Инна Полежаева – Бывший будущий муж (страница 2)
Даже додумалась позвонить моей маме высказать, как она рада, что наконец Сереженька поступил правильно. Катеньку свекровь давно любила. И когда мы в молодости встречались, бурно занимаясь сексом в раздолбанной Сережкиной двенашке по кустам, Тамара Никитична не теряла надежды на то, что сын одумается и сделает выбор в пользу Катюши.
Все-таки желания сбываются, пусть даже спустя много лет! И то, что Сережка так быстро переключился на Катьку, не могло не зацепить. Хотя, как говорит Жанна, всем мужикам нужна женщина. Как минимум для секса. А когда в шаговой доступности на лестничной площадке живет симпатичная разведенная дама, да еще и с борщами, то шансов нет ни у кого. Тем более у Сергуни.
Не могу обвинить мужа в склочной дележке имущества. Он молча оставил нашу квартиру мне с дочкой, к маме уехал на своей машине с компьютером и огромным теликом. На алименты я не стала подавать, потому что знала – он все-равно будет помогать растить дочь.
И в какой-то момент у меня даже закралась мысль, а что я наделала-то? Может, нужно было как-то преодолеть этот кризис? Не допускать развода? Ведь ничего страшного не случилось, вроде как…
А потом я махнула рукой, а хрен бы с ним. В конце концов, все, что ни делается, к лучшему. Значит так было нужно.
– Мам, сделай эту песню громче, – попросила Варя.
Из колонок полилась слащавая песня в исполнении корейской группы BTS. Эти дети с ума посходили с корейскими группами и сериалами, честное слово. Я закатила глаза, но звук прибавила.
2.
– Добрый день…
– Чем могу помочь…
Со всех сторон мои коллеги отвечали на сотни звонков в день. Сегодня я работала на потоке с приходящими пациентами, так сказать, офлайн. Если честно, мне больше нравилась работа оператора на телефоне, чем когда перед тобой стоит человек, так сказать, над душой, и всем своим видом пытается показать, что ты слишком медленная. А еще есть отдельная категория пациентов – пенсионеры, – они же всегда возмущаются, что дорого. Причем даже если подорожал сахар, виновата ты. Ну просто так, потому что сидишь вот здесь и сейчас перед ней/ним.
Я работала в крупном медицинском центре, здесь иногда случались ночные дежурства несколько раз в месяц и работа во второй половине дня до полуночи. Что на самом деле вообще неудобно, особенно для мамы с дочкой восьми лет.
Но зарплата отличная по меркам нашего города. В декабре выдавали так называемую тринадцатую зарплату. Поэтому я никуда уходить не собиралась, о чем и мужу, тогда еще не бывшему, тоже говорила.
– …И еще УЗИ молочных желез, – перечисляла мне свои пожелания будущая пациентка нашего медицинского центра. Я на автопилоте находила анализы в программе, озвучивала цену, выкатывала счет, принимала оплату, записывала на прием к врачу и так далее. Обязанности со временем стали выполняться механически. Но к концу смены голова шла кругом от гула, стоящего у ресепшена, не хотелось видеть людей от слова совсем.
– Аришка, слышала сплетни? – ко мне на стуле подкатила Олеська. Ей только исполнилось двадцать семь, мужа и детей за плечами не имелось, зато процветала бурная жизнь, наполненная мужиками, поездками и прочим. И Олеся, как Шерлок, тщательно расследовала каждую сплетню в нашем медцентре, сопоставляя факты и выясняя методом дедукции, кто, что, когда и с кем!
Я оглянулась, пациентов пока не было, можно было спокойно выслушать сплетни.
– Что на этот раз? – спросила я.
– Арсения Сергеевича застукали с Веденеевой! – драматическим шепотом произнесла она.
– Кто такой Арсений Сергеевич? – не въехала я.
– Ну этот, маммолог наш приходящий!
– Да ну, на фиг! – у меня округлились глаза. Арсений Сергеич носил аккуратную, уже почти седую бородку. У него было три взрослых сына, внуки. И он одолевал всех рассказами о семье и с удовольствием тыкал всем под нос фото детей, демонстрируя их на своем «Айфоне».
И его застукали с Веденеевой! Молоденькой врачом-гинекологом. Бабье любопытство – это программа, вшитая в каждый женский организм. И удалить ее нельзя, даже если сделать сброс до заводских настроек.
– А как застукали-то? – прошептала я, придвигаясь поближе. – Подробности есть?
– О, еще какие! Наша старшая медсестра зашла, а Веденеева на нем сидит.
– В смысле обнимаются? – не поняла я.
– В смысле процесс был в самом разгаре, без штанов, трусов, и прочее, – хихикнула Олеська.
Я почесала подбородок и уточнила:
– А чего они не закрылись-то, придурки?
– Да кто знает, забыли, наверное.
