Иннокентий Белов – Черноземье. Король (страница 46)
— Тогда выдели мне две осьмицы своих молодцов, одна будет при мне состоять, вторая доставлять спрятавшихся пока чиновников, — прикинув нужное количество помощников, говорю я.
— Да, прикажи пока из Ратуши никого из чиновников не выпускать своим людям. Прошедшие допрос будут или пока здесь задерживаться или выпускаться моим личным распоряжением, — прошу я Генса.
Ну, с такими приказами теперь все вообще просто, посыльный выслушал приказ Генса и через минуту двери Ратуши на выход затворяются. Теперь только состоящие при мне гвардейцы смогут выводить местных чиновников и работников. Все-таки военная структура заточена на выполнение приказов только своего начальства, всякие высшие чиновники Ратуши для них абсолютно никто.
Зато Генс сразу сказал мне, что теперь меньше будет бывать в самих казармах, поэтому ему в родной Гвардии позарез требуются опытные и проверенные люди. Мне тоже понятно, что наш общий знакомец Торк, особенно верный Генсу, при новых уже раскладах очень нужен снова на службе.
— Понимаю, господин Капитан, — кивнул я головой. — Все прежние возражения снимаю, ставьте старину Торка на любую должность. Он проверенный и опытный воин, такие потребны всегда.
Так что я занимаю солидный кабинет, ко мне приставлены пара писцов, которых я под присмотром гвардейцев отправил в финансовый отдел за платной ведомостью. Чтобы их там сразу не послали куда подальше более высокопоставленные чинуши. Еще сказал озадачиться списками всех чиновников. Теперь гвардейцы из всех кабинетов направляют и регулируют поступление чиновного народа под мои внимательные глаза. После чего я задаю несколько вопросов, выявляю связи с теперь опальными Капитанами и прочие коррупционные дела.
Потом ставлю отметки в платной ведомости, обозначенные всего несколькими буквами. П — подозрителен, С — что-то скрывает, Н — не виновен на первый взгляд, О — обязателен к серьезному допросу.
Пришлось начинать с высших чиновников, потом переходить к средним и дальше, но я не влезаю совсем глубоко с вопросами, просто определяюсь, с кем именно придется дальше работать первым делом.
Так что к вечеру составил полные списки чиновников, часть уже допросил, потом вернулся к Генсу, все так же остающемуся в Малом зале и доложил итоги.
— Из двадцати осьмиц допрошенных совсем замешаны в связах с недоКапитанами всего две осьмицы. Остальные знают про подобные делишки немного или побольше, придется им все равно тоже давать показания. Но можно пока всех выпустить по домам, потому что в казармы или Караулку волочь еще рановато. Завтра гвардейцы приведут мне еще сотню чиновников, которые сегодня просто побоялись заходить в Ратушу, окруженную войсками. За осьмицу разберусь более-менее с теми, кого придется увольнять из Ратуши. Еще хорошо бы провести обыски по домам у всех недоКапитанов и основных замазанных чиновников.
— Думаешь, стоит так жестить? — сомневается Генс. — Чтобы забирать даже честно нажитое золото?
— Однозначно. С моими умениями никакой тайник не останется без разоблачения, а настоящие груды золота, беспощадно конфискованные, наглядно покажут всем горожанам определенные изменения в городской политике.
— Какие такие изменения? — не понимает сразу Генс.
— Во-первых, думаю, что из тайников удастся вытащить столько золота, сколько городская казна собирает налогов за целый год. Надеюсь, что даже больше. Поэтому всем гвардейцам и горожанам очень понравятся первые шаги нового Совета Капитанов. И поэтому честно нажитой окажется очень незначительной частью украденного у города и всех горожан, а ей можно будет просто пренебречь.
— Во-вторых, все воры из бюджета определенно поймут, что воровать, как не в себя, больше нет никакого смысла. Таскать понемногу еще можно, за всеми не уследить, если постоянно не привлекать мое умение. Но вот половину городского бюджета им точно никто не позволит украсть, ибо разоблачение неминуемо.
— В-третьих, меньше денег у них, меньше возможностей отомстить нам! — заканчиваю я обоснование будущих изъятий наличного золота.
Новому Совету Капитанов, понятное дело, не всем нравятся подобные разоблачения. Трое пожилых Капитанов тоже участвуют в подобных мутнячках, особенно в данном деле замазан мой бывший недоброжелатель. Именно он отжал «Лису и журавля» у прежнего хозяина с использованием совсем подлых приемов и еще когда-то дом у моей Гриты.
«Лису» я собираюсь у него выкупить, чтобы возродить былую славу трактира с комнатами. Вот отжатый у моей подруги дом прощать не собираюсь, но пока какое-то время не стану никак ему мстить.
