Инна Стужева – Будешь моей, детка (страница 87)

Если у меня и была мысль поймать такси и доехать до особняка, чтобы посмотреть на него хоть одним глазком, теперь мне приходится чинно прогуливаться с Сашей по улице.

В понедельник я чувствую себя также паршиво, как накануне, но заставляю себя подняться с кровати и поехать на учебу.

Саша все время рядом, и я рада, что он поддерживает меня. От этого мне немного легче. Но с другой стороны и сложнее. Он толком ничего не знает, но и шагу не дает ступить, чтобы хотя бы попытаться выяснить.

- Ого, Стась, ты подстриглась! – восклицают Тина и Оля одновременно, когда мы с Сашей переступаем порог колледжа.

- Да, вот, захотелось, - говорю подругам и стараюсь, чтобы мой голос прозвучал весело.

Если я и оплакиваю в душе потерю волос, я не хочу афишировать это. Навряд ли кто-то, кроме Влада поймет, что на самом деле означали для меня мои длинные волосы. Он точно поймет, почему-то я уверена в этом. То есть, понял бы.

- Ну, слушай, а ты неплохо смотришься со стрижкой, стильненько так, - беззаботно говорит Тина.

- Спасибо, - киваю я.

- Да, и мне нравится, хоть и жалко волосы, - вздыхает Оля.

- Ой, да ладно, - отмахивается Тина, - я вот вообще раз в полгода стригусь. Косой сейчас никого не удивишь.

Обсуждения моей новой прически не прекращаются до самого окончания пар, но на следующий день становится немного легче.

Все забывают о смене моего имиджа и переключаются на другие горячие новости.

А еще через день мне становится совсем невмоготу от ожидания Влада, и я решаю, что просто не могу усидеть на месте.

Дело близится к вечеру.

Дожидаюсь, когда Саша полностью уйдет с головой в компьютер, и на цыпочках прокрадываюсь к двери. Но лишь едва я щелкаю замком, как он выходит из комнаты.

- Стась, ты куда? Снова прогуливаться?

Вот же черт.

- Да, - киваю ему.

И он опять увязывается за мной.

Ночью я не сплю, а лишь слабо дремлю, то и дело прислушиваясь к шорохам за стеной.

Саша пару раз разговаривал с кем-то по телефону, но я не могла расслышать, о чем именно шел разговор, да и не прислушивалась особо. Потом он снова сидел за компом.

Ближе к утру, когда в доме воцаряется полная тишина, я поднимаюсь с кровати, на которой лежала прямо в одежде, рассовываю по карманам телефон и несколько сотенных купюр, а потом подхожу к окну и тяну раму на себя.

То, что окно открывается бесшумно, я проверила еще накануне.

Стараясь делать все максимально тихо и беззвучно, я перелезаю через подоконник, спрыгиваю вниз и оказываюсь на улице.

Прикрываю окно и крадучись пробираюсь через двор к калитке. Открываю ее и юркаю за забор.

Сонная улица тонет в полумраке, так как освещение здесь точно такое, как и рядом с нашей общагой, оставляет желать лучшего. Что сейчас мне очень на руку.

Быстрым шагом я прохожу между рядами домов, пока не достигаю остановки.

Несмотря на раннее время, общественный транспорт уже вовсю начал свою работу и мне очень везет. Я даже не успеваю задуматься о том, стоит ждать маршрутку или вызвать такси, как к остановке подходит огромный полупустой автобус.

Я залезаю в него, прохожу через салон и усаживаюсь на последний ряд. Доезжаю до центра, а потом пересаживаюсь на маршрутку.

Путь мой лежит к особняку Градовых.

Не знаю зачем я туда еду и что собираюсь делать, едва окажусь перед забором, но я не могу не поехать.

В крайнем случае просто потолкусь там, а потом сразу же поеду на учебу, что такого. Рюкзак с тетрадями я, правда, оставила у Саши, но просто посижу на лекциях. Все равно половину пропускаю, что так, что эдак.

В самом элитном районе города, где проживает семья Влада, я оказываюсь примерно через сорок минут. Уже окончательно рассвело и народа на улицах города значительно прибавилось. Только не здесь.

Улица, на которой расположен действительно шикарный и огромный особняк, не может похвастаться большим скоплением людей, среди которых я могла бы затеряться. Но зато вдоль забора по всему периметру участка растут целые ряды высоченных зеленых туй. Словно это не частный дом, а какое-то правительственное учреждение.

Я сразу же стараюсь держаться поближе к деревьям, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания. Меня очень интересуют окна особняка, те, что я могу разглядеть из-за забора, а также ворота.

Вокруг стоит тишина.

Я кошусь на окна, потом на забор и снова на окна. Прохожусь вокруг участка и снова занимаю наблюдательную позицию у одной из туй. Поддеваю носком кроссовка мелкий камушек.

Время идет, а ничего не происходит.

Я вообще не понимаю, зачем приехала сюда. Да еще выбравшись из Сашиного гостеприимного дома таким шпионским образом, через окно.

Мне становится холодно, и я поплотнее запахиваю на себе ветровку. Засовываю озябшие ладони в карманы.

Вдруг мне в голову приходит отличная идея.

Что, если мне представиться старостой группы, что кстати так и есть.

Сказать, что мы все волнуемся, как там Влад. Мне поручено зайти перед учебой к нему и узнать, как у него дела и все такое.

Охрана может меня пропустить, а там уже посмотрю по обстоятельствам.

Я придвигаюсь ближе к воротам, но все еще не могу решиться на то, чтобы преодолеть несколько метров до калитки и позвонить в звонок.

Пока я раздумываю, как лучше подступиться и что именно сказать, ворота вдруг оживают. Я замираю, непроизвольно делаю шаг к ближайшей туе и вжимаюсь в ветви.

Ворота отъезжают в сторону и передо мной появляется блестящий бок Мерседеса представительского класса, почти такого, на каком ездит Влад. Я не сильно разбираюсь в автомобилях, но видно сразу, что машина очень дорогая, стоит ни один миллион.

На переднем сиденье сидит какой-то мужчина средних лет, по-видимому шофер, а вот задние окна полностью тонированы.

Мерседес замирает на несколько секунд и от дома к задней дверце идет мужчина в камуфляже.

Стекло слегка отъезжает вниз, и я узнаю в мужчине, сидящем на заднем сиденье Мерседеса, Градова-старшего, отца Влада.

Он начинает о чем-то переговариваться с мужчиной в камуфляже, а я еще сильнее жмусь к туе, стараясь полностью укрыться в ее ветвях.

Мне не нравится выражение лица и глаз Градова-старшего. Столько в них жесткости, холода и скрытой агрессии. Боже мой, а ведь на афишах, что расклеены сейчас по всему городу, он выглядит совсем иначе. На них мужчина похож скорее на этакого добродушного профессора. Сейчас же это настоящий хищник с цепким взглядом и пронизывающей до костей энергетикой.

По сравнению с этим мужчиной мама Влада, которая тоже внушала мне опасения при встрече с ней, выглядела пушистым зайцем.

Несмотря на то, что я стою всего метрах в восьми от мужчин, я не могу слышать, о чем они беседуют.

Разговаривают тихо, да и ветер дует в противоположенную от меня сторону. К тому же я в капюшоне, что частично скрадывает окружающие меня звуки.

Мне очень хочется послушать, о чем они говорят, вдруг о Владе, но я не рискую подойти ближе, тем самым выдав мужчинам свое присутствие.

Ноги словно прирастают к земле.

И как мне только в голову могла прийти мысль о том, чтобы вот так запросто заявиться к ним на порог, представиться одногруппницей и начать что-то выспрашивать.

Всего на секунду мне кажется, что Градов-старший посмотрел в мою сторону, я даже не уверена в этом, а душа уже уходит в пятки.

Мужчины перебрасываются еще парой слов, после чего охранник отходит, стекло снова поднимается и Мерседес трогается с места.

Я выдыхаю с огромным, просто огромным облегчением, словно избежала какой-то страшной опасности. И радуюсь, что не сунулась к ним, когда этот политик дома.

Нет, лучше всего дождаться, пока он уедет и попытаться пробиться с вопросом к маме Влада. Но уж точно не к отцу.

Машина уезжает, но охранник не спешит вернуться на пост и закрыть ворота. Он прохаживается вдоль забора, видимо, решая, стоит выкурить сигарету или нет.

Я немного устала стоять, не шевелясь. Тело без движения начало замерзать, но я все еще не решаюсь выйти из своего укрытия. Хотя, казалось бы, сейчас как раз все условия для того, чтобы заявить о себе.

Я почти уже делаю шаг по направлению к охраннику, как вдруг мой телефон начинает вибрировать.