Иннокентий Белов – ПТУшник 2 (страница 31)

— Так вся жизнь и прошла, на стройках и переездах, — немного грустит по прошлому старушка.

Одиноко она живет и жилец рядом, веселый и позитивный, ей очень раскрашивает жизнь. Есть с кем чаю попить, за кого переживать и немного поучаствовать в чьей-то жизни. Ну и про свою рассказать, это тоже бесценно.

Впереди у меня выходные дни на работе и по учебе я после обеда субботы свободен, пора домой прокатиться, родителей навестить и с приятелями пообщаться.

Однако, сегодня Зенит играет с ЦСКА на стадионе Кирова, придется провести время вокруг стадиона и еще бы пообщаться с кем-то из фанатов, чтобы узнать про главные места, где они собираются помимо стадиона.

После учебы я так и сделал, однако, того именно, что меня интересует, не нашел.

От Петроградки ехал на трамвае до кольцевой, видно уже по возбужденным предстоящим матчем болельщикам Зенита, как народ добирается до стадиона, там вылезли и долго шли пешком, встречалась даже конная милиция по пути. Билет купил в большой очереди за рубль и сел на трибуне.

На самом стадионе болельщиков оказалось не так много, около четырнадцати тысяч, Зенит еще и проиграл «коням» в итоге.

Так что, ничего организованного, кроме кричалок с 33-его сектор я так и не увидел, потом фанаты ленинградского клуба у выхода со стадиона искали болельщиков ЦСКА, однако, не нашли.

Я лично никого не видел из таких, только, они все равно искали и даже меня спросили, не видел ли я кого, болеющего за москвичей.

— Рядом со мной точно не было, — ответил я фанатам.

— А ты сам откуда? — довольно по злому спросил меня один из их вождей.

Похоже, парням просто охота размяться на ком-то, однако, я к таким хотелкам отношусь безо всякого восторга и вызов не принимаю.

— Из области, — хмуро отвечаю ему и ухожу, пока не пришлось биться с толпой агрессивных фанатов.

Добрался потом до Петровского стадиона на каком-то подходящем трамвайчике с остальными болельщиками и быстро пробежался по присмотренным пивнушкам, опять ничего такого не обнаружил и понял, что с этим делом в городе еще глухо совсем. Массово еще народ не собирается, да и первые фанаты с тридцать третьего сектора только пару лет назад начали между собой группироваться, насколько я помню.

— Это только в Москву ехать, однако, мал я ростом и возрастом, чтобы столицу покорять, да и из Питера еще, не любят там нашего брата. В Москве с фанатским движением у красно-белых все более-менее уже началось, только, не пробиться мне никак в основную тусовку и не поучаствовать в ставках, — понял я про себя.

Да и не хочу особо в какую-то тусовку входить, на выезды эти геморройные ездить, как заведенный, это уже особо настроенным человеком нужно оказаться, чтобы так рвать задницу за любимый клуб. Когда много других, интересных дел и тем кругом. Да и мне лучше с парнями с Конюшни больше общаться, чтобы стать своим среди них.

Так что, с кем-то знакомым на результат поспорить можно, а вот использовать свои знания в серьезном масштабе — никак не получается. Да и в те же пивнухи взрослые часто попасть не могут, потому что — мест нет и постоянный дефицит посадочных площадей во всем городе.

Что уже здесь говорить про подростка невысокого роста и повышенного самосознания.

Да, пока я наслаждался жизнью в деревне, прошел в Испании чемпионат мира, закончившийся триумфом сборной Италии, но и про полуфинал Германии с Францией я никогда не забуду.

Да, там я мог денег поднять на ставках и тотализаторе, только, кто же меня туда выпустит?

Никто, это мне понятно. Через границу тоже так просто не убежишь, так что, лучше рассчитывать на чемпионат девяностого года, там уже с выездом все проще окажется.

Да и не хочу я покидать свою страну, мне и тут уже хорошо живется, а будет еще лучше со временем.

Поэтому я доехал до Балтийского и махнул навестить родителей, размышляя по дороге на разные темы.

Дома мамуля обрадовалась моему приезду, сразу ужин выставила на стол, отец к моему дяде, своему брату, ушел посидеть за бутылочкой, благо тот в соседнем доме проживает.

Время уже позднее, я устал за целый день учебы и беготни на стадион и обратно, помылся начисто в ванне и разомлел, даже к приятелям не собираюсь выходить.

Пока начал засыпать, пришел пьяненький отец, обрадовался, что я приехал и сразу же начал ко мне приставать по поводу моей теперешней жизни:

— Как тебе живется в Ленинграде? А как учеба? Где живешь теперь?

— Прожил десять дней в общежитии, теперь нашел себе хорошее жилье у одной старушки. Буду около Московского жить, работу тоже нашел.

Отец прямо аж подпрыгнул, узнав, что у меня и жилье есть, и работа уже имеется.

— Ну шустер! А училище как же?

