Иннокентий Белов – Черноземье. Король (страница 9)
Он сам деньги не экономит, покупает все, что понравится и еще дочери хорошо с внуками помогает.
— Подумай, нужны нам молодые астрийские парни? Хотя бы в чернорабочие принять? — спрашиваю я у Трона.
— Подумаю, — солидно отвечает Трон, вскоре после ужина они собираются с Клоей и уходят домой.
— Хорошо посидели, давно у меня таких теплых вечеров не было, милая! — говорю Грите, когда ложимся спать.
Хорошо занимаемся любовью после долгого расставания, только теперь я вижу, как моя милая Грита старательно предохраняется.
«Значит, выбрала все же карьеру певицы, — понимаю про себя я. — С другой стороны — моей милой уже сорок два года, если считать по земному. Теперь роды уже довольно опасные получаются, тоже кесарево здесь никто не сделает».
Я сам принимаю полностью выбор Гриты, она у меня — свободная личность. И так двоих детей мне родила, хотя даже и не мечтала о настоящей семье.
Но какая-то легкая грусть все же осталась в душе, только с утра мне уже не до подобных воспоминаний.
Сначала созваниваюсь по скошам с Клеей, поэтому она тут же спешит к нам в гости.
Глава 4
Встреча с Клеей для долгого разговора по душам уже хорошо назрела на самом деле. Даже слишком задержалась, но теперь нам есть, о чем поговорить очень серьезно.
Я до срочного отъезда саму Клею целую осьмицу не встречал, к Грите она не заходила, все занималась своими делами и семьей.
«Ну, и я все время занят был по самое не хочу, так что ничего определенного Клее не сказал», — вспоминаю я сейчас.
Теперь еще сам полторы осьмицы пропадаю в постоянных походах, успешных боях и великих свершениях. Ведь еще появились новые вводные по поводу перевалов и новых жителей Черноземья.
Только подруге моей по теме магии четырех солидных магических камней на месяц уже не хватает, явно больше у нее уже потенциал прокачался. Поэтому Клея начинает заметно грустить, когда заряженных камней у нее в подвале больше не осталось.
Теперь как раз уже пять дней сидит без моей магической поддержки, даже все алмазы потратила в ноль.
— Мне их даже не хватило полностью набрать ману! — протягивает она мне знакомый мешочек с камнями, но понятный сигнал в голове заставляет меня замереть и задать соответствующие вопросы.
«Если Клея сейчас откровенно привирает, то зачем вообще? Проверить меня или просто хвастается, не особо подумав?» — становится интересно мне.
— Там же двадцать штук? — удивился я. — Мне на втором уровне одиннадцати камней хватало!
— Я не с одного раза все потратила, — все же нехотя призналась Клея.
— А, ну тогда все правильно, — улыбаюсь я хвастовству своей подруги, которое так быстро оказалось разоблачено.
«Да, как-то я перед выходом не сильно озаботился зарядить камни у нее в подвале. У меня самого Палантиры оказались не до конца заряжены, как все чаще почему-то случается. Еще за одну ночь в Храме мог не успеть полную зарядку устроить для себя самого, так что не стал рисковать, — сейчас вспоминаю я свой немного сумбурный выход. — На перевалах и в Сатуме мне уже полностью готовые под завязку Источники обязательно требовались. И ведь именно поэтому все так гладко прошло, и энергии хватило, и еще немного осталось на всякий случай, что все Источники набрали по девяносто процентов заряда. Почти под самый возможный максимум».
Естественно, что тогда я ничего еще не знал про неминуемую встречу с дворянской армией. Но все равно бродить пару недель по Сатуму без полных Источников — не слишком удачная идея в любом случае. Там можно столкнуться с вооруженными и очень боевитыми людьми буквально в любую секунду.
«Немного сумбурный выход, однако, какой все же он получился своевременный. Как раз именно в нужный день и час оказались на перевале над лагерем дворянского войска. Не зря меня внутреннее чувство так заметно подтолкнуло двигаться в сторону Сатума, — сейчас я сильно благодарен своей накопленной мудрости. — Ведь в любом другом случае пришлось бы жестоко воевать и убивать многочисленных врагов просто толпами. Причем, убивать вообще не разбираясь, кто подневольный крестьянин, а кто матерый воин или дворянин. Ну, еще пришлось бы перебить кучу простых молодых парней, как всегда и случается в подобных случаях».
Но сейчас у меня имеется еще один повод для разговора наедине, который Клея себе даже представить не может.
— Как у тебя все здесь? Как отношения с Кромом? — спрашиваю я ее, как только мы занимаем места в гостевом зале.
Я пододвигаю тяжелое кресло поближе к просто неподъемному дивану, комплекту оставшейся от Кройнцев мебели, которая сделана на века. Занимаем места поближе друг к другу, чтобы спокойно поговорить негромкими голосами.
