Иона Ризнич – Ломоносов (страница 37)
Так получалось за счет того, что Ломоносов не различал совершенный и несовершенный вид глаголов, заменяя их временами. То есть «делал» и «сделал» – это были две разных формы прошедшего времени. Примерно то же происходило и с будущим временем.
Наклонений Ломоносов выделял три: изъявительное, повелительное и неоконченное. «Наклонения суть три: изъявительное –
Залогов было шесть: действительный, страдательный, возвратный, взаимный, средний, общий. «Действительный глагол значит деяние, от одного к другому преходящее и в нем действующее:
Возвратный глагол значит действие и страдание, от себя самого на себя ж происходящее; составляется из действительного глагола и слова
«Грамматика» Ломоносова стала базой для дальнейшего развития русской филологии, важной вехой в развитии русского языка.
Риторика
Не обошел своим вниманием Ломоносов и устную речь, выпустив учебник по риторике, то есть по красноречию. Сам он дал такое определение этому понятию: «Риторика есть наука о всякой предложенной материи красно говорить и писать, то есть оную избранными речами представлять и пристойными словами изображать на такой конец, чтобы слушателей и читателей о справедливости ее удостоверить».
Нельзя сказать, чтобы по этому предмету и до Ломоносова не выходили учебники. Но все они относились либо к церковнославянскому языку, либо к латыни, а Ломоносов написал свое «Руководство», обучая красиво говорить именно на современном ему, живом русском языке. Замечательна была «Риторика» и тем, что она включала обзор лучших произведений отечественной словесности.
Состояла «Риторика» из трех разделов: об изобретении, украшении, расположении. Ломоносов пояснял, что «изобретение есть собрание разных идей, пристойных к предложенной материи, о которой ритор говорить или писать хочет. Идеями называются представления вещей в уме нашем, например: мы имеем идею о часах, когда их самих или вид оных без них в уме представляем».
Ломоносов выделял собственно риторику – учение о красноречии вообще; ораторию – наставление к сочинению речей в прозе; поэзию – наставление к сочинению поэтических произведений. Разделял Ломоносов прозу и поэзию: «Предлагаемое слово может быть изображено прозою или поэмою. В прозе располагаются все слова обыкновенным порядком, и части не имеют точно определенной меры и согласия складов. В поэме все части определены известною мерою и притом имеют согласие складов в силе и звоне. Первым образом сочиняются проповеди, гистории и учебные книги. Последним составляются оды и других родов стихи. Риторика учит сочинять слова прозаические, а о сложении поэм предлагает поэзия».
Для того чтобы красиво рассказать о каком-либо предмете или идее, Ломоносов предлагал использовать риторические слова, которые украшают рассказ: «Риторические слова те называются, которые саму предложенную вещь точно и подлинно не значат, но перенесены от других вещей, которые со знаменуемою некоторое сходство или принадлежность имеют, однако притом бо́льшую силу подают в знаменовании, нежели сами свойственные слова, н. п. [88]: о неспокойных ветрах лучше сказать, что они бунтуют, нежели тянут или веют, хотя глагол бунтуют не до ветров, но до людей надлежит».
Но мало подобрать красивые слова, нужно еще логично расположить, то есть скомпоновать весь рассказ: «Расположение есть двояко: первое – простых, второе – сложенных идей». То есть надо идти от простого к сложному, но в то же время самое важное относить к началу рассказа: «Приличнее напереди положить важные, а потом и прочие, которые не столь высокие вещи значат». Например, перечисляя людей в государстве, нужно сначала упомянуть царя, потом – князя, за ним – купца…
Располагать предметы обсуждения следует и по времени, то есть по тому, что за чем следует – утро, день, ночь, а не наоборот.
Ну и третье – Ломоносов предлагал располагать слова по их произношению: «Надлежит остерегаться стеснения подобных литер [89]и непорядочного расположения ударений».
