Инна Токарь – Тихий шторм (страница 3)

Макс слабо улыбнулся, взял ещё один кусок пиццы:

— Спасибо.

Они ели в тишине, но эта тишина уже не была удушающей. Она была… хрупким перемирием. Анна понимала: ничего не решено, внутренние противоречия никуда не делись. Но сейчас она позволила себе небольшую передышку. Позволила себе просто быть здесь и сейчас — с пиццей, с Максом, с надеждой, что завтра принесёт ответы.

Когда тарелка опустела, Анна почувствовала, как напряжение понемногу уходит. Она посмотрела на Макса не с обидой, не с гневом, а с тихой грустью. И поняла: путь к решению будет долгим. Но начинать его можно и с малого — с одного спокойного вечера.

— Думаю, пора идти спать, уже поздно, а мне завтра на работу вставать. — тихо сказала Анна, поднимаясь из-за стола.

Макс кивнул, собирая тарелки:

— Да, конечно. Извини, что… ну, в общем, за все.

— Спокойной ночи, просто сказала она и направилась в спальню.

Макс остался на кухне, прислушиваясь к её шагам. Он поставил тарелки в раковину, постоял немного, глядя в окно, а затем пошёл следом.

В спальне девушка уже переоделась в пижаму и забралась под одеяло, повернувшись к стене, стараясь унять волнение. Кровать скрипнула, когда Макс лег рядом. Он не прикасался к ней, не пытался обнять, просто лежал, дыша ровно и размеренно.

Тишина комнаты наполнилась звуками ночи: тиканьем часов, далёким гулом машин за окном, редкими шагами соседей сверху. Анна закрыла глаза, но сна не было. Мысли крутились в голове, как карусель: «Правильно ли я поступила? Может, надо было быть мне строже? А может наоборот — мягче?»

Она почувствовала, как Макс слегка повернулся, и его рука осторожно коснулась ее плеча. Легкое, почти невесомое прикосновение.

Он осторожно обнял её за плечи, на этот раз мягко, без давления. Анна не пыталась отстраниться. Она почувствовала как напряжение, сковывавшее тело весь вечер, постепенно уходит, уступая место странной, непривычной надежде.

Минуты текли. Дыхание Макса стало ровным, он заснул первым. Анна ещё долго лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к его спокойному дыханию. Усталость, наконец, взяла свое и она тоже начала погружаться в сон.

Перед тем, как окончательно отключиться, она открыла глаза от резкой и шумной вибрации телефона Макса, который лежал на тумбочке.

«Не моё дело», - подумала она, пытаясь снова расслабиться и закрыть глаза. Тело хотело вернуться в сон, но разум уже зацепился за этот внезапный звук. Любопытство, как тонкая нить, потянуло её вперёд.

Медленно, стараясь не шуметь, она повернулась. Макс спал, его дыхание оставалось ровным. Аня приподнялась на локте и осторожно потянулась к телефону. На дисплее чётко виднелось новое сообщение. Всего три слова, но они ударили в грудь, словно удар: «Я скучала.»

Её пальцы на мгновение застыли перед экраном. Внутри что-то сжалось – смесь тревоги, обиды и неясной горечи. Она медленно отпустила телефон, стараясь не задеть его, и откинулась на подушку. Сон больше не шёл. В голове крутились вопросы, а в груди разрасталась тяжелая пустота.

Глава 3

Утро выдалось серым и холодым. За окном шёл снег с дождём, и воздух казался тяжёлым и влажным. Анна проснулась первой. Она лежала неподвижно,прислышиваясь к дыханию своего мужчины. Он ещё спал, слегка похрапывая, - обычный, знакомый звук, который раньше вызывал улыбку. Теперь же он лишь подчёркивал возникшую между ними невидимую стену. Анна заставила себя улыбнуться, когда он наконец открыл глаза.

— Доброе утро, — произнесла она как можно естественнее, потянувшись за поцелуем, — Кофе будешь?

Он сонно улыбнулся в ответ, ничего не подозревая:

— Конечно, буду. Ты — лучшее, что есть в моём утре.

Эти слова, которые раньше согревали душу, теперь отдавались в ней горькой иронией. Пока кофеварка шумела на кухне, девушка стояла у окна, сжимая пальцами край фартука. Взгляд скользил по каплям, стекающим по стеклу, но мысли были далеко — там, где три простых слова разрушили её последнюю каплю спокойствия.

«Я скучала». Кто это написал? Как давно это продолжается? Сколько ещё она будет притворяться, что хорошо?

За завтраком она ловила себя на том, что изучает его лицо — ищет признаки вины, следы лжи. Но Макс был таким же, как всегда: шутил, смеялся, рассказывал о планах на день. Идеальный образ любящего партнера.

Девушка заставила себя собраться. Движения были чёткими, почти автоматическими — будто она репетировала этот сценарий много раз. Пока Макс принимал душ, вернувшись в спальню, она взяла телефон Макса. Сердце билось так громко, что, казалось, он услышит его даже через шум воды.

