Иннокентий Белов – Черноземье. Король 2 (страница 47)

Пока я буду заряжать Палантиры, а потом еще раз схожу с последней проверкой на перевалы, за данное время Дропер со своими людьми должен полностью закончить проверку укреплений. Апис пока в Асторе остался, смотрит за порядком и контролирует возню бывших Капитанов.

«Ага, укреплений типа окопов полного профиля, огороженных жердями спереди и сверху, еще немного с боков — самое такое простое укрепление, возможное в этом мире!» — улыбаюсь я своему полководческому видению, что именно нужно будет горожанам в сражении с необыкновенно меткими и скорострельными лучниками степняков.

Чтобы полностью нивелировать их преимущество в огневой мощи.

Дроперу сказано докапываться до всего возможного и невозможного, чтобы отвечающая за постройку укрепрайнов Гвардия в лице Торка постоянно имела бледный вид. На случай всяких будущих проблем с возможными прорывами степняков мимо укреплений. На Гвардии лежит мобилизация крестьян, которым платят какие-то небольшие деньги за обустройство самих укреплений. Хотя от подобной работы зависит судьба самих крестьян, их семей и имущества, вкалывают они все равно спустя рукава, поэтому постоянно требуется жесткий контроль.

«Немного хитрости с перекладыванием вины на другую принимающую сторону всегда будет нелишним делом», — решил я и так тоже проинструктировал Дропера, чтобы не давал никакой слабины при осмотре.

— Особенно твоему старому знакомцу Торку! С которым вы теперь примерно на одном уровне в управлении оказались! — говорю заметно удивившемуся заместителю. — Мой первый заместитель — никак не ниже, чем заместитель господина Генса теперь! Понимай такое и не робей перед бывшим начальством! Про все недочеты записывай, потом мне передашь бумаги, я уже их сам доставлю в Совет Капитанов!

Оставляю своих людей на новой стоянке заготавливать дрова и спешу в Храм с парапланом на плечах. Там жду два дня полного заряда Источников. Еще постоянно вызываю по скошу разведку, отошедшую уже от трактира на восемь десятков километров, сам трактир и до Ратуши дотягиваюсь время от времени. Типа, постоянно контролю своих доверенных людей, чтобы всегда были на посту. И еще проверяю работу скошей, ведь одновременно приходится обучать своих людей ими уверенно пользоваться.

— Раз уж есть невероятная для здешнего времени связь, грех будет ее не использовать максимально эффективно! — говорю сам себе, стоя на краю площадки перед Храмом. — Связь, а скоро и качественные пушки будут готовы к первым практическим стрельбам.

За два прошедших дня встречи со степняками пока не случилось. Я сразу высказался на Совете, что информация от толмача не может быть стопроцентной. Но все Капитаны дружно решили, что потратить много денег и времени на подготовку возможного вторжения будет всегда не лишним. Ведь все военные люди до самого края, поэтому знают — тяжело в учении, легко в бою.

Как я сам провозгласил на последнем заседании Совета.

— Укрепления всегда пригодятся, посмотреть наши мобилизационные возможности для развертывания ополченцев тоже будет явно нелишним. Что-то я сомневаюсь, что удастся за один день вооружить ополчение из городских арсеналов и доставить на берег. Два дня — вот реальный срок для полного развертывания нормальной обороны на Протве, — так и сказал сам Глава Совета, хорошо понимающий в подобных вопросах.

«Хорошо все же, что военная часть Совета быстро взяла власть в свои руки. Получается, Крома все же нужно было бы самому прибить, если бы он не напал на Клею. Потому что без него все, как по маслу пошло! — так размышляю я теперь, когда определенно вижу более хорошее будущее для Черноземья. — С его прежней властью черта с два так все быстро и легко проходило! Цеплялись бы его хитрые дружки за все поводы, чтобы на всем побольше заработать!»

Так что я с утра стартую на тандеме по каньону, потому что рассчитываю на его большое крыло. Пролетаю примерно половину пути, когда внезапный поток прижимает меня вниз и бьет с размаху о большой камень. Купол я не успел поставить, поэтому получаю перелом передней правой ноги, да еще со смещением.

Вообще потерял сознание от боли, а когда очнулся, тут же полез в рюкзак за лечебными камнями. Шевелиться не могу, тут же теряю сознание снова, поэтому все проклял, пока вытащил рюкзак из-под себя и нащупал там артефакты.

Потом быстрое лечение, пришлось поорать от вправляющейся прямо на моих глазах обратно кости. Потом с час прихожу в себя, жду, пока перестанут трястись поджилки от пережитого.

— Теперь только в сумке на груди буду держать самые главные камни, именно для лечения и невидимости! — решил тут же. — Черт, как меня просто внезапно шарахнуло с высоты в добрый десять метров о камни. Ведь уже и так собирался приземляться, но не успел. Все место поровнее искал. И купол поставить тоже не смог, слишком быстро все случилось.

