горца. Сломаю твои крылышки (страница 9)
– Ясмин, – позвал тихо.
– Что? – упрямо не смотрю ему в глаза.
– Ты мне нравишься.
Сердце забилось где-то в горле.
– Я уже поняла.
– Повторю. Ты мне нравишься. Очень.
– Тамир
Он сделал шаг ко мне. Я попятилась, но стеллаж не пустил.
– Ты убегаешь, – напоминает, останавливаясь в шаге. – Каждый раз, когда я хочу познакомиться поближе, ты убегаешь.
– Я не убегаю. Я просто... выбираю книги.
– Ты выбрала уже несколько, – он кивнул на свои руки, где лежат три тома. – Я всё равно не отстану.
Не знаю, что сказать. Смотрю на него, на его глаза – тёмные, глубокие как горные озёра. Тамир – книга, которую я боюсь открыть. Слишком тяжёлая. Слишком опасная.
Разум кричит: не смей с ним заигрывать. Нам такое не надо.
– Зачем ты это делаешь? – спрашиваю тихо.
– Что именно?
– Говоришь мне это. Преследуешь. Тратишь своё время.
– Потому что я хочу, чтобы ты знала. Я не играю, Ясмин. Я говорю то, что думаю и я хочу, чтобы ты была со мной.
– Я не могу быть с тобой, – выдохнула я с горечью. – Мы слишком разные. К тому же, ты живёшь на Кавказе, а я буду здесь в Москве. У меня карьера, учёба, планы на будущее.
Он слушает, не перебивая, только желваки заиграли на скулах. Потом шумно выдыхает будто отпускает что-то, что держал в груди и говорит:
– Прочти меня, Ясмин. Не сразу. Не быстро. Но прочти. Я стою того.
– Ты слишком самоуверен.
– Я уверен в том, что чувствую.
– И что ты чувствуешь?
Тамир опирается плечом о полку. В взгляде спокойная, тягучая сила, от которой у меня потеют ладони. Я не могу отвести глаза, не могу вздохнуть, не могу даже моргнуть. Он держит меня на прицеле без оружия.
– Что ты – та, кого я искал. Не знаю, как объяснить. Просто... когда ты рядом, дышится иначе.
Я открыла рот, чтобы каверзно пошутить, но меня перебивают.
– Я не тороплю. Как я уже сказал: я умею ждать.
И направился к кассе.
– Тамир, я сама заплачу! – крикнула, выходя из прохода.
– Сегодня это подарок.
– Я не принимаю подарки от незнакомцев.
– От кого? – Тамир обернулся, нарочито возмутительно изогнув бровь.
– От... от тех, кого знаю меньше недели.
– Значит, будем знакомиться дольше.
Я пошла за ним, чувствуя, как горят щёки от взглядов тёти Нины. Она молча пробивает покупки, но её взгляд то и дело мечется между мной и мужчиной. На морщинистых губах играет понимающая, чуть лукавая улыбка.
– И я не собираюсь с тобой встречаться, – сказала, направляясь к выходу.
– Хорошо.
– И не звони мне.
– Хорошо.
– И вообще...
– Ясмин, – перебил он. – Я не прошу у тебя ничего. Просто прими книги и запомни: мне нравится, как ты краснеешь, когда я говорю, что ты мне нравишься.
Я выхватила пакет, развернулась и почти побежала к метро.
Остановилась у входа в подземный переход, пытаясь отдышаться. Сердце сумасшедше стучится в груди. В пакете четыре книги. Четыре! А я хотела одну.
– Тамир, – позвала я, не оборачиваясь.
Я знаю, что он стоит сзади. Чувствую.
– М?
– Ты мне... тоже нравишься. Немного.
За спиной на секунду стало тихо.
– Немного – это начало.
– Это всё, что ты получишь.
– Мне этого хватит. Пока что.
Я развернулась и пошла к метро, так и не оглянувшись. Но знаю, что он смотрит мне вслед и улыбается.
Немного. Пока.
Сердце уже знает: это «немного» растянется на пять лет. На ссоры и примирения. На разлуки и встречи. На всё, что будет потом.
Глава 10
Я не должна была приглашать Тамира на нашу закрытую вечеринку.
Во-первых, хотя бы, потому что мы знакомы ровно неделю.
Во-вторых, потому что он не из моей компании – безупречный стиль, уверенный взгляд, возраст, который на десять лет старше моих однокурсников.
В-третьих, потому что, если кто-то из «наших» увидит, как я вожу в общагу постороннего мужчину (даже кавказца), разговоров будет на полгода вперёд и мне дадут почетный статус шармуты.
И всё равно я написала, пока он находится в Москве.
«В пятницу у подруги день рождения. Будет шумно, тесно и очень по-студенчески. Хочешь прийти?»
Он ответил через две минуты. Всего одно слово:
«Адрес».
Я сбросила локацию и пожалела об этом сразу. Что я делаю? Зачем мне этот взрослый, серьёзный человек на вечеринке с пластиковыми стаканчиками и дешёвым пивом? Он же посмотрит на всё это, усмехнётся и уйдёт. А я останусь с дурацким чувством, что пыталась казаться кем-то, кем не являюсь.