Иосиф Фрейлихман – Щупальца спрута (страница 17)
Кое-как справившись с волнением, она продолжала:
– Дочь исчезла бесследно. Ходили слухи, что Белгородов увез ее за границу… Мой муж, Панюшкин, всячески старался облегчить мои страдания. Когда у нас родилась дочь, боль утраты постепенно притупилась. Но забыть первого ребенка я не могла. И вот, можете представить себе, после стольких лет неизвестности она нашлась… Да, да… нашлась, – проводя рукой по лицу, продолжала Вера Андреевна. – Невероятно, но это так!
Волнение Панюшкиной невольно передалось полковнику.
– Вы твердо уверены, что это ваша дочь, товарищ Панюшкина? – старательно подбирая слова, осторожно заговорил Решетов. – Ведь прошло столько лет…
– Что вы! – поспешно возразила Вера Андреевна. – Какая мать не узнает своего ребенка, как бы длительна ни была разлука. Она так похожа на меня. Есть и еще одно неопровержимое доказательство… Словом, у меня нет сомнений, что это моя дочь.
Она тяжело перевела дыхание.
– При каких же обстоятельствах произошла ваша встреча?
– Впервые я встретилась с нею, как это ни странно, в ночь под Новый год. Она пришла к нам со своим женихом Степанковским. Вы, вероятно, знаете его. Она произвела на меня самое приятное впечатление. Меня очень потянуло к ней. Даже непонятно это было вначале. И еще бросалось в глаза ее поразительное сходство с Ольгой – моей младшей дочерью. А потом… потом я обнаружила родимое пятнышко на виске…
Вера Андреевна замолчала, машинально смахнула не перестававшие бежать слезы. Потом спохватилась, что бесцельно вертит в руках пресс-папье, и отодвинула его.
– Все эти годы, – подняла она на полковника покрасневшие глаза, – меня преследовали видения ужасной участи моей девочки… Вам, наверно, понятно горе матери. И вдруг такое счастье! Не могу и приблизительно передать вам, что испытала я. – Вера Андреевна вопросительно посмотрела на Решетова. – Простите, я отвлекаю вас подробностями, интересными только матери…
– Нет, нет, товарищ Панюшкина. Наоборот, все это глубоко интересно для меня. Продолжайте, пожалуйста.
– Так о чем я? Ах да. Моя дочь нашлась. С тех пор я жила, как в счастливом сне. Но вот вчера ночью произошло нечто ужасное. Примерно около двенадцати часов мне почудился какой-то необычный шум. Я поднялась, чтобы проведать дочь. Против обыкновения, дверь ее комнаты оказалась запертой. На мой зов никто не откликнулся. Это встревожило и напугало меня. Я бросилась к двери, заставленной шкафом. Обычно мы ею не пользовались. Когда я включила свет, в комнате дочери не было. Меня охватил страх. Куда девалась Лидия? Ведь она при мне легла в постель. Что заставило ее выйти из дому в такой поздний час? Ответа на эти вопросы я не находила… Но я забыла вам сказать, что, открывая дверь, я опрокинула стул. На полу лежала сумочка Лидии. Рядом валялась ее любимая брошь, выпавшая, очевидно, из сумочки. Я подняла ее и хотела положить на место, но мое внимание привлек шнурочек с наконечником, вмонтированный в брошь. Удивили тяжесть броши и непонятная выпуклость на ее тыльной стороне. Для чего служит эта брошь? Я вернулась к себе. Меня мучили эти мысли и в то же время я старалась убедить себя, что все это – плод моего больного воображения… В большом волнении стала ждать возвращения дочери. Время тянулось нескончаемо долго. Наконец замок тихо щелкнул, послышались приглушенные шаги. Я решила попытаться вызвать дочь на откровенность и отправилась к ней. Дверь была уже открытой. Лидия вскочила и зажгла свет. У кровати стояли ее ботинки, с которых еще не успел стаять снег. «Ах, это ты, мама? А я так сладко спала, что но слышала, как ты вошла», – сказала она и зевнула. У меня упало сердце от этих слов. Слабая надежда, что ее уход вызван какой-то безобидной причиной, развеялась, как дым. Я поняла, что дочь замкнулась и ни о чем говорить со мной не будет. Не желая настораживать ее, я объяснила, что просто хотела перед сном взглянуть на нее, убедиться, что все благополучно. Она без смущения сказала: «Ну, что ты беспокоишься зря, дорогая? Я не маленькая. Иди, мамочка, спать…» Остаток ночи прошел в тяжелом раздумье. Опьяненная своим счастьем, я раньше как-то не придавала особого значения тому, что моя дочь воспитывалась не известными мне людьми, неведомо кто окружал ее… Что чуждо и что близко ее сердцу? Каковы ее идеалы? Об этом я ничего не знала… А как спокойно она лгала, глядя мне в глаза. В ту ночь я вынесла такую муку, какой не испытала за всю жизнь. К утру пришла к твердому убеждению, что обязана, не откладывая ни на минуту, идти к вам и рассказать обо всем… Я прошу вас проверить, откуда прибыла моя дочь, что она делала все эти годы и… кто она сейчас.