— Хорошо, — улыбается Клея. — В доме теперь только мои люди, вполне мне преданные. Так что я больше не нервничаю из-за людей Крома.
— Про такое я уже давно знаю, — напоминаю Клее, что полностью в курсе ее внутренних дел. — Что ты выжила последнего слугу Крома. Как твой сын?
— Спасибо, Ольг, все хорошо, родился самым здоровеньким и крупным из всех, Кром нарадоваться на него не может. Все время меня благодарит и дорогущие подарки дарит, — снова улыбается довольная мать уже четверых сыновей.
— Что младший Кром говорит про учебу в Гвардии и как у него с младшим Ольгом? — еще интересующий меня вопрос.
— Да, как обычно у мальчишек, превращающихся в мужчин. Соревнуются между собой постоянно, у одного что-то лучше получается, например, у моего сына с мечом все отлично. А твой лучше стреляет и быстрее бегает. Но ты знаешь, обучение в Гвардии уже сильно сказалось на нем, совсем стал таким неразговорчивым даже со мной. В общем, настоящий мужчина растет, рано возмужает, наверно. Ольг все же помягче немного, больше в творческую Гриту пошел, — рассказывает мне свои женские наблюдения Клея.
Которые почти всегда оказываются абсолютно верны.
Парни к ней часто в увольнение заходят, когда не стоят в нарядах, а стоят они вообще-то многовато. Как положено начинающим гвардейцам, тут сам Генс присматривает, чтобы служба нашим детишкам сплошным медом не казалась.
«Ага, моя подруга считает, что я такой жесткий и суровый мужчина. Что вполне неплохо», — улыбаюсь я.
— С самим Кромом как отношения? Прячется от тебя с другими Капитанами по-прежнему? — вспоминаю я один из последних разговоров.
— Встречается с ними, они долго разговаривают, но я на него так заметно больше не давлю. Даю ему самому выбор делать, тут ты прав оказался. Он все же сильный мужчина, привык управлять и командовать самостоятельно уже много лет. Поэтому мое магическое внушение делает его заметно раздражительным и недоверчивым ко мне. Теперь действую мягче, а свои слова продумываю заранее. Не скажу, что все вернулось обратно, но теперь Кром больше так сильно не раздражается, — спокойно рассказывает мне Клея и делает большой глоток здешнего морса из высокого бокала.
«Значит, кое-какие серьезные проблемы все же остались между уже совсем новой Клеей, осознавшей теперь свои магические способности, и все еще живущем по старым договоренностям Кромом. Которому приходится все же меняться под ее давлением. Старые договоры про его постоянное доминирование и ее беспрекословную послушность теперь уже заканчиваются, жизнь в его семье необратимо меняется», — вычленяю я самое главное из ее слов.
Клоя нам вчера наварила большую кастрюлю морса, мы его все любим и пьем постоянно.
— Ну, и отлично! — я пока отношу ее алмазы в свой кабинет, где раскладываю вплотную к самому заряженному Палантиру.
Потом возвращаюсь и спрашиваю:
— Как у тебя самой настроение? Не передумала еще?
Клея смотрит непонимающе на меня.
— Я про будущие серьезные дела. Когда придется оставить красивый дом с кучей детей в благополучном городе и отправиться за перевалы? Где придется пролить много крови! Где все будет грязно и страшно! — подобным образом я обозначаю будущие перспективы новой колдуньи.
— Нет, я все так же готова пожертвовать своей семейной жизнью. Но помочь людям на моей родине, — тут у нее появляется упрямая, уже знакомая мне, складка между бровями. — Но ты прав, крови прольется немало. Ведь местных дворян и бандитов придется всех перебить, кто только попадется, перевоспитать их никак нельзя!
Ну, на самом деле у Клеи правильная кровожадность. Я тоже хорошо понимаю, что какую-то прослойку сатумского населения придется или уничтожить в боях, или изолировать от общества надолго. Какого-то другого выхода в данном случае просто нет, перевоспитать точно не получится ни тех, ни других, нечего даже стараться.
— Хорошо. Тогда есть хорошая возможность немного заранее начать готовиться. Готовиться к твоему триумфальному возвращению в Сатум, — говорю ей я.
— Как начать готовиться? — не понимает Клея. — Я и так изо всех сил качаю свою магию.
— Магия — очень хорошо, ты теперь точно вторую ступень набрала, с нее многие умения открываются. Нам с тобой хорошо бы за полтора года дойти до третьей ступени, а по самому максимуму до четвертой ступени. Тогда тебе вообще вся знакомая мне магия окажется подвластна.
Клея довольно улыбается, показывая, что полностью согласна со мной.
«Не знаю, конечно, женщины вообще больше первой ступени почти никогда магии не набирают. Но у Клеи реально сильный прогресс, тем же сестрам-колдуньям, Анэли и Гериэли, хватило бы ее магических камней на половину года, как минимум», — так определенно кажется мне.