Инна Стужева – Мы влипли (страница 6)

Матвей прохаживался по коридору, в десятке метров от выхода. При моем появлении замер и уставился на нас.

– Сонь! – Я уцепилась за руку подруги.

– Полин, – прошептала она.

Мы чуть сдвинулись, чтобы дать выйти другим студентам, но не спешили двигаться вперед. Тогда Матвей сам пошел навстречу. Остановился буквально в паре метров от нас. Многозначительно перевел взгляд на Соню.

– Э… я пойду, Полин? Мне надо… но буду поблизости, – выпалила она, хотя продолжала стоять рядом.

Я слабо кивнула, и только после этого подруга отошла. Матвей сверлил меня взглядом.

– Отойдем, – скорее приказал, чем спросил он.

Поскольку некоторые студенты, выходящие из аудитории за моей спиной, значительно замедлили шаг, и даже сбились в кучки, решила не спорить. На негнущихся ногах пошла в сторону и остановилась, лишь когда мы достигли окна. Присела на подоконник, потому что ноги отказывались меня держать.

Матвей стоял близко. До меня долетал аромат его парфюма в сочетании с его собственным запахом. Это оказалось настолько приятным… Мое тело наэлектризовалось. Так отозвалось на его близкое присутствие, буквально вопило о том, чтобы я придвинулась к нему ближе.

Я отодвинулась чуть дальше.

– Что ты хотел?

– Мне сказали, у тебя появился новый парень, это правда?

Дернула плечом. Как я и думала, Машка уже разнесла сплетню, так необдуманно слетевшую с Сониных губ.

– Какое тебе дело? Сам ходишь в окружении девушек, а мне нельзя?

– Значит, правда. Кто он?

– Неважно.

Матвей шагнул ко мне. Я охнула, хотела спрыгнуть с подоконника и сбежать, но не успела. Он прижал меня к подоконнику, так, что ребро оконного откоса больно впилось в попу, а его пальцы сомкнулись на плечах.

– Матвей, отпусти!

– Назови имя. Это кто-то из университета? Из твоей группы?

– Нет! Пусти!

– С работы?

– Какое тебе дело?

Попыталась оттолкнуть и для этого пришлось прикоснуться его груди. Ладони загорелись не меньше лица.

– Кем бы он ни оказался, ты не будешь с ним встречаться, Полина.

Матвей произнес это таким безапелляционным тоном, что во мне тут же начало расти негодование. Хоть у меня и нет никакого парня, но он не имеет права вести себя так и указывать, с кем мне встречаться, а с кем нет. Я не собиралась молчать.

– Что? Ты не можешь мне указывать, не имеешь права!

– Не обсуждается. Лучше тебе свыкнуться с этой мыслью прямо сейчас, чтобы в будущем не возникло проблем.

– Проблем?

– Именно. У него, у тебя. У вас обоих.

– Что?

Все внутри похолодело.

– Ты… ты мне угрожаешь?

– Информирую.

Я потеряла дар речи и не могла сразу сообразить, что говорить или делать дальше. Ясно только одно: Сонин план потерпел оглушительное крушение. А то, что я узнала о Матвее, не дает усомниться в его словах.

Тело охватила неконтролируемая слабость. Как же хорошо, что в реальности у меня никого нет, иначе… от Матвея можно ожидать чего угодно.

Его руки все еще сжимали меня, иначе я бы не устояла на ногах. Двухминутный разговор с ним вымотал сильнее многочасовой тренировки. Я отвела взгляд и даже прикрыла глаза, чтобы хоть как-то собраться с мыслями.

– Матвей, зачем тебе это? Если мы… расстались, то… незачем.

– Это плохо скажется на моей репутации. Все, что тебе нужно знать, – отчеканил он.

На репутации? Он серьезно?

– Все, о чем ты можешь думать, это… это… какая-то репутация?

Вновь подняла на него взгляд. Его глаза сейчас были чернее ночи. Два омута, которые затягивают и не отпускают. Страшно, но хочется. Так хочется шагнуть за черту. Я сделала это, больно упала и теперь мне будет очень сложно подняться.

– О чем еще я, по-твоему, должен думать, Муромцева?

Муромцева, даже не Полина.

– И всего за неделю, что меня не было. Быстро. В общем, надеюсь, ты все поняла и второй раз повторять не придется.

Он резко отпустил меня, развернулся и пошел прочь.

Я прислонилась к стене и сползла по ней вниз. Через несколько секунд рядом со мной оказалась Соня.

– Полин, что? Что он тебе сказал?

Я подняла голову и посмотрела на подругу. В ее голосе и лице сквозило такое неподдельное беспокойство, что я решила не расстраивать ее подробностями. Ведь это она ляпнула про парня, хотела сделать как лучше.

– Да, так, – вздохнула я и тут же добавила: – Сонь, твой план провалился. Все, что Матвею важно – это его репутация. Всего лишь репутация.

Придя домой, я померила температуру. Тридцать восемь и девять.

Впервые за все время работы в клубе я решила пропустить. Позвонила напарнице и попросила заменить меня на занятиях.

Глава 5

Весь вечер я провела в постели. Просто лежала и смотрела в одну точку. На то, чтобы повернуться на другой бок, требовались колоссальные усилия, не говоря уже о том, чтобы встать и заварить себе чая.

– Полин, что случилось?

Как только мама пришла с работы, сразу же принялась суетиться вокруг меня.

– Заболела?

– Да, что-то неважно себя чувствую, – не стала скрывать очевидного я. Вот только причину болезни не назвала. Мама сразу же решила, что у меня простуда.

– Ну вот, доработалась, досиделась на диетах, – тут же начала она причитать.

Принесла мне любимый напиток с имбирем и лимоном, и продолжила охать. В конце концов, сказала, чтобы звала ее в любой момент, и удалилась.

Я осторожно села на кровати, взяла в руки чашку. В нос ударил хорошо знакомый специфический запах, и я чуть не расплакалась. Несмотря на то, что пью этот напиток уже много лет, последнее воспоминание, связанное с данным ароматом – Матвей. Он заваривал мне имбирь с лимоном. Потому что запомнил.

Так и получалось. Все, о чем бы я ни думала, неизменно возвращало к мыслям о нем. О том, каким внимательным он был ко мне, и каким заботливым. Совсем не похожим на того Матвея, каким он предстал сегодня.

На лекции на следующий день я также не поехала, решив пропустить.

– Полин, как ты? Все так серьезно? – спросила Соня по телефону, когда я осталась дома еще и на следующий день.

– Сонь, мне уже лучше, завтра обязательно приду.

На самом деле, мне было не лучше и не хуже. Так же. Температура спала еще вчера, но слабость и отсутствие радости жизни никуда не делись. Мне хотелось к нему.