Дрожащими пальцами Анна открыла вкладку с сообщениями, но ночного письма уже не было ни во входящих, ни в корзине удаленных. Затем, открыв приложение локатора, она сделала пару касаний, и телефон парня появился на карте. Осталось включить уведомление о перемещении и задать радиус оповещения.

Экран моргнул «Отслеживание активировано. Вы будете получать уведомения при изменении местоположения устройства».

После, девушка положила телефон на место, аккуратно выровняв его по краю тумбочки — так, как Макс всегда его оставлял. Проверила, не осталось ли следов на экране, и отошла на пару шагов. Всё выглядело так же, как минуту назад. Никто не догадался бы, что здесь что-то произошло.

Когда Макс вышел из душа, Анна была уже на кухне и раскладывала тосты на тарелки.

— Завтрак готов, — улыбнулась она, стараясь, чтобы голос звучал естественно. —

Я опаздываю уже на работу, вызвала такси. Позавтракаю там.

Аппетит пропал начисто: от стресса даже запах кофе, обычно манящий, теперь казался чужим и резким. Даже вид еды вызывал лёгкое подташнивание, а в груди теснилось тяжёлое предчувствие.

В офисе было шумно: звенели телефоны, стучали клавиатуры, коллеги перебрасывались фразами через перегородки. Девушка села за свой стол, включила компьютер, но сосредоточиться на работе не получалось. Мысли крутились вокруг одного — как узнать правду. Она не могла поверить, что человек, который безумно одержим, зависим от неё, который всегда контролирует её и ревнует может себя так повести.

Она уже представляла, как найдёт переписку, увидит даты, имена, признания. Представляла, как покажет ему скриншоты, чтобы он объяснился. Ей хотелось, чтобы он сказал правду, какой бы горькой она ни была. Желание доказать свою правоту сжигало её изнутри. Ей не нужна была истерика, ей нужна была всего лишь истина. Доказывать — это было её второе имя. В школе Анна старалась быть самой лучшей ученицей, в институте лучшей студенткой, на совещаниях она первой поднимала руку, приводила безупречные аргументы, перехватывала проекты. Если её в чём-то обвиняли, она всегда всем доказывала свою невиновность, теперь это стало её частью.

Анна набрала номер подруги, ей было необходимо выговориться и посоветоваться.

— Лиза, я… нашла у него СМС, — голос дрогнул, и она поспешно снизила тон, оглядываясь на коллег.

В трубке повисла пауза. Потом Лиза вздохнула, будто Аня отвлекла её от чего-то важного.

— Ну, может, это просто коллега? Или ошибка? — голос подруги звучал отстранённо. — Ты же знаешь, что ты любишь иногда накручивать себя.

— Я не думаю, что коллеги будут писать сообщение «Я скучала». — перебила Аня. — Я просто хотела, чтобы ты меня поддержала, посоветовала, что мне делать дальше.

— Да я поддерживаю тебя, — в голосе Лизы проскользнуло раздражение. — Но ты сама же выбрала эти отношения. Поговори с ним спокойно. На тебе его кредит, не забывай. Ты не можешь так всё бросить и уйти из-за какой-то смски. Подумай, стоит ли оно того.

«Стоит ли оно того». Эти слова эхом отдавались в голове, пока Аня медленно убирала телефон.

Она посмотрела в окно. Стена напротив была всё такой же серой, безликой. А внутри разрасталась пустота — не только от подозрений в измене, но и от осознания, что в этот момент она осталась одна. С доказательствами, которые никто не хочет видеть, с кредитом, который держит крепче любых обещаний, и с вопросом, на который пока не было ответа: «Что делать дальше?»

Аня глубоко вздохнула, развернулась к монитору и открыла рабочий документ. Пальцы дрожали, но она начала печатать медленно, методично, будто каждое нажатие клавиши помогало ей собрать себя по кусочкам.

Внезапно мир вокруг потерял чёткость. Звуки слились в один монотонный гул, экран монитора расплывался перед глазами. Она схватилась за край стола, пытаясь удержаться, но пальцы скользили.

Паническая атака накрыла волной — внезапной и безжалостной. Воздух стал густым, его невозможно было вдохнуть. В висках стучало: «Что я делаю? Что будет дальше? А если я ошибаюсь?»

Колега, проходивший мимо, заметил её состояние:

— Аня, ты в порядке? — он осторожно коснулся её плеча.

Она попыталась ответить, но голос пропал. Вместо слов вырвался прерывистый вздох.

— Пойдем, — он мягко поднял её со стула. —Выйдем на воздух.

Они вышли в корридор, к открытому окну. Глубокие вдохи и выдохи постепенно возвращали ясность сознания. Холодный уличный воздух отрезвлял, а заботливый голос коллеги успокаивал:

— Все пройдет. Просто дыши. Медленно, глубоко.

Когда сердцебиение пришло в норму, она смогла наконец выговорить:

— Спасибо… Просто… слишком много всего навалилось.

Он понимающе кивнул:

— Иногда нужно просто остановиться и перевести дух. Хочешь, отпросись пораньше?