Иннокентий Белов – Черноземье. Король 2 (страница 43)

Бодрящиеся до этого момента морячки сами дружно заткнулись, перестав посмеиваться над сухопутными мужиками. Даже постоял с фузеей над бортом, благо есть договоренность в случае подобных проблем зажигать факела и пытаться осветить воду вокруг кораблей. Но толчки прекратились, похоже, здешние хозяева вод пришли просто вежливо поздороваться с новыми жителями.

С раннего утра начинаю пробивать будущий туннель с берега через каменную гряду. Вчера вечером уже приметил нужное место со стороны моря и примерное со стороны болота. Поэтому сначала готовлю будущую основу для причала, осторожно обтесывая выстрелами из фузеи скалу с разных сторон. Немного подровняв ее выступающий над морем кусок, начинаю пробивать сам туннель, на что у меня уходит всего полтора Палантира.

Сначала стреляю с борта шхуны, давая полюбоваться всем зрителям силой моего оружия. Я бы и сделал все тайно, только сейчас все же не тот вариант получается. Стрелять мне нужно именно с высокого места, не с лодки, а с борта шхуны, так как туннель пройдет на высоте метра в три над уровнем воды в море. И выйдет внутри скального основания в паре метров над болотом.

«Просто еще не знаю, как здесь поднимаются внутренние воды здешних болотистых равнин, поэтому делаю туннель с запасом по высоте. Все же места здесь северные, должны быть завалены снегом по зиме, но вот сами внутренние равнины какие-то слишком теплые. Не удивлюсь, если уровень воды зимой и весной здесь солидно поднимается», — решил я все делать с большим запасом.

Примерно сорок метров скалы пробито насквозь, я командую подходить первой шхуне на разгрузку. В прошлый раз воды перед берегом промерили, они показывают минимум десяток метров до дна. На каждой шхуне запасено по четыре якоря, работы моей промплощадки. Пока нет нормального причала, придется кораблю маневрировать и держаться на месте именно с помощью особо зацепистых якорей моей конструкции.

«То есть не лично моей, конечно, с наших земных источников перерисовал саму конструкцию подобного якоря», — признаю я.

Пока грузчики с моряками выгружают с помощью простых лебедок тяжелые бревна и толстые доски, начиная сразу собирать деревянный причал на скале, я со своими людьми прохожу туннелем на ту сторону каменной гряды.

— Скоро выгрузят и соберут тележку, господин Капитан! По настолько ровной скале ее очень легко будет катать! — докладывает мне старший грузчиков, которых я нанял загрузить и выгрузить три шхуны.

— Бревна тогда вперед, доски можно будет пока в Дыре оставить! — говорю я ему, как именно желательно разместить обработанную древесину.

Незнакомые местным морякам якоря, пару крепких тележек для перевозки бревен и досок — все подобное я заранее предусмотрел, когда еще только начал готовиться к освоению случайно открытого нефтяного месторождения.

Но пока мне придется и дальше расходовать Палантиры, чтобы на выходе из туннеля создать более-менее ровные площадки для размещения бревен и досок. Мои люди за моей спиной смотрят, как аннигиляция из фузеи сносит огромные куски скалы, освобождая место для склада под открытым небом.

В принципе, по низу гряды есть место для размещения всего привезенного дерева, но это пока оно есть, а когда пойдут осенние дожди, там все может затопить. В общем, здесь теперь придется все время держать небольшую команду, которая станет мастерить подходы к месторождению и наблюдать, как здешняя природа ведет себе осенью и зимой. Еще будут, естественно, заливать бочки нефтью, которых им уже привезли на одной из шхун.

— Когда сделаете более-менее нормальные подходы к черной земле! — объясняю я добровольцам за длинным тайлерам вместе с мерами пожарной безопасности. — Следующая шхуна придет через осьмицу, привезет пару лошадей и две арбы. Ваше дело закончить причал и настлать легкую дорогу по болоту для одной арбы. Будете ее гонять туда-сюда с черной жидкостью в бочках и составлять на причале.

Серьезную дорогу я рассчитываю строить на следующий год, когда станет понятно, что тут зимой происходит с уровнем болота.

Пока в бочках просто питьевая вода для будущих нефтедобытчиков, им собран солидный запас еды, палатки и даже реальными накомарниками я заморочился, понимая заранее, что такое болота. Пока, при свете горячего Ариала, ни гнуса, ни мошки не видно, только, что здесь начнется ночью — пока никто не знает.

Вид зеленого, хорошо заросшего за долгие годы существования болота с многочисленными деревьями в нем самом, образующими целые рощи, действует на строителей и будущих нефтедобытчиков вполне располагающе. Все же перед ними не страшная серая топь, жадно чавкающая своими безднами.

До ночи оставаться все же не стали, выгрузили все, что было погружено в гавани Астора и в вечер махнули обратно в Гардию. Пробовать ночной аттракцион с неизвестными морскими гигантами, почему-то полюбившими здешние воды, в главной роли никто особо не хочет.

