Иосиф Дискин – Консервативная модернизация (страница 3)

Все это наводит на мысль, что нам сегодня необходим «деятельный консерватизм», который заменит досужие размышления, не связанные с конкретными задачами развития страны.

Эти соображения выступают значимым для автора аргументом, для того чтобы сохранить используемый им в течение уже довольно длительного времени концепт модернизации в качестве основания, обеспечивающего интегративный характер процессов государственного, экономического, социального и политического развития, снижения рисков, связанных с внешними и внутренними вызовами. Другое дело, что адекватность этого концепта может обеспечить лишь его существенное развитие, учитывающее современные вызовы и обоснованную критику.

Соответственно, в рамках этой исследовательской программы важно проанализировать основания модернизационного концепта, выделить его сущностное ядро, отделить от него включения, связанные с идеологическим мейнстримом, характерным для предшествующего периода развития концепта модернизации и его теоретического наполнения. Такой подход позволяет создать теоретико-методологические основания для консервативной модернизации.

Главный, вполне справедливый упрек данной концепции состоял в том, что основные модернизационные проекты оказываются тесно связаны с определенными идейно-политическими установками. Важной предпосылкой большинства известных модернизационных проектов является сильная идейно-политическая мобилизация. Это объединяет проекты, в основе которых лежат как социалистические, так и либеральные идеалы.

Для отечественного читателя вполне понятен аргумент, что основные отечественные модернизационные проекты были воплощением определенных идеологических конструкций[17]. Типологически гайдаровские реформы 1990-х годов в большой степени совпадали с советской модернизацией 30-х. Соответственно, гуманистически ориентированные аналитики высказывали упрек, что модернизационные проекты, базирующиеся на так называемых больших нарративах, сопряжены с большими социальными издержками.

Но при этом отказ от стратегии развития, призванной обеспечить интегральный рост национальной конкурентоспособности, неизбежно ведет к национальной катастрофе. В современном мире, где стремительно меняется расстановка сил основных геополитических игроков, слабеющую гигантскую страну с ее богатейшими ресурсами ждет незавидная судьба. Слабых бьют всегда. Наша собственная история дает нам тому многочисленные примеры. В современных условиях наш упадок чреват катастрофой.

Но насущная необходимость повышения национальной конкурентоспособности на основе ускорения развития, точнее выхода из затянувшейся стагнации, усугубленной спадом, обусловленным борьбой с пандемией коронавируса, не означает, что здесь приемлемы любые издержки. Развитие, связанное с большими внутренними социальными и, соответственно, социально-политическими напряжениями, создает риски катастрофы иного рода.

Мобилизационные модели, к которым призывают отдельные эксперты, в качестве необходимого условия требуют идейно-политической мобилизации. Но такая мобилизация, как уже не раз достаточно подробно разбирал автор, неизбежно связана с усилением репрессий по отношению к инакомыслящим[18]. Как любят шутить шахматисты, «эта комбинация с дыркой». Вместо рывка можно получить политический взрыв и национально-государственную катастрофу.

Собственно, проблема снижения социальных издержек при реализации проектов развития, поиска разумного баланса между необходимостью повышения национальной конкурентоспособности, с одной стороны, и сохранения социально-политической стабильности, с другой, побуждает к поиску новых подходов к формулированию стратегии развития.

Дальнейший анализ призван показать, что концепция консервативной модернизации отвечает выдвинутым выше критериям и требованиям.

Для формирования продвинутой концепции консервативной модернизации в нашей стране сегодня сложились значимые предпосылки.

Прежде всего, все яснее становится исчерпанность, более того, взрывоопасность инерционного сценария, следования идеологической магистрали либеральной, точнее псевдолиберальной догматики. Социальные взрывы, потрясающие самые основания социального порядка в США, выступают серьезным подтверждением данного тезиса.

Социально-политические потрясения исторически всегда порождали консервативно ориентированную рефлексию социальных представлений, лежащих в основе существующего общественного устройства. Разрушаются нормы обыденности, срываются идеологические покровы и стереотипы, многие начинают рассуждать о проблемах, которые раньше лежали вне поля зрения.

Социально-политический активизм, нетерпение, свойственное молодым генерациям и слоям, не стремящимся осмысливать собственный жизненный опыт, чаще всего генерирует радикальные воззрения, соответствующие, достаточно примитивные рецепты решения накопившихся проблем и противоречий.

Но значимая часть общества все же не готова рисковать своим, пусть даже очень скромным, благополучием. Она, как показывает история, генерируют спрос на стабильность, на снижение неопределенности.

Параллельно, в глубинах социальной жизни обобщенного Запада, да и в нашей стране формировался протест против «либерального» прессинга, лишавшего легитимности многие ценности и представления, которые составляли фундамент сознания. Этот протест, в свою очередь, связан с требованиями, традиционно соотносимыми с консерватизмом.

Такая общественная атмосфера, как правило, генерирует вполне глубокие рассуждения, чаще всего связанные с консервативным дискурсом. Многие аналитики отмечают, что формируется запрос на обновленный консерватизм, способный задать ориентиры эффективного развития.

Но и сам консервативный дискурс, длительное время оттесненный на периферию интеллектуального мейнстрима, тем не менее не стоял на месте.

Соответственно, развитие концепции консервативной модернизации базируется прежде всего на предшествующих и актуальных продвижениях консервативного осмысления быстро меняющейся реальности.

Консервативная концептуализация призвана создать основу для того, чтобы перестроить сложившуюся структуру методологического и теоретического дискурса целого ряда социальных дисциплин с тем, чтобы на этой основе стало возможным дисциплинарное наполнение концепта консервативной модернизации.

Многие из современных научных дисциплин насквозь пронизаны либеральной догматикой. Эта их связь сегодня в силу определенных, рассмотренных ниже условий даже не рефлексируется. Для наполнения концепции консервативной модернизации значительными достижениями различных социальных дисциплин необходима серьезная методологическая и теоретическая рефлексия, направленная на очищение зерн истины от плевел инородных доктринальных заимствований.

В свою очередь, концепт консервативной модернизации с его прикладной направленностью призван сформировать запрос на развитие рассматриваемых научных направлений с тем, чтобы они могли стать теоретическим и методическим инструментарием, способным содержательно наполнить анализируемый концепт.

Примером, призванным прояснить задачу отделения «зерн от плевел», является концепт, связанный с рассмотрением рациональности в качестве фундаментального, почти тотального, основания социального действия. Именно абсолютизация индивидуального рационального выбора долгое время преобладала в основаниях целого ряда научных дисциплин.

Отклонение от моделей социального действия, основанных на рациональности, рассматривалось в рамках социальных и гуманитарных дисциплин как девиантность, если не криминальность. Страсти и аффекты – пережитки традиционного человека, допустимы в литературе, живописи или в опере вкупе с иной музыкой, но не в практике современной социальной жизни.

Ситуации, когда во многих странах социально-политические страсти разбивали вдребезги мудрые конструкции путей преобразования, длительное время просто игнорировались как несущественные издержки на единственно верном пути глобальной модернизации. При этом следует отметить, еще на рубеже веков, в условиях доминирования либеральных концепций модернизации, лидеры, реализовывавшие масштабные преобразования в своих странах, высказывали сомнения в концептуальной обоснованности соответствующих рекомендаций.

Так, М. Махатхир был предельно четок, заявляя, что «азиатские страны могут и должны проводить “модернизацию” без принятия всех или хотя бы части ценностей европейской цивилизации»[19]. Для нашего обсуждения примечательно то, что тогдашний и сегодняшний лидер Малайзии ставит знак тождества между «европейскими ценностями» и либерализмом, который лежал в основе критикуемых им концепций модернизации. Следует отметить, что возврат М. Махатхира, бенефициара прежней модели либеральной глобализации, к власти в Малайзии – немаловажное свидетельство того, что даже относительно успешное следование соответствующим концептам порождает глубокие противоречия. Эти противоречия такой глубины и масштаба, что очень немолодой, мягко говоря, политик[20] был вынужден вернуться к кормилу власти ради их преодоления.

Все это означает, что после «отделения зерен от плевел» необходимо создать более прочные основания для выработки реалистичных концепций развития. Соответственно, важно обращаться к существенно более широкому, чем только рациональность, спектру мотивов и стимулов социального действия.