Инна Стужева – Только моя принцесса (страница 108)
Но вместе и на контрасте они смотрятся так…
Это вам не какая-то Таня Ильина, и уж тем более не Карина.
Смотрятся так...
Так невозможно красиво…
Наверное, намного лучше, чем смотримся с ним мы...
И это…Это определенно сводит меня с ума!
На секунду я даже зажмуриваюсь, а глаза открываю лишь потому, что брат отмирает, и начинает буквально какой-то допрос с пристрастием.
Кто, как зовут, откуда?
Он будто под гипноз попадает, и, позабыв о начальнике, кофе сейчас же предлагает ей.
Он не сводит с девушки глаз, а голос его становится отрывистым и хриплым.
Таким, словно оголенный под напряжением провод.
Ни намека на ту задорную веселость, что сквозила в нем еще буквально каких-то пять минут назад, когда в салоне авто он рассуждал, что жизнь прекрасна и слишком коротка, чтобы переживать хоть по какому-то поводу.
Ну, ладно, я верю, скинет с себя наваждение, и разберется.
А как быть мне?
Чувствую на себе тяжелое, зудящее, проникающее глубоко под кожу давление.
Понимаю, что игнорировать дальше не получится. Тем более, раз уж сама пришла.
Вздыхаю, отлипаю от парочки, и, наконец, перевожу взгляд на Игната...
_________
❤️ Большое СПАСИБО за отклик в комментариях под книгой ❤️
Глава 42
Игнат
Когда выхожу из душа, и вижу перед собой Принцессу, меня буквально парализует.
На несколько долгих секунд я охрененно безжалостно выпадаю из реальности.
И не то, чтобы сильно удивляюсь ее бесцеремонности, сейчас мне важно лишь тормознуть, и справиться с собой.
Заставить себя стоять, а не сорваться с места в тот же момент.
Не сгрести в охапку и не наброситься, словно умалишенный, на…как минимум, на ее губы.
Что еще сказать.
Чем отчетливее я понимаю, что мы не можем быть вместе, тем сильнее меня тянет к Алисе. И противостоять ее дерзкому обаянию и ее воле мне дико, просто невероятно…
Едва не срываюсь…Но я держусь.
Делаю, что должен, то есть отправляю Принцессу в ее номер, а когда возвращаюсь, мечусь по комнате, точно загнанный в клетку на пожизненное без права помилования зверь.
Естественно, ни о каком сне в эту ночь не может быть и речи.
Знаю только одно, что бы ни натворил ее дед, или другие родственники, я никогда не смогу причинить боль Принцессе и ни за что не стану мстить через нее.
Когда наутро я вижу ее, немного помятую, но все равно невероятно и до мурашек красивую, стараюсь сделать вид, что все точно так, как и всегда. Точнее, как было до сближения.
В итоге, всю дорогу в автобусе гипнотизирую ее затылок.
А потом, когда она спит в купе, свернувшись калачиком у стены на верхней полке, я, как помешанный, ошиваюсь в тамбуре. Под дверью, словно прирученный навсегда своей хозяйкой верный пес.
А может, оголодавший волк.
Готовый в любую секунду бросить все к хренам, и растерзать…
…
Но вот поездка подходит к завершению, мы разъезжаемся, и кажется, я должен быть дохрена доволен.
Дальше лучше...
Проще удавиться...
…
Немного поразмыслив, я собираюсь с силами, еду в офис к отцу Гора, а едва Демьян приглашает меня в кабинет, сообщаю, что знаю о том, что его семья причастна к гибели моих родителей.
На это Демьян Валерьевич только пожимает плечами.
- Если тебе хочется так думать…, - медленно произносит он, словно выигрывая время.
- Не вы, я думаю, ваш отец. Замял дело…Заказчика так и не нашли.
Он тяжело вздыхает.
- Ты же понимаешь, Игнат, я не стану наговаривать на своего отца. Ни на кого из членов своей семьи.
И разводит руками.
- Понимаю, - киваю я. – Отлично понимаю.
- Ты лучший друг моего сына, а значит, также почти член семьи. Думаю, стоит…
- А что бы вы сделали, если бы узнали, что определенный человек заказал кого-то из ваших родственников? – перебиваю, и спрашиваю в лоб.
Демьян хмурится, бросает на меня недовольный взгляд.
Хорошо видно, как он не хочет озвучивать.
Я усмехаюсь.
Ясно, что он не оставил бы это просто так.
- Мой отец совершенно определенно не заказывал твоих родителей, - отвечает наконец.
- Но замял дело, - давлю снова.
Он молчит, только пальцы выстукивают по столешнице мелодию.
- Я не хочу работать на вас, - говорю я. – Просто не могу. И не хочу бросать выпускной класс. Но мне необходимо отдать долг. Те деньги, что вы потратили на мое обучение. Пока не знаю, как, но…
Сглатываю, в бессилии сжимаю кулаки.
- Я понимаю тебя, – кивает Демьян, - и не настаиваю. О деньгах не думай, со временем отдашь, если так хочешь.
- Что вы знаете о Капланове? – выпаливаю я без перехода, и внимательно наблюдаю за реакцией.
Вот тот вопрос, что вертелся на языке все это время.
- Он умер, - спокойно произносит Демьян Валерьевич.