Инна Мишукова – На перепутье миров. Акушерские заметки. (страница 5)
Боли, которой нет.
Глава 7. О ЛИШНЕМ И НЕОБХОДИМОМ
«М-да, здоровья здесь явно не наблюдается. Чего же от родов ждать?» – мелькнуло в голове на первом приёме. Лицо беременной было удивительно милым, глаза добрыми и умными, вот только тело…
Я видела такое и прежде, но на фото или издалека. А наяву, вживую, при измерении параметров таза и общем осмотре столкнулась впервые. Тела было очень много.
Уточнила вес.
– Сто. За всю беременность прибавила только семь. А с первым ребёнком совсем набрала.
– Совсем – это как?
– Сто девяносто.
Отразилось очень явно: огромные пласты кожи, когда-то перерастянутой нездоровым, аномально большим весом. Даже беременный живот её не натянул, с боков и над лобком нависали широченные «пустые» складки. Она уже готовилась к абдоминопластике – убрать лишнее, но не успела, забеременела вторым.
Перед первыми родами врачи – вполне, впрочем, ожидаемо – сообщили, что с учётом такого веса брать на себя довольно ощутимые риски не собираются и поэтому могут предложить только плановое кесарево.
С появлением ребёнка жизнь изменилась, особенно когда дочь начала ходить, а потом и бегать: росла живой и неугомонной. Пришлось и маме двигаться куда активнее, вес стал быстро падать. Это радовало её больше даже не из-за внешнего (муж, например, ни разу не высказал чего-то критикующего, обидного), а потому что уже не на шутку опасалась сопутствующих лишнему весу нарушений обмена веществ, гипертонии, диабета и прочего, о чём предупреждали врачи. Фитнесом, йогой, плаванием или чем-то подобным никогда не занималась, посещать тренажёрный зал (когда вес уже позволял) стеснялась. Всё думала: вот операцию сделаю, уберу складки, а потом и начну приводить себя в форму.
– Как считаете, смогу с рубцом родить? Так некстати сейчас оперативное вмешательство… Я и без того из-за беременности минимум на год оставила тело в этом состоянии! А ведь всё уже было готово: и клиника найдена, и квота получена, и анализы сданы.
Могла ли я ответить наверняка? Прикидывала разные варианты развития событий. Вступит ли сама? Ведь первые роды даже не начинались. Как поведёт себя рубец? Как в таком теле – после тяжёлой степени ожирения и практически двукратного снижения веса – вообще всё происходит? И может ли в принципе что-либо произойти естественным образом? Одни вопросы и никаких зацепок для хоть каких-то ответов и предположений.
Её роды оказались не просто лёгкими, а сказочными. Начались на тридцать девятой неделе, в роддом приехали с открытием три сантиметра. Пока оформились, стало шесть. Через час уже тужило, а все потуги уложились минут в двадцать. Девочка родилась небольшая, чуть меньше трёх килограммов. В родах – ни слова жалобы, ни одной недовольной или страдающей гримасы.
«Красота-то какая!» – думала я. Никакого ЗОЖ, рубец в анамнезе, а как всё легко прошло. Матка живёт себе какой-то отдельной жизнью, отлично выполняя свою плодоизгоняющую роль – и до лампочки ей, какое там снаружи тело!
Другая ситуация, очень тревожная: за несколько дней до вторых родов у дохаживавшей срок беременной стряслась беда с позвоночником. Наклонилась поднять старшего, вдруг искры из глаз – прострел в пояснице!
Защемление, протрузия диска, что-то ещё – определить невозможно. Рентген по понятным причинам исключался, компьютерная томография тоже вызывала серьёзные сомнения – роды со дня на день. Все остеопаты и мануальщики, к которым она обращалась, отказались брать на себя ответственность и предпринимать что-либо активное на таком этапе.
Когда увидела её – уже со схватками – в роддоме, сердце сжалось.
Муж медленно вёл жену по коридору, обняв бережно, но очень плотно. Она могла наступать только на одну ногу, потом он, будто костыль, принимал вес на себя, и она еле подволакивала вторую. Тело выглядело как переломленное ударом молнии дерево: роженица сильно клонилась набок, находиться в ровном, прямом положении ей было невыносимо.
«Господи, да какое там свободное поведение? Какая ванна или поза кошки, какие роды на корточках? Как мы в принципе рожать-то будем, и будем ли вообще? До родов ли ей в таком состоянии?»
Но схватки шли сильные, надо было готовиться к своим прямым акушерским обязанностям.
Мы подняли спинку кровати-трансформера, сбоку придвинули пеленальный столик, твёрдый бортик которого смягчили подушкой – он стал ей опорой. Подставки для пяток в виде стремян на кровати оказались очень кстати: наступать на ногу она не могла, а вот куда-то упереть согнутую – в самый раз. Сделали всё, чтобы её тело ни в чём не испытывало дискомфорта, нигде не напрягалось. Вроде как получилось. Со стороны поза роженицы напоминала некий замысловатый иероглиф, но точки опоры нашлись.