О трех штилях
В результате многолетней работы в области филологии Ломоносов вывел свое знаменитое учение о трех «штилях», или по-современному – стилях. Наиболее четко эти правила сформулированы в «Предисловии о пользе книг церковных в русском языке»: «Как материи, которые словом человеческим изображаются, различествуют [90]по мере разной своей важности, так и российский язык чрез употребление книг церковных по приличности имеет разные степени: высокий, посредственный и низкий».
По мнению Ломоносова, высоким штилем «составляться должны героические поэмы, оды, прозаичные речи о важных материях, которым они от обыкновенной простоты к важному великолепию возвышаются. Сим штилем преимуществует российский язык перед многими нынешними европейскими, пользуясь языком славенским из книг церковных.
Средний штиль состоять должен из речений, больше в российском языке употребительных, куда можно принять некоторые речения славенские, в высоком штиле употребительные, однако с великою осторожностию, чтобы слог не казался надутым. Равным образом употребить в нем можно низкие слова, однако остерегаться, чтобы не опуститься в подлость…»
Низкий штиль, который до Ломоносова вовсе не рассматривали как литературный, «принимает речения третьего рода, то есть которых нет в славенском диалекте, смешивая со средними». По всей видимости, Ломоносов имел в виду жаргонизмы, который во все века существовали в разговорном языке, но в то время практически не употреблялись в письменном. Низким штилем можно было «вовсе удаляться по пристойности материй» и сочинять «комедии, увеселительные эпиграммы, песни, в прозе дружеские письма, описание обыкновенных дел. Простонародные низкие слова могут иметь в них место по рассмотрению». При этом Ломоносов предостерегал: «Выключаются отсюда презренные слова, которых ни в каком штиле употребить непристойно, как только в подлых комедиях».
Глава двенадцатая
Известность и слава
Усадьба Михаила Ломоносова в наши дни
Мундир профессоров Московского университета в конце XVIII века
Михаил Ломоносов наблюдает прохождение Венеры перед диском Солнца 26 мая 1761 года
Семилетняя война
В 1756 году началась общеевропейская война, которая продлилась семь лет. Она так и была названа – Семилетней. Привели к войне постоянные столкновения интересов Англии и Франции, Австрии и Пруссии, в результате которых сложилось два политических союза – англо-прусский и франко-австрийский. Другие страны тоже приняли участие в войне, преследуя собственные цели. В частности Россия была недовольна возросшим влиянием Пруссии и стремилась захватить восточную часть прусских земель.
В январе 1757 года Елизавета Петровна заключила союзный договор с Австрией, а летом того же года Россия официально вступила в войну.
Ломоносов воспринял Семилетнюю войну как отвечавшую историческим интересам России. В том веке война еще не была столь наукоемкой задачей, как в наши дни, и как ученого Ломоносова она практически не коснулась. Но как гражданин он в стороне не остался!
Им была сложена «Ода императрице Елисавете Петровне на торжественный праздник тезоименитства ее величества сентября 5 дня 1759 года и на преславные ее победы, одержанные над королем прусским нынешнего 1759 года».
Начинается ода, как и полагалось, восхвалением Елизаветы Петровны и ее миролюбия:
Далее следует апология войны, вызванной объективной необходимостью и неправедностью прусского короля. «Нам правда отдает победу», – восклицал Ломоносов, восхваляя силу русского оружия:
Собственная усадьба
К 1757 году Ломоносов был уже богатым и уважаемым человеком. Фабрика по изготовлению цветных стекол приносила немалый доход, да и должности он занимал значимые. Так что он мог позволить себе выстроить большую комфортабельную усадьбу на Мойке. Главная полицеймейстерская канцелярия выдала ему разрешение на постройку каменного дома «на шести погорелых местах в 1‐й Адмиралтейской части». Обширный земельный участок был ограничен улицами Большая Морская и Ново‐Исаакиевская. В 1757 году Ломоносов завершил строительство и вместе с семьей переехал туда жить.