По коридору, где туда-сюда шныряли работники медцентра, понесся легкий шепоток, знаете, будто ветерок дунул и начал перекатывать ворох листвы по сухой земле. Я подняла голову и из-за стойки увидела, что к нам приближается тот самый маммолог. Буквально все, кто был в это время поблизости, оборачивались ему вслед, кто-то улыбался, кто-то шептался.
Вот так, уже и потр… хаться нельзя спокойно, теперь ему долго будут косточки перемывать. Жизнь в коллективе – она такая, за каждым твоим шагом следит не одно всевидящее око, а десятки. И не меньшее количество ртов потом обрабатывает полученный пласт информации.
– Доброе утро, милые дамы! – напевно произнес Арсений Сергеич.
– Доброе! – ответили мы хором, просверливая взглядом его лицо с седой бородкой. Он протянул какие-то бумажки моей коллеге Свете, поясняя, что нужно оформить пациенту. На лицах девчонок читалось какое-то разочарование, что ли. Будто все ждали шоу, какого-то смятения на лице маммолога или хоть каких-то признаков того, что ему стремно, неудобно, стыдно и так далее.
Но все было как обычно. Думаю, Арсений Сергеич за свою жизнь трах… л не одну Веденееву на рабочем месте и спалился не впервые. И секс на работе никак не мешает любить всех детей, внуков и, наверное, жену, а также разглядывать их фотки.
3.
Рабочая неделя подходила к концу. Это не могло не радовать. С одной стороны. А с другой – приближалась дурацкая суббота. С этой дурацкой поездкой, которую придумала Жанна. Я в сотый раз посмотрела прогноз на завтра. Дожди. Господи, как же хочется остаться дома, чтоб валяться весь день у телека, лопать вкусняшки и никуда-никуда не выходить…
Мой смартфон тихо запел песню «Лесник» «Короля и шута». Значит звонил БМ. Бывший муж.
– Да, – сказала я, даже немного радуясь, что-то давно не слышала его.
– Привет, на работе? – спросил он. На заднем фоне раздавался гул, похоже, где-то ехал.
– Ага.
– Слушай, мы договаривались, что Варю завра заберу, а меня друг зовет на вылазку, на квадриках покататься. Хотел ее с собой взять, но там детей не будет, мужики одни. Твоя мама не сможет взять ее на субботу? А в воскресенье в обед я забрал бы ее.
И чтобы предотвратить мой гнев, добавил:
– Если не сможет, то я никуда не поеду и заберу Варвару, как и планировали.
Я б удовольствием сама с Варей дома осталась, но… Жанна не отцепится…
– Ладно, уточню у мамы, – сказала я Сергею, – потом перезвоню.
– Давай, жду, – ответил он и отключился. Ненавижу, когда он так делает. И вообще, в последнее время много чего стало в нем раздражать. Скорее всего, от женской обиды на то, как быстро нашлась замена в лице Катьки.
Катя была милой, женственной, доброй. Никак нельзя назвать ее стервой-охотницей. Она всю жизнь олицетворяла правильность. Этим и бесила. Я даже в джинсах ее ни разу не видела, только юбочки, платьица и каблучки. И когда в молодости я замечала рьяное желание Тамары Никитичны свести его-таки с Катькой, Сергей мне говорил: «Не парься, мне нравятся хулиганки, а не хорошие девочки».
Видимо, хулиганки нравятся только в молодости, пока ты сам хулиган. А потом уже хочется покоя.
Катя голубоглазая, русоволосая, спокойная, женственная, плавная…
А мои рыжие растрепанные волосы всегда были либо затянуты в хвост, либо торчали паклями, как у Нафани, во все стороны. Платьев в моем гардеробе было примерно два, на праздники. Зато джинсов, брюк и спортивных костюмов бесчисленное множество.
Я могла ляпнуть что-то невпопад, сидя за столом с важными людьми, любила вкусно покушать, обожала баню, пиво и вареных раков.
Короче, где я и где Катя… А может, Сергею нужно было пожить со мной одиннадцать лет, чтобы понять, что нужен ему абсолютно другой типаж?
Я позвонила маме.
– Ма, привет, я на пять сек…
– Давай! – на заднем плане орал телевизор, кто-то из докторов наших федеральных каналов рассказывал, как ухаживать за пяточками.
– Мам, наступи на гланды телеку, я оглохну сейчас на фиг…
После моей просьбы наконец стало тише.
– Сделала! Говори!
– Ма, можешь завтра Варю к себе взять с ночевкой? Сережка заберет ее в воскресенье только.
– А что так? В любви весь? – с издевкой в голосе спросила мама.
– Ма, откуда я знаю, – я сморщила нос, вот я сейчас еще буду объяснять, куда он там и зачем собрался…
– Привози ее, конечно! И скажи, куда мне сводить, чтобы не скучно было нам!
Я задумчиво почесала лоб и ответила:
– Да в планетарий сходите, она там не была еще.
– Это тот, что на Пушкина? – уточнила мама.