«Правда, он мне теперь так уже не нужен. Голосование в Совете прошло, все лишние люди оттуда убраны. Благодаря как раз его голосу удалось даже полностью соблюсти положенную процедуру. Теперь можно через какое-то время с ним разобраться, когда новая власть укрепится», — вот так думаю я теперь.
Так что еще всю осьмицу хлопочу в Ратуше, веду положенные допросы и вынуждаю давать показания перепуганных чиновников младшего и среднего звена страшной угрозой отправить на перевоспитание в казармы Гвардии.
— Все вы люди подневольные и военнообязанные! Поэтому курс молодого воина должны пройти обязательно у умелых мастеров! Уж они-то вам спуску никакого не дадут! — заранее посмеиваюсь я, представляя страдания пухленьких чиновников, попавших в лапы к матерым гвардейцам. — Там промолчать не выйдет ни разу! Уже к обеду мне все расскажете! Наперегонки прибежите, умоляя только вас выслушать!
Зато уже на третий день посетил дом бывшего Капитана Джугаса, где нашел все тайники в подвале и на чердаке. Картина выносимых сундуков с золотом произвела очень большое впечатление на гвардейцев и моих людей. Пришлось еще открыть комнату в Кассе, которую он арендует, чтобы оттуда вынести еще несколько сундуков.
Пока оставил в доме охрану из гвардейцев и отправился в Кассу считать общее количество золота. Когда-то дружно поделенные всем Советом драгоценности из добытых мной на Севере тоже добавились в список конфискованного и изъятого.
В итоге сумма изъятого оказалась весьма солидной, целых двенадцать тысяч тайлеров было спрятано в тайниках и Кассе.
— Ну, вот, уже пятая часть всего асторского бюджета возвращена в городскую казну! — докладываю я итоги первой конфискации.
Глава 20
Итоговые результаты по количеству собранного в одном месте золота реально потрясают всех зрителей.
«Зрителей, конечно, не простых, а всех членов Совета, приглашенных на демонстрацию изъятого богатства. Остальным горожанам ни к чему видеть, до чего довело Астор правление молодых Капитанов во главе с самим Кромом, — хорошо понятно нам всем. — Появятся всякие ненужные вопросы и глубокая уверенность, что подобная власть свободному городу не нужна. Авторитет Совета Капитанов нам теперь самим весьма нужен, все-таки уже полностью устоявшийся институт».
— Почти двести сорок кило золота, не считая еще драгоценностей! — перевешиваю я лично сам все собранное на здешних весах по второму разу.
— Если со всех так собрать? Это же куда потом столько золота девать? — с довольным видом я провожу экскурсию для Совета.
— Золото лишним никогда не бывает! — довольно поддерживает меня Драгер, понемногу становящийся более смелым в новом Совете.
«При старом режиме все время молчал по привычной скромности, а теперь все чаще позволяет себе высказываться», — замечаю я себе.
Пусть даже какая-то часть из конфискованных груд золота заработана без явного воровства из казны, наверно. Но Генс присуждает своим решением полное изъятие в пользу города. Никто из Капитанов с ним не спорит, понимают сразу, что здесь замешано личное отношение к безнадежно проворовавшейся семейке.
«Ну, а я только приветствую беспощадность к скрытым врагам Астора. Не может забыть и простить свое прежнее личное бессилие мой приятель, — сразу понимаю я. — Подобное вообще хорошо, нужно окончательно отрезать концы прежней команды от власти подобным приговорами. Чтобы они официально оказались признаны ворами и коррупционерами, то есть взяточниками. Для чего требуется обязательная принудительная конфискация, как полное признание воровства из казны. Кого-то надо даже посадить, хотя вообще не принято таким образом поступать с бывшими Капитанами. Но одну самую наглую рожу все-таки можно отправить камень рубить на побережье. Чтобы остальные понимали, что шутки совсем закончились и подобное может ждать теперь любого».
Понемногу и мягко доношу свои аргументы Совету и особенно Генсу, как теперь основному принимателю главных решений. Сам пока выступаю основным советником нового главы Совета, остальные Капитаны не имеют правильного видения новой жизни. Всего того, над чем я уже давно размышляю долгими зимними вечерами.
И он вполне откликается на мои слова, понимает, что я пока в одиночку выношу основную тяжесть борьбы с прежней властью на своих плечах. Все время веду допросы или ищу тайники без перерыва на отдых. Ведь я хорошо понимаю — лучше времени потрясти недавно сильно влиятельных людей больше не будет.
Потом они спрячутся, закопаются, уйдут в тину, перестанут отсвечивать, так что только здесь и сейчас придется всех вытаскивать на свет божий с богатствами неправедно нажитыми.
«Скоро снова наработаются примерно такие же схемы, только воровать станут меньше, а совсем откровенную некондицию поставлять долго не будут. Если все оставить по-прежнему. Все равно требуется создать какую-нибудь контрольно-ревизионную комиссию при Совете по закупкам и городскому заказу!» — начинаю я работать в данном направлении.