Инна Проскуряк – Расклад на двоих (страница 4)

— Мы не обесцениваем ничей опыт. Если у вас есть личный запрос, вы можете записаться на консультацию. А сейчас давайте вернёмся к теме эфира.

Но Правдоруб не унимался.

«Правдоруб_78: Ася, а у тебя самой отец есть? Или ты сирота?»

Вот тут у меня внутри что-то щёлкнуло. Не от боли — от узнавания. Этот стиль, эти формулировки, этот серый кот на аватарке. Я уже видела этого кота. И этого человека.

Это был Вадим. Мой бывший коллега по банку. Тот самый, который полгода назад написал мне в личку: «Ты серьёзно веришь в эти карты? Ты же умная женщина, Ася». Я тогда не ответила и заблокировала его. А он, видимо, затаил обиду.

— Ребята, давайте без личных вопросов, — сказала я спокойно, хотя внутри всё кипело. — Если вы хотите обсудить мою семью, приходите на личную консультацию. Оплачиваемую.

Чат взорвался смайликами. Кто-то писал «жги», кто-то «не обращай внимания». Анжелика быстро перевела тему на Сатурн и его влияние на детско-родительские отношения, и эфир кое-как выровнялся. Но я уже была выбита из колеи.

После трансляции Анжелика позвонила мне сразу же.

— Кто это был? — спросила она без предисловий.

— Бывший коллега. Из банка. Он меня травил ещё когда я там работала, а теперь, видимо, нашёл мой паблик.

— Заблокируй.

— Заблокирую. Но осадочек остался.

— Ась, он просто хейтер. У всех хейтеры. У меня тоже есть — думаешь, мне не пишут, что астрология это лженаука? Пишут. Но я не читаю.

— Я не читаю. Просто... он попал в точку. Про отца.

Анжелика помолчала.

— Знаешь, у меня тоже с отцом не идеально, — сказала она наконец. — Он ушёл, когда мне было тринадцать. И я до сих пор иногда смотрю на свой Сатурн в Раке и думаю: вот оно. Но это не значит, что я не имею права помогать другим.

— Ты никогда не рассказывала.

— А это не для эфира. Это для личного разговора. Считай, я тебе доверилась.

Я почувствовала, как напряжение внутри немного отпускает. Анжелика не просто коллега по цеху. Она человек. С такими же трещинами.

— Спасибо, — сказала я. — Правда.

— Не за что. Кстати, следующий эфир давай сделаем про хейтеров. Будет огонь.

Мы попрощались. Я закрыла ноутбук и пошла на кухню. Лёня уже ждал меня с чайником.

— Я слышал часть эфира, — сказал он. — Этот Правдоруб — мудак.

— Это Вадим из банка.

— Тот самый? Который говорил, что ты умная женщина, но карты — это ерунда?

— Он самый.

— Хочешь, я напишу ему? У меня есть опыт общения с токсичными пользователями. Могу вежливо объяснить, что его поведение нарушает пользовательское соглашение.

— Лёня, он не пользователь. Он просто обиженный мужик, который не может смириться, что я ушла из банка и не сдохла.

— Тогда тем более не переживай. Ты не сдохла. Ты процветаешь.

Я улыбнулась и сделала глоток чая. В этот момент в телефоне пиликнуло уведомление. Новое сообщение в директ паблика.

«Ася, здравствуйте. Меня зовут Вера. Я знаю, что это странно, но мне нужно с вами поговорить. Мой бывший молодой человек — Лёня. Тот самый. Я не хочу мешать, но мне очень нужна консультация. Пожалуйста».

Я перечитала сообщение три раза. На четвёртый раз Лёня заглянул в экран.

— Что там?

— Ничего, — я заблокировала телефон и убрала его в карман. — Спам.

— Точно?

— Точно.

Он не стал настаивать. Я допила чай, пожелала ему спокойной ночи и ушла в спальню. Но заснуть не смогла.

Бывшая Лёни. Которая хочет консультацию. У меня.