Она практически замерла. Только схватки меняли плотность матки, в остальном почти абсолютная статичность сохранялась вплоть до потуг. В них мы аккуратно опустили спинку кровати, чтобы образовалось пространство для выхода.
Роды, слава богу, получились недолгими, вторые всё-таки. Но прошли в единственной позе – странной, корявой, застывшей. Тут тоже, как и в первом случае, родами «занималась» только матка, идеально выполняя свои функции.
Таинственная и невероятная матка. Изначально – плодосохраняющий орган. А потом – плодоизгоняющий. Способный на настоящие чудеса. В том числе и в безвыходных, казалось бы, ситуациях.
Акушерские рекомендации зачастую содержат всяческие призывы и советы беременным: обязательно и всенепременно укреплять тазовое дно, заниматься йогой, пилатесом, аквааэробикой, много ходить… Я совершенно не против, более того – всеми руками и ногами за! Сама в четырёх своих беременностях никогда не прерывала физической активности: и в зал ходила, и каждое утро начинала с растяжки.
Но это ли залог лёгких родов?
Не знаю, не знаю…
Глава 8. КОНЕЦ ФИЛЬМА
Я не веду статистику, не моё это дело. Но по обстановке в роддомах, по очевидному снижению запросов на услуги акушерских центров, по отзывам акушерок и так всё понятно. Падение рождаемости.
Сухой казённый оборот, на первый взгляд не имеющий отношения к чему-либо личному. Как эта далёкая, холодная формулировка влияет на частную жизнь, наполненную конкретными ежедневными радостями и печалями? Смешно даже представить современную семью, где к решению родить ребёнка – и не важно, первого, третьего или шестого – приведёт мотив «А давай-ка повысим рождаемость!»
Какая пропасть лежит между зачатием в любви, в желании двоих хоть на миг обрести волшебную иллюзию единения и мёртвыми словоформами бюрократического новояза!
В подобной риторике – как, впрочем, и всегда – за трескучими лозунгами нет никакого внятного содержания. Иезуитский набор внешне позитивных слов, которые уже и не пытаются хоть как-то замаскировать истинный смысл.
Похожее проникает и в акушерство. Такие же подмены, такая же ложь.
Попались в одном паблике вопросы, которые стоит задать доктору при обсуждении будущих родов. Из разряда советов тем, кто имеет намерение родить естественно, избегая по возможности медицинских вмешательств, в первую очередь давления, агрессии и обмана. Трогательный список… Прежде всего нелепой запрограммированностью ответов.
– Доктор, вы за естественные роды или против? (Конечно, за!)
– Какая у вас статистика по естественным родам? (Само собой, хорошая!)
– Я бы хотела родить натурально. Вы не будете мешать? (Да что вы, как можно!)
– Вы можете положить мне ребёнка на грудь и дать пуповине отпульсировать? (Разумеется, и пересекаем не сразу.)
– Вы не будете просто так прокалывать пузырь? (Нет, только по показаниям.)
И что станет понятно про такого врача после такой «проверки»?
Примерно как если бабушка-божий одуванчик пролепечет доверчиво какому-нибудь клерку в Пенсионном фонде:
– Вы же позаботитесь о том, чтобы моя пенсия стала побольше? А то на минимальную выжить трудновато…
И в ответ услышит:
– Конечно! Мы тут только и думаем, как сделать вашу жизнь лучше.
В политической и социальной сферах подобная степень двойных стандартов давно стала привычным фоном. Но в акушерстве я никак не могу к такому привыкнуть.
При заключении контракта женщина спрашивает:
– На каком сроке вы будете считать, что я перехаживаю?
– В сорок полных недель.
– Но ведь нормальная беременность может длиться до сорока двух!
– После сорока недель резко увеличиваются риски мертворождения.
Хрясь по голове! Самые нужные слова для беременной…
Девушка осознанно готовится к родам. Читает книги, проходит курсы, собирает информацию о роддомах и докторах, посещает дни открытых дверей. В одном заведении слышит правильные слова:
– Наш роддом не только по контрактам, но и по ОМС поддерживает политику мягких родов. Практикуем выжидательную тактику при дородовом излитии вод. Все медицинские вмешательства производятся строго по показаниям и с информированного согласия. Свободное поведение, вертикальные роды. Мы соблюдаем золотой час и выступаем за грудное вскармливание.
(В качестве доказательства продемонстрирован родильный стульчик.)
В голове беременной неожиданным сюрпризом складывается прекрасный пазл: зачем же тратиться на контракт – оказывается, и по ОМС готовы выполнить все её желания!
Стартует с излития вод на сорок первой неделе. Она всё помнит и не паникует. Никуда не мчится в ужасе «Как же он там без вод?! А вдруг задыхается!!!» С появлением схваток тоже не торопится, ждёт развития. Когда уже явно нарастает, отправляется в роддом.