Инна Ласточка – Царица Теней: возвращение Персефоны (страница 116)
Гея обратилась тёмной тенью и перелетела на несколько шагов правее, возвращая женскую форму. Ей нравилось, как она выглядит в этом виде.
— Пожертвуешь собой ряди мира, который мог бы помочь тебе выжить в будущем? Во имя чего? Кто будет жертвовать привычной жизнью в угоду случайным явлениям?
— Тот, кто познал себя и суть своей силы. Есть ли у этого название? Будет ли оно в твоём мире? Мне неведомо. Но я смотрю на тебя и понимаю, что ты та, ради кого я мог бы отказаться от всего, что знал прежде.
Гея отшатнулась, словно увидела нечто ужасное.
— Нет… нет-нет, ты не можешь нас оставить, кем бы ты ни был. Разве нет другого выхода? Неужели там, за пределами вселенной, нет тех, кто боролся и выжил, кто нашёл иной путь?
— Боюсь, что нет, Гея. Все, кто, так или иначе, существует за гранью силы Урана, живут внутри цикла, но не после него. Я должен уйти, чтобы навсегда лишить Хаоса возможности вернуться. Мне дорог этот мир, мне дорога ты…
— Эрос, умоляю тебя… — голос Геи сорвался в пустоту.
Эрос переместился без предупреждения, но ещё не ушёл, она чувствовала это и отправилась следом. Они появились на выступе над бушующими водами Понта из вспышек молнии.
— Может быть, есть иной путь? Может быть, твоё предназначение не в этом? — сказала Гея, и первый в мире порыв ветра разнёс её слова по воздуху далеко за пределы этого места.
***
(
Гея не хотела видеть его. Никого из этих недостойных детей Кроноса, посмевших поднять оружие на отца. Пожалуй, она никогда не чувствовала такой всепоглощающей ярости и ненависти к отпрыскам, которых создали её дети. Но он не спрашивал разрешения. Он явился чёрным мороком и преклонил колени, будто был её слугой, а не врагом, будто почитал её как родную мать.
— Те, кто входит сюда без разрешения, плохо заканчивают, юный бог, — её голос разнёсся эхом над сводами древней обители, в которой некогда собирались её братья и сёстры для бесед, а теперь осталась она одна.
— Ты ещё не убила меня, значит, заинтересована, — возразил он с усмешкой.
«Да как он смеет!» — вспыхнула Гея и обернулась, готовая нанести сокрушительный удар, но наткнулась на него взглядом и не смогла.
Юный бог стоял на коленях, склонив голову в почтительном поклоне, весь в чёрном, окружённый аурой льда и огня — необычное сочетание — огня такого же лазурного, как небо в тот день, когда Эрос признался ей во всём.
— Как тебя зовут? — уже спокойнее спросила Гея и приняла облик под стать ему. В чёрном платье, сотканном из звёзд, она склонилась к нему и коснулась локтя, предлагая подняться. Её чёрные как смоль волосы при этом волной упали с плеча.
— Аид, — тихо ответил он и встал.
— Тень, мрак, скрытность, священный трепет и милосердие*… — Гея взяла его за подбородок двумя пальцами и внимательно рассмотрела лицо, — вот как решила Рея… Сама не ведая, одним именем избрала тебе судьбу. Что ж, — она резко отдёрнула руку и повернулась к нему спиной, — я буду звать тебя юный Мрак. Ты мне нравишься, и я выслушаю тебя.
— Меня зовут… — начал было он, но Гея вскинула руку в просьбе замолчать.
— Говори, зачем пришёл!
— Как пожелаешь, бабушка, — хитрец ответил ей тем же, выбрал прозвище в отместку за выбранное ему. Гея вздрогнула, собираясь возмутиться, но так и застыла в неоконченном движении, услышав его следующие слова. — Хаос являлся мне. Я подумал, тебе стоит знать.
Волна неуправляемой силы пронеслась от Геи, обогнув Аида — раздался гул, будто где-то произошёл горный обвал, по стенам пошли трещины, а сверху посыпались мелкие камни.
— Что ты сказал? — её голос сорвался, а физическое воплощение стало нестабильным, кожа хрустнула и осыпалась осколками, оставляя лишь фигуру женщины из жидкого золота. Она схватила Аида за хитон на груди, прожигая ткань, но тут же отпустила, заметив, что делает ему больно.
— Хаос? Здесь? Явился тебе?
— Ненадолго. Ему тяжело существовать в своей физической форме, и он является лишь в исключительно важных случаях. Он сказал, что прежний носитель силы покинул его, и я стану заменой.
Плечи Геи опустились, она вся поникла и посерела, будто на золото упала чёрная тень — руки взметнулись к лицу, и Гея стала ходить из стороны в сторону, оставляя большие золотые кляксы на полу.
— Юный Мрак, — после долгого молчания сказала она, переместившись к нему золотой пыльцой и схватив за плечи, — что ты знаешь? Что он рассказал тебе?
— Я знаю всё. И про цикл, и про артефакт, и про Эроса, причиной предательства которого стало воплощение Земли… ты.
— Значит, Эрос погиб напрасно, — Гея заломила руