Иола Гайнова – Семь (страница 6)

Следующие несколько недель я занималась какой-то секретарской работой, отправляя письма, печатая ответы, отвечая на телефонные звонки и принося кофе всем, кто попросит. Но единственное, что мне не нравилось – это моя реакция на просьбы Влада, от голоса которого у меня начинало чаще биться сердце, а мысли переставали следовать друг за другом строем. Почему так? Да потому что я втюрилась как собака сутулая! Но тот факт, что я признала это, как и любую болезнь, уже был первым шагом к выздоровлению. Дальше осталось найти лекарство от влюбленности, которого еще никто не изобрел.

– Рита, поедешь сегодня со мной в СИЗО, будешь все записывать, там все меня знают, пусть и тебя узнают. Молодец, хорошо сегодня одета: юбочка, каблучки. Сегодня – это как раз то, что нужно, – сказал Влад, надев пиджак. – Вообще у нас работа не всегда сидячая, поэтому привыкай куда-то ездить.

– Я совсем не против, – улыбнувшись, сказала я и пошла за курткой. – Только почему мой вид сегодня вам понравился больше, чем, например, вчерашний?

– Вырез на блузке больше, юбка короче, шпилька, красные серьги, – будто перечисляя список покупок, ответил Влад. – Немного вульгарно, но как раз для сегодняшнего клиента. Обвиняется в изнасиловании, зовут Владимир Демин.

– А я подопытным кроликом буду? – немного испугавшись, спросила я. – А к убийцам мне придется надевать еще что-то согласно их предпочтениям? Чтоб я следующей стала? Нет, я так не играю!

– Успокойся, просто веди себя немного вульгарно, губы ярче накрась только, – пояснил Влад, осмотрев меня еще раз с ног до головы. – Чаще привлекай к себе внимание, отвлекай его. В СИЗО с девушками плохо, поэтому должен повестись.

– А-а, то есть в нормальных условиях он бы на меня не взглянул?! – немного обидевшись, поинтересовалась я. – А раз баб нет, то и я сойду.

– Ну как-то так, – непринужденно ответил Влад, сел в машину и демонстративно поставил свой портфель на переднее сиденье. Мне ничего не оставалось делать, как сесть на заднее.

– Если я «так себе», почему ты с собой не взял кого-нибудь из своих? У тебя там целый штат моделей.

– Их уже тут тоже все знают, а ты просто «новое мясо», – ответил Влад так цинично, что мне просто-напросто не захотелось продолжать разговор.

Прибыв на место только к четырем часам вечера, я поняла, что буду частенько задерживаться на работе. Однако, несмотря на мое огорчение, теперь передо мной не стоял вопрос касательно причин моей подозрительно высокой зарплаты.

Густая энергетика надзора, заключения, жестокости, преступлений и бюрократии в одном помещении произвела на меня неизгладимое впечатление. Зато Влад был расслаблен, постоянно улыбался и пытался меня со всеми познакомить. Войдя в допросную комнату, я увидела симпатичного невысокого полноватого мужчину на вид лет тридцати, который постоянно дергался и не мог ни секунды провести без движения.

– Привет, ну что там по моему делу? – спросил он, уставившись на Влада.

– Для начала познакомься с моей помощницей Ритой, которая очень хотела с тобой пообщаться. Её заинтересовал твой случай, – ответил тот, после чего сел за стол и начал доставать бумаги.

– Да? Интересно, с чего бы? – с недоверием осмотрев меня с ног до головы, сказал Владимир, после чего вновь обратился к Владу: – Ты же знаешь, что я не виноват!

– С чего бы мне это знать? – удивлённо спросил тот, после чего вытянул из папки фотографии и аккуратно положил их перед обвиняемым. – Мне не интересно, виноват ты или нет, мне интересно только то, сколько денег ты мне заплатишь за мои услуги. К тому же у обвинения веские доказательства: судмедэкспертиза, показания девушки, свидетели. В общем, полный набор.

– Но ты же меня вытащишь?

– Лучше расскажи моей помощнице все от начала до конца, а я послушаю ещё раз твою версию.

– Я тебе плачу за мои рассказы? – разгневался Демин. – Сам все рассказать не мог?

– Просто моя помощница считает тебя невиновным, а я напротив, – усмехнулся Влад.

– Конечно, я не виновен, она права! Может, мне её нанять вместо тебя?! – все также гневно и напыщенно продолжал Демин: – Короче, рассказываю. Вот эта девка под меня легла на хате, все добровольно, а потом мне начала снимки эти присылать и шантажировать. Мол, если я триста тысяч не заплачу, то она меня посадит.

– А с чего она взяла, что у тебя были такие деньги? – спросила я, посмотрев на мужчину, который не производил впечатление "мажора".

– Да я же постоянно тёлкам рассказываю, что у меня куча бабок и баб. Понимаешь, они тогда думают, что я самец такой, и дают мне чаще, чем моим правдивым корешам.

– А сколько тебе лет? – спросила я, непроизвольно увидев в мужчине интеллект подростка.