Потом приходит понимание, если бы не моя магическая сила и не лечебные артефакты, осталось бы мое тело тут лежать навсегда. Тяжкий перелом и полная безлюдность вокруг — обязательная страшная смерть теперь ждала бы меня.

— Правда, сейчас я могу по скошу вызвать помощь снизу. Наверно, что могу, конечно.

Попробовал, только на самом деле ведь не получилось, края каньона нависают надо мной метров на двадцать, не дают даже с такого расстояния достучаться до трактира.

— Пришлось бы со сломанной ногой, зафиксировав ее хоть как-то, ползти к месту, где можно подняться наверх и вызвать помощь. Я всего-то ушел на пятьдесят километров от трактира, но сложная горная местность все же не дает воспользоваться связью! — поразился я сейчас. — Вот тебе и реальная магия!

Поэтому пошагал дальше, стараясь поменьше нажимать на вылеченную ногу и к обеду все же добрался до первой Дыры в скале. Откуда как раз показался городской обоз, везущий припасы строителям дороги и для гарнизона уже сложенной крепости на втором перевале. Естественно, я попросился на повозку, доехал на ней почти до самого верха первого перевала, где уже пришлось слезать и самому толкать телегу.

— Где они теперь? — задумался на мой вопрос провожающий караван командир гвардейской охраны. — В прошлый раз перевалили через третий перевал и прошли там с тридцать лиг. Говорили, что через две осьмицы точно дойдут до первого поселения!

— Кто говорил? Сам Бей степняков? — становится интересно мне.

— Нет, эта плоская рожа с нами вообще не разговаривает. Ходит очень важный. Говорить можно только полонникам с гвардейцами. У них жизнь все же сильно посвободнее, чем у прочих арестантов, — гвардеец называет всех строителей точно так же, как я их сам привык именовать.

Виден заметный негатив к степному Бею полуфолы у гвардейцев, что я хорошо понимаю и решаю в случае любых непоняток со степняками никого не жалеть. Останавливает меня пока от жесткого взаимодействия с сильно не нравящимся мне Беем только тот возможный вариант, что толмач мне просто откровенно наврал.

«Наврал, пытаясь спровоцировать именно подобным образом горожан на нарушение мирного договора. И не собирается никакая степная орда нападать на Черноземье? Тогда я окажусь немного в дурачках, но на Совете все равно решено провести полноценную подготовку ополчения и военных на всякий подобный случай», — задумываюсь я в который раз, когда вспоминаю быстрые слова толмача.

И вот теперь решаю еще раз провести правильный разговор с самим толмачом. Правда, в прошлый разговор я не почувствовал от него никакой лжи. Но такое может быть еще потому, что его самого обманули Верховные Беи, зная мою способность определять правду.

Так что я решил никуда не спешить, а переночевать с обозом в лагере между первым и вторым перевалами. Ведь уже приближается вечер, мне уже некуда особо спешить. Благо он везет с собой достаточно дров для себя и защитников форта вместе со строителями, чтобы мне в тепле хорошо спалось.

Еще при караване вижу троих арестантов, бредут позади третьей повозки с петлями на шее с самым несчастным видом.

— Хорошо, что из Астора по-прежнему гонят жуликов на обмен, — только и сказал по данному поводу. — В городе они все равно не нужны. Астрийцы, наверно? Судя по рожам?

— Они самые, господин Капитан. Не в первый раз мне полонников на них выменивать, — ответил опытный гвардеец, затянувшись горячим чаем. — Только я и хожу таким маршрутом все время, поэтому приходится при обмене со степными рожами общаться через толмача.

— Сколько за последнее время перегнал арестантов? После тех восьмерых парней, которые на Севере передо мной проштрафились? — заинтересовался я.

— Еще шестерых за три поездки, господин Капитан. По два вора в каждую мне из Караулки выдают.

— Ага, значит, среди строителей всего человек шесть теперь из степного полона останется, — задумался я.

— Где-то именно так, господин Капитан! — подтвердил старший каравана.

— Как лошади поднимаются в горы? — теперь интересно мне. — Которые обычные наши?

— Привычка потребна, господин Капитан, животине. Сначала никак, в первые разы, потом привыкают к высоте вместе с хорошим питанием, почти одно зерно здесь кушают. Начинают поднимать подводы, груженные по половине, на первую вершину, там мы их перекидываем с одной на другую повозку груз, вниз лошади уже проще идут, — обстоятельно мне рассказывает гвардеец. — На второй тоже так же приходится поступать, так что не очень быстро едем по горам. Благо теперь половину груза на втором перевале в нашей крепости оставляем. После чего уже идем без остановок, догоняя строителей.