Иннокентий Анненский – Трактир жизни (страница 20)

На тени узорной? Динь-динь-динь – и мимо, Мимо грезы этой, Так невозвратимо, Так непоправимо До конца не спетой И звенящей где-то Еле ощутимо. 27 марта 1906 Почтовый тракт Вологда – Тотьма

Trаuмеrеi[8]

Сливались ли это тени, Только тени в лунной ночи мая? Это блики или цветы сирени Там белели, на колени Ниспадая? Наяву ль и тебя ль безумно И бездумно Я любил в томных тенях мая? Припадая к цветам сирени Лунной ночью, лунной ночью мая, Я твои ль целовал колени, Разжимая их и сжимая, В томных тенях, в томных тенях мая? Или сад был одно мечтанье Лунной ночи, лунной ночи мая? Или сам я лишь тень немая? Иль и ты лишь мое страданье, Дорогая, Оттого, что нам нет свиданья Лунной ночью, лунной ночью мая… Ночь с 16 на 17 мая 1906 (?) Вологодский поезд

Трилистник обреченности

Будильник

Обручена рассвету Печаль ее рулад… Как я игрушку эту Не слушать был бы рад… Пусть завтра будет та же Она, что и вчера… Сперва хоть громче, глаже Идет ее игра. Но вот, уж не читая Давно постылых нот, Гребенка золотая Звенит, а не поет… Цепляясь за гвоздочки, Весь из бессвязных фраз, Напрасно ищет точки Томительный рассказ, О чьем-то недоборе Косноязычный бред… Докучный лепет горя Ненаступивших лет, Где нет ни слез разлуки, Ни стылости небес, Где сердце – счетчик муки, Машинка для чудес… И скучно разминая Пружину полчаса, Где прячется смешная И лишняя Краса.

Стальная цикада

Я знал, что она вернется