Голос ее охрип от волнения. Она посмотрела в глаза Решетову.
– Прошу вас, не считайтесь со мной. В случае, если она была с отцом за границей и… завербована… Я не имею права решать этот вопрос. Но если она – враг, то что значит перед этим моя личная материнская боль?..
Вдруг лицо Веры Андреевны перекосилось от душевной боли. Вся подавшись вперед, она дрожащей рукой схватила руку Решетова.
– Может быть, вы знаете о ней что-нибудь? Скажите. Я чувствую, что знаете…
Нервное напряжение достигло предела, и, уже не стесняясь Решетова, Вера Андреевна разрыдалась.
Взволнованный полковник молчал. Сколько горя перенесла эта женщина! А теперь он должен обрушить на нее еще новую муку. Но вместе с тем он чувствовал, что не может не сказать ей всей правды. Ему было ясно, что перед ним человек, который от неизвестности будет страдать еще больше.
– Скажите, пожалуйста, а брошь, что вы нашли… Где эта брошь? – осторожно заговорил Решетов, когда Вера Андреевна несколько справилась с волнением.
– Я захватила ее с собой. А потом… потом решила показать вам.
Панюшкина открыла сумочку, достала бумажный сверток, развернула и положила на стол брошь.
– Вы правильно сделали, Вера Андреевна.
Решетов долго и внимательно разглядывал украшение.
– Да… так и есть… – вслух рассуждал он. – Интересно… – и снова стал тщательно осматривать брошь. – Да, Вера Андреевна, – обратился полковник к Панюшкиной, – это микрофотоаппарат. Им пользуются исключительно в шпионских целях…
Вера Андреевна пошатнулась, лицо ее покрылось меловой бледностью. Полковник бросился, чтобы поддержать ее. Но, к его удивлению, Панюшкина отстранила его руку.
– Что я должна сейчас делать? – твердо спросила она. И видя, что Решетов молчит, продолжала: – Я ведь просила вас не считаться со мной. У меня хватит сил выполнить свой долг до конца. Говорите, что мне делать?
– Товарищ Панюшкина, теперь самое главное – ни в коем случае не менять своего отношения к дочери. Все должно оставаться по-прежнему… И, пожалуйста, положите незаметно брошь в сумочку Севериновой…
– Я сделаю все, что от меня потребуется. Благодарю вас за то, что уделили мне столько вашего дорогого времени…
– Это вам большое спасибо, Вера Андреевна, за чистоту вашей души. Желаю вам мужества. – Решетов почтительно пожал руку Панюшкиной.
Вера Андреевна повернулась и нетвердой походкой вышла из кабинета.
Глава XVII
После новогодней ночи Майю не покидало чувство вины перед Матвеевыми, особенно перед Верой Андреевной. Как она могла, даже в мыслях, таить такое страшное обвинение по отношению к члену их семьи?
Майя решила временно воздержаться от посещения Матвеевых. Она очень страдала от этого. И когда позвонила Вера Андреевна, Майя так обрадовалась, что в первую минуту не находила слов.
Вера Андреевна сказала, что сразу же после работы будет ждать Майю у себя. Ее голос – обычно спокойный, ласковый – звучал теперь как-то неуверенно. Майя хотела было отказаться, но Вера Андреевна еще раз повторила свою просьбу и повесила трубку.
Свежевыпавший обильный снег одел улицы в праздничный наряд. Но Майя не замечала ничего. Ее беспокоила и смущала предстоящая встреча. Как она посмотрит в добрые, любящие глаза Веры Андреевны?
На углу переулка Грибоедова она столкнулась с молодым человеком в коричневом пальто и такого же цвета шляпе. Он чуть не сбил ее с ног и машинально обхватил за плечи. От неожиданности Майя страшно смутилась и покраснела, а молодой человек в неменьшем смущении развел руками и снял шляпу:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.