– Двадцать два, – разозлившись, ответил Демин. – К чему вопрос?

– Просто у тебя мышление подростка, а внешность взрослого мужика, – не выдержав, сказала я, услышав после этого смех Влада. – И откуда у тебя в таком случае деньги, чтобы оплачивать наши недешевые услуги?

– Батя тачку продал, чтоб меня вытянуть, – резко отклонившись на стуле назад, с обиженный лицом ответил тот.

– А вот рассказывал бы девушкам правду, как твои кореша, которым не дают, не сидел бы тут. Всё-таки правда дешевле обходится во всех смыслах, – постановил Влад, после чего посмотрел внимательно на меня.

– Это значит, что решение этой девушки Марии, кажется, было спонтанным или, как минимум, недолго обдумываемым, – постановила я. – Она сама тебя выбрала на тусовке или ты сам подошёл?

– Нет, она обнималась с каким-то мужиком, я подошёл познакомиться и подвинул его немного. Я обычно так не делаю, потому что тёлок мне хватает, все равно, с кем кувыркаться. Но эта была фотомодель прям, я даже удивился, что такая как она делала там: ноги от ушей, фигура, лицо, все при ней. Ну я подхожу и говорю: "детка, пошли со мной, завтра на тачке крутой покатаю с ветерком, в ресторанчике крабов там, креветок поедим, хоть с мужиком нормальным проведёшь время, а не с этим чмом". Тот начал бузить, нож достал и приставил мне к животу, а я обхватил ладонью лезвие ножа и сжал, кровища закапала. В общем, на телку это произвело впечатление, она завизжала такая вся и через пятнадцать минут я уже имел её во всех позах на этой хате. И, скажу я вам, мораль, правила, приличия, рамки, последствия – все это чушь, потому что на тот момент мне было «офигенно»!

– И сейчас тебе «офигенно»? – усмехнувшись, спросила я, непроизвольно испытав раздражение.

– А пофиг на все, – с ещё более наглым лицом произнёс Демин.

– Мы-то тебя отсюда вытащим, только отца твоего жалко, я бы за тебя не платила ни гроша, видно же, что ты все равно не ценишь того, что он для тебя сделал, – не сдерживаясь, высказалась я. – Не сожалеешь ни капли и, когда выйдешь, напорешься на те же грабли.

– Мозг мне не выноси только, – повысив голос, ответил тот, после чего ткнул пальцем в фото девушки: – Она виновата во всем, ей выноси!

– Меня просто раздражает то, что «офигенно» было тебе, а платит сейчас твой отец!

– Так и что мне сделать? Ну платит! Я его, кстати, не просил, потому что не виновен! А раз не виновен, то нафиг такие бабки сливать на крутого адвоката, когда я и так вышел бы?! Так что это его решение – нанять вас, не моё, его бабки, а не мои, я тут причём? За что благодарить? – разозлившись, сказал Демин, после чего у меня аж лицо побагровело.

– Какой же ты…

– Рита, оставь нас вдвоём, – резко прервав меня, строго произнёс Влад.

Выйдя в коридор и оставшись в одиночестве, я буквально вскипела от негодования не только из-за скотского поведения Демина, но и из-за того, что подобный человек уже был в моей жизни. И это был мой первый парень, моя первая школьная любовь, его звали Максимом, и он был "крутым" парнем, за которым увивались девчонки. Я считала себя особенной, принимая ухаживания такого человека, хулигана на мотоцикле. Но, как оказалось позже, катал на своём транспорте он не только меня, но и добрую половину района. Я бегала ради него из дома, тратила свои карманные деньги на него, чтобы лишний раз порадовать. Если ему нужна была помощь, я старалась максимально оказать её, даже тогда, когда он не просил этого. Однажды мне даже пришлось умолять своего отца, чтобы тот помог Максиму устроиться на подработку. Да много всего было, чего уж тут вспоминать?! Мне хотелось тогда подарить своему возлюбленному весь мир и всю себя. Но весь мир ему был не нужен, а вот от моего тела он бы не отказался, конечно. Но вот однажды он понял, что не получит его без серьёзных отношений, которых мне так хотелось. И что же он сделал? Перестал меня катать, приглашать на свидания и вовсе общаться со мной. Я перестала для него что-то значить, он обесценил все, что я для него делала, обесценил все вечера и ночи, что мы проводили в разговорах. А когда я задала Максиму прямой вопрос, то получила прямой ответ: "А тебя никто не заставлял, тебя никто не просил. А общение, доброта, чувства – это недостаточная плата для меня". Плата. Именно тогда я поняла, что люди продаются и покупаются. Вопрос только в цене. И такие как Максим, такие, как Демин, никогда не будут благодарны за помощь, дружбу и поддержку, потому что за это не получишь выгоды, материального или физического удовольствия. Только душевное. Но увы, для многих потребности души, её стремления и красота мало значат. И я до сих пор с этим не смирилась, да и не смирюсь, потому что другая, наивная, не от мира сего, не важно, просто не продаюсь и не покупаюсь.