— А что, училище? Оно мне не особо требуется для жизни. Раз уж проучился полторы недели, проучусь еще две, получу стипендию и отчислюсь, наверно.

— Да как же ты сын, без образования останешься? — не может поверить отец, — Тогда в школу возвращайся! Тебя еще возьмут в девятый класс!

— Отец, не требуется мне никакого образования! Ни среднего, ни высшего! Я и так отлично буду жить!

Папка только махнул рукой и ушел в свою комнату, не понимая, как можно остаться без какого-то там диплома. Понятно, что в Советском союзе дипломы грузчикам не выдаются, да и на фарцовку спецификации тоже нет.

Утром отец пришел в себя, мы долго завтракали на нашей крохотной кухоньке, радуясь выходному, крепкому чаю и блинам с вареньем.

— Мамуля, мне бы пару баночек варенья с собой требуется.

— Зачем, сынок?

— Буду с хозяйкой чаи гонять утром и вечером. Великое дело, это хорошего чаю попить, особенно, дождливой осенью.

Оставил родителям номер телефона нового места жительства, только сурово предупредил никого ему не давать и без причины не звонить.

— Будут меня там из военкомата искать или еще что, тогда сами перезвонить можете. Больше никому про него знать не требуется.

Днем стал собираться, много мне чего перевести из необходимого в свою комнату, всю аппаратуру для записи, книги те же не помешает под рукой держать на всякий случай. Беру еще всякую одежду, белье, полотенца, немного денег из тайника на раскрутку.

Придется обязательно дверь железную бабуле поставить, она часто гуляет по району, навещая знакомых и квартира в этот момент остается почти без защиты. Тем более, когда я на учебе, правда, не так много времени мне осталось посещать фазанку или еще когда на тренировку ушел.

Да и работая даже напротив окон квартиры — за всем не уследишь.

Начну бизнес наводить, так местное жулье точно принюхается и приметится, насчет подломить квартирку и унести все ценные вещи.

Беру пока один кассетник, потому что он требуется мне в первую очередь, дописываю еще пяток кассет за день и вечером гружусь в рейсовый автобус до вокзала. С моим багажом особенно не побегаешь пешком, да и лучше не рисковать имуществом зазря. Двадцати записанных кассет мне вполне хватит на неделю в городе.

Еду в электричке и с улыбкой вспоминаю, как раззадорил папку поспорить насчет исхода всех знакомых мне матчей в европейских кубках, которые пройдут в эту среду.

У отца противоположное мнение оказалось насчет Торпедо, что Бавария раскатает его даже в Москве, насчет Спартака, что и он продует там же. Про Динамо московское и тбилисское я итогов первых матчей не помню, только то, что они вместе бесславно вылетят после первого круга.

Про киевлян в матче со швейцарцами мы не спорим, надеемся на победу.

Отец упирает на свой большой опыт болельщика футбола, я ссылаюсь на то, что увидел результаты во сне:

— Тогда, отец, предлагаю ставку на результат, сначала можно по рублю?

— Ты теперь работаешь, теперь рабочий человек! Чего мелочиться, сын? Давай по три рубля! — гонорится отец и попадает в ловушку.

— Ишь, чего вы придумали! — возмущается мамуля, когда мы просим ее разбить нам руки.

— Ничего, мать, разбивай! Поучим сына, а то он больно деловой стал! — горячится отец.

Ну, теперь только стоит дождаться результатов. Я на отцовские деньги не претендую особо, однако, приучить его к тому, что сын продолжает смотреть в будущее со стопроцентной вероятностью — не помешает.

Про историю с мамулиным зубом он уже забыл давно, да и про мои предсказания смерти Брежнева и прочей чехарды Генсеков, наверняка, уже тоже.

Так и пошла моя жизнь, два дня отработал в магазине после учебы, в среду смотрел футбол.

Отец все же не удержался, позвонил мне после первого тайма Спартака и громко поздравил меня с потерей трешки.

— Подожди, папуля, есть и второй тайм еще!

После второго он не позвонил, чего я и ожидал, уже должен мне шесть рублей на сегодняшний день.

Я купил в радиотоварах во Фрунзенском универмаге антенну с рогами и долго настраивал черно-белый телевизор бабули, пока не нашел для интенны идеальное место. Теперь у нее вместо полутора программ целых четыре и баба Тая просто счастлива, что может смотреть их все по очереди.

Дальше моя жизнь пошла по налаженному мной самим комфортному пути, я пока посещаю путягу, встречаюсь на уроках со своими одногруппницами, а на переменах с остальными парнями. Вместе с ними мы завтракаем, обедаем и полдничает, забираем недельный паек с собой, потом я с ними прощаюсь.

Электронику я постоянно беру с собой на работу, там гоняю свою музыку негромко, особенно ориентируюсь на заходящую молодежь, которая отлично клюет на наживку. Софья Абрамовна не против прослушивания музыки, бывает и свои кассеты приносит, похвасталась, что у нее дома имеется настоящий Шарп.