На следующее утро выгружаюсь в Гардии и еду с проверкой в поселение. Лошадей в этот раз с собой брать не стали, поэтому мои люди катятся на повозке, найденной высаженными раньше охранниками. С собой у меня их пятеро сейчас, так что нормально доедут. Сам я забираюсь на высокую гору в паре километров от города-гавани, вытаскиваю параплан из мешка и решаю попробовать долететь, куда смогу, держась вдоль хорошо накатанной дороги.

Взмываю над землей, поддержка воздушных потоков пока хорошая, поэтому вскоре обгоняю свою охрану, машущую мне руками. Сверху мне очень хорошо видно, насколько опустела здешняя, раньше постоянно забитая повозками дорога. Перевозка обогащенной руды закончилась благодаря именно мне, теперь только подводы, идущие в поселение и обратно, нечасто попадаются мне на глаза.

— Да, пока явно обезлюдела дорога, которую так долго строили! — признаю я. — Ничего, чем больше будет выдавать продукции моя промзона, чем больше людей станет там жить, тем больше кораблей продолжат швартоваться в гавани Гардии. Перестанут заходить в Астор, получая продукцию именно здесь, особенно если ткацкое производство тоже сюда перенести со временем. Тем больше повозок станут кататься по новой дороге. Все еще впереди у здешней сокровищницы месторождений, тем более нефтедобыча тоже будет проходить через Гардию в какой-то своей мере.

Правда, сам еще хорошо не понимаю, насколько серьезно я влипну в Сатуме в местную жизнь? Смогу ли я вообще часто посещать Черноземье? Или все там настолько на мне будет держаться, что ничего подобного просто не выйдет?

Есть, о чем поразмышлять господину Капитану Совета и могучему Магу, пока он очень осторожно управляет парапланом.

— Ничего, зато точно километров двадцать — двадцать пять в час делаю! — прикидываю я. — Учитывая, что до поселения километров шестьдесят, за один раз до рудников не долечу, устану сильно. Но могу приземлиться и потом еще взлететь или просто дойти до рудников.

Так и поступил, нашел более высокий холм по пути и направился к нему, потом удачно приземлился на самой вершине.

— Явно мое мастерство управления парапланом растет! — радуюсь я ловкой посадке на небольшом пятачке.

Отдыхаю пару часов, перекусываю, посматривая по сторонам и провожая взглядами редкие подводы. Затем снова ловлю восходящий поток и взлетаю с холма, лететь мне еще километров тридцать осталось до поселения.

Глава 20

До рудников я, конечно, все же даже близко не подлетел. Хорошо спускаться вниз с возвышенности на поднимающихся потоках, а вот подниматься наверх все же слишком сложно для начинающего парапланериста.

«Явно не с моим уровнем налета карабкаться вверх по небесам. Тут нужно иметь уровень инструктора и то может ничего не получиться, — признал я после нескольких попыток. — Или мотор с большим винтом за спиной, который точно решит все проблемы с восходящими потоками».

Поэтому еще четверть часа попробовал не шагать по земле ножками, но все же потом сдался, потому что приходится кружиться почти на одном месте. Спустился в стороне от дороги, собрал параплан в чехол и закинул его на спину ко второму, но уже не мешку, а современному рюкзаку. Решил, что теперь все время стану использовать красивые и прочные вещи из моего времени, раз уж так активно пользуюсь тем же синтетическим и ярким парапланом. Все же носить на своей спине здешние мешки гораздо утомительнее современных рюкзаков.

Вернулся к дороге и быстро зашагал, даже довольно далеко по ней ушел, встретив за три часа всего пару едущих мне навстречу подвод, работающих теперь в снабжении поселение. Поговорил с каждым возницей за жизнь, вообще не спеша никуда. Один меня узнал, второй оказался новичком, только недавно приехал подменить отца, поэтому не знает хозяина всех здешних мест.

Какая-то часть перевозчиков руды перешла на новую работу, ничем не хуже старой, чтобы снабжать из Гардии постоянно растущее поселение. Часть осталась на прежней работе, на перевалке и обогащении руды, примерно четверть вернулись в Астор, где тоже работы на извозе хватает. Оставшихся на Севере возниц с лошадями постоянно нанимают новые черноземельцы, бывшие астрийские крестьяне, у которых своих лошадей еще совсем мало.

— Лошадей почти что нет, а первый урожай уже созрел! Требуется его в поселение на рынок доставить! — сильно занудным голосом объясняет мне первый возница. — Когда нечего везти из порта, работаем там тоже, даже лучше получается, так далеко ездить не приходится. Половину дня отработал и можно домой возвращаться, лошадь тоже так не выматывается. Денег у крестьян мало только, все корнеплодами да пшеном расплачиваются, да нам какая разница, все дешевле выходит, чем самим покупать!