Иннокентий Белов – Слесарь. Книга 2 (страница 2)

«Это правильно, таскать на руках за восемьдесят метров дохлые туши блохастых и вшивых людоедов желания нет никакого», – признаю я.

Так же все найденное сложить отдельно. Около каждого, у кого что нашли.

Начались хлопоты по погрузке и перевозке двух десятков трупов, раненого осторожно увезли в голову каравана вместе с убитым Носильщиком. Так в постоянных непрерывных хлопотах, мы добрались к месту, где дрался наш авангард. Я остановился, понятно пораженный, нашлось на что посмотреть с открытым ртом человеку нашего гуманного времени.

Чего стоит жизнь в реальном средневековье, куда его угораздило провалиться?

Куча мертвых, полураздетых Крыс в человеческий рост. Набралось их на первый взгляд где-то около двадцати или больше. Это те, кого уже досмотрели и обыскали, самые обычные местные Крысы.

Шесть крупных трупов Пришлых осматривают внимательнее, двое пленных готовятся к допросу с использованием костра, еще двое раненых Крыс подают признаки жизни, но к допросу никак не годятся.

С подводы трупы местных сразу побросали на кучу, а Пришлых стащили и положили в рядок. Альс с Кронком и пара Охотников осматривают трупы, что-то наговаривая грамотному Носильщику, который все заносит на восковую табличку. Заполнил одну, достал другую, предупредив Старших, что она последняя.

«Так, письменность здесь есть, что вполне понятно, вот бумаги еще нет, так и Китая рядом нет, наверно. Приходится на мягком воске писать доклады», – понимаю я.

Только сейчас я увидел лежащих в сторонке наших Охотников. С Кросом и остальными парнями мы подошли к ним, склонили головы над павшими товарищами.

Еще двое гильдейских попрощались с жизнью, все совсем молодые парни. Осталось у них теперь последнее дело, поскорее вернуться домой, чтобы оказаться похороненными в родной земле.

У одного из погибших голова размозжена почти полностью, я не смог его сразу узнать. Второй имеет глубокие раны на груди и животе, этого парня я помню, но даже не могу сказать, как его звали. С подводы принесли еще одного погибшего, который сражался у нас за спиной, бережно уложили рядом с остальными.

– Тичер, Тощит и Венс, – назвал погибших кто-то рядом, им оказался сам Старший Мастер.

– Они погибли, чтобы жили мы, – просто сказал Альс.

Мы стоим и слушаем Альса, его правильные и нужные в такой момент слова ложатся прямо в сердце, растворяясь в нашей крови.

– Мы славно отомстили за наших братьев – шестьдесят Крыс отправились за ними. И еще много их будет убито, пока не добьем последних. Это я вам обещаю. А я, Альс Бромер, Старший Мастер Гильдии – всегда держу свое слово!

«Венс погиб», – подумал я, такого конца наших сложных отношений я совсем не хотел.

Теперь ссора из-за поступка нахрапистой девчонки показалась особенно глупой и неуместной. Нашли, что делить между собой, особенно я, совсем взрослый мужик.

И ведь не поделили до конца его жизни. И остались врагами, хоть Венсу пришлось извиниться.

Постояв у погибших, я заметил, что раненых тоже немало сверкает белыми перевязками из чистого полотна, специально припасенного для таких случаев. Правда, на такие массовые бои запасы, естественно, оказались не рассчитаны, на бинты пошли все годные тряпицы, полотенца и белье.

Еще трех тяжело раненных грузят на подводу, с которой скинули мертвых Крыс, поменяв сначала подстилку после них.

– Сейчас побольше кладем веток на подводу, чтобы раненых не растрясло. Потом легкораненых разместим. Я сам решу, кто поедет. Вторая подвода тоже уезжает и все лошади, которые не ранены. Наши погибшие поедут на лошадях, негоже мертвых с живыми возить рядом, даже с мясом класть нельзя, – распоряжается Альс.

«Строгие здесь понятия насчет похоронного дела, в каком именно порядке размещать мертвецов с живыми», – замечаю я.

Лошадок бросились разгружать, сумы с продуктами складывают в низинке в тени и укрывают ветками. Мясо наше, оно, конечно, сильно сушеное, но перегревать лишнего его тоже не стоит.

Часа полтора я вместе со всеми готовлю часть каравана к отправке, ношу, ломаю и складываю. И вот часть каравана из двух телег и шести лошадей, половина со скорбным грузом, отправились к Сторожке.

Раненых полегче отправили четверых, даже сидя на подводе, двое из них не оставляют оружие и готовятся защищать свой новый караван. Еще трое Охотников ведут в поводу лошадей, нервно прядающих ушами от страшного груза.

Мы оставались впятером с двумя лошадьми, кучей припасов и горой трупов.

Мы – это Альс, Старший мастер, Охотник Конт, Охотник Драгер, один Ученик Охотника, не совсем настоящий – это я собственной персоной, и Крос – настоящий Носильщик.