Вот тебе и Тройка Мечей, детка. Только на этот раз — из моей собственной колоды.

Глава 4

Верховная Жрица на допросе, или бывшие не приходят просто так

Ночь после сообщения от Веры я провела плохо. Нет, я не металась по подушке и не плакала в ванной, как героиня плохого романа. Я просто лежала и смотрела в потолок, на котором Лёня месяц назад закрепил проектор, чтобы мы могли смотреть кино, не вставая с кровати. Проектор показывал маленькую красную точку — индикатор standby. Она мигала размеренно, как кардиомонитор. Моё сердце тоже мигало. Но не размеренно.

«Мой бывший молодой человек — Лёня. Тот самый».

Что значит «тот самый»? У него что, есть дубликаты? Лёня-клон, который разбивает сердца, пока мой Лёня пишет код и забывает купить хлеб? Или она имеет в виду «тот самый», потому что читала мой паблик и видела наши совместные фото? От этой мысли стало особенно неприятно.

Я не ответила Вере сразу. Это было бы слишком эмоционально. А я, как профессиональный таролог, знаю: эмоциональные решения — это перевёрнутая Королева Жезлов. Импульсивная, ревнивая, способная наломать дров. Поэтому я просто перевернулась на бок и попыталась уснуть. Получилось только под утро.

Лёня заметил моё состояние за завтраком.

— Ты сегодня какая-то... пришибленная, — сказал он, намазывая на тост авокадо. За пять месяцев он освоил авокадо-тосты. Это была маленькая победа цивилизации над холостяцким бытом. — Эфир вымотал?

— Типа того. Плюс мама опять звонила.

Это была ложь. Мама как раз не звонила с самого утра, и это само по себе было тревожным знаком. Обычно она атаковала с десяти утра. Но я не могла сказать правду: «Знаешь, милый, твоя бывшая хочет со мной встретиться, и я пока не решила, что с этим делать». Потому что тогда пришлось бы обсуждать саму Веру. А я даже не знала, кто она такая. Только имя. И тот факт, что она когда-то была с Лёней.

— Если хочешь, можем вечером сходить в тот новый бар на Фонтанке, — предложил он. — Говорят, там неплохая крафтовая бухгалтерия.

— Ты хотел сказать «крафтовое пиво»?

— Нет, именно бухгалтерия. Там все бармены в очках и с калькуляторами. Тебе понравится.

Я засмеялась. Лёня умел шутить именно тогда, когда мне это было нужно. Может, поэтому я и влюбилась в него — не в Короля Мечей, холодного и язвительного, а в того парня, который придумывает несуществующие бары с бухгалтерами, чтобы поднять мне настроение.

После завтрака он уехал в офис — какой-то важный релиз, нельзя удалённо, — а я осталась одна. Села на кухню, поставила турку и открыла директ.

«Вера, здравствуйте. Давайте встретимся сегодня в 15:00 в кофейне "Жук" на Гороховой. Я проведу консультацию в обычном формате».

Коротко, профессионально, без эмоций. Верховная Жрица одобряет.

Ответ пришёл через минуту: «Спасибо! Я приду».

Я отложила телефон и сделала глоток кофе. На магните-еноте висела фотография — мы с Лёней на набережной, смешные и счастливые. Я смотрела на неё и думала: что бы я сказала клиентке, которая пришла с таким запросом? «Мой парень, а теперь представьте — его бывшая просит консультацию». Я бы, наверное, ответила: «Это твоя Восьмёрка Мечей. Ты сама себя накручиваешь. Иди и узнай правду».

Вот и узнаю.

В «Жук» я пришла за полчаса до встречи. Нужно было настроиться. Дима, увидев меня, сразу потянулся за чашкой.

— Американо?

— Нет, сегодня капучино. И корицы побольше. Разговор будет... сложный.

— Опять чей-то бывший?

— Типа того. Только на этот раз — моего парня.

Дима присвистнул. Он никогда не лез в мои дела, но эмоции считывал моментально.