– У нас несколько дел, пока караван не вернется. Случится такое завтра днем, идти налегке обратно несложно. Мы не проверили все следы, может, кто еще из Крыс все же спасся. Те из них, кто не побежал сразу к стоянке, а удрал в сторону от нее, самые умные которые. Сейчас мы с Драгером берем лошадей и осматривая все, что можно, идем к поляне, где находится стоянка Крыс. Там забираем все их барахло, смотреть будем тут на месте. Может еще прихватим кого из мертвецов, хотя вряд ли и потом вернемся сюда.

– Вы, оставшиеся, ставите одного в охрану, двое рубят лес, желательно самый сухой, собирают валежник. Придется сжечь этих тварей. Перед костром обыскиваете тщательно. Если есть из обуви или одежды что-то более чистое и целое, снимаете и в общую кучу. Все ясно?

Мы дружно кивнули, немного печально. После такого кровавого замеса еще и работать предстоит до самой глубокой ночи, вообще не разгибаясь.

«После серьезной победы набирается еще больше серьезных дел», – с грустью понимаю я.

Альс с Драгером собрали лошадей и исчезли в лесу. Охотник, зовут его Конт, поднялся на небольшую кочку и замер, слившись с кустами. Понятное дело, дает возможность как следует спокойно поработать молодым под своей надежной охраной.

Пленные, получив от него копьем по ребрам, перестали бормотать и кривляться. Они сидят, привязанные к небольшому дереву, очень похожи на вконец опустившихся бомжей. Только глаза выдают их, глаза злобных тварей-людоедов.

– Присматриваем за ними, – предупредил Крос и добавил. – Должны тихо сидеть, чуть зашумят, сразу учи, силу они уважают. Язык тоже понимают, но без хорошей зуботычины почти никогда сразу не слушаются.

Крос быстро прикинул, как ближе к поленнице трупов валить деревья. Чтобы не таскать их далеко и не хлопотать лишнего. Вручил мне топор побольше, и я принялся за дело. Щепки летят, деревья падают вершиной в одно место. Потом я подрубаю комли и вместе с Кросом перетаскиваем и перекатываем стволы так, что получался огромный круглый костер.

Потом таскаем сухой валежник, засыпая основание костра сплошным слоем.

Тут уже меня поставили в дозор, обыском занялись профи. На расстеленное на земле полотно так и сыплются находки с трупов: кое-какие вещи, пояса поголовно, оружие и прочее.

Я сам, проходя мимо пленных, вообще не собирался их воспитывать, но что-то они сразу завозились и начали визгливо стонать. Пришлось тупым концом копья каждому пробить без всякой жалости по бокам. И сразу насладиться наступившей тишиной в качестве утешительного приза.

Так я дежурю в охране, пока не появился Альс с Драгером, ведущие нагруженных лошадок. Они сразу направились к мародерке, начали собирать барахло в сумы и дальше грузить лошадок.

Через какое-то время и такая работа подошла к концу, лошадок отогнали на другую сторону опушки к сложенным продуктам, которые скинули с подводы. Костер с перенесенными на него телами подожгли, не обращая внимания на завывших пленных.

Все перебрались на противоположную от костра сторону и расселись, дав, наконец, себе заслуженный отдых.

День получился какой-то страшно тяжелый, все умотались вконец и, не собираясь больше ничем заниматься, распределили дежурства. Меня опять поставили в первую смену, часа три я добросовестно бдю, присматривая за пленными, отвешивая им лещей за малейший шум, щурясь от яркого пламени огромного костра, стараясь не обращать внимания на сладковатый запах сгорающих тел бывших людей.

Приходится за огнем постоянно присматривать, когда костер пытается расползтись по земле, бродить еще вокруг самого костра, стараясь не дышать.

Альс так и не успел прояснить обстановку со сбежавшими Крысами. Или не захотел. Поэтому я постоянно озираюсь, ожидая нового нападения. Сейчас именно такой страх не дает мне потерять правильную бдительность.

Потом я разбудил Кроса и упал на лежанку из веток. Крос выглядит уже посвежее после отдыха, а я отрубился мгновенно. Проснулся от запаха кулеша, поднял голову и понял, что уже позднее утро.

Как я так заспался?

– Просыпайся, Ольг. Дали тебе выспаться, вчера ты показал себя молодцом, как настоящий Ученик, – услышал я над головой.

Альс стоит рядом и, улыбаясь, смотрит на меня.

«Ого, чего это он такой радостный? Не как обычно – требовательный и не особо приветливый мужик?» – удивляюсь я.

Я рывком поднялся, не чувствуя сильного запаха горелой плоти, посмотрел в сторону погребального костра. Он полностью прогорел, а ветер сверху с гор относит тошнотворную вонь в сторону.

– Может, тогда уже, как самый настоящий Охотник? – спросил я в ответ.

– Может и так, – неопределенно ответил Альс.

– Так жить можно, – сказал я и принялся делать разминку, тело затекло за время долгого сна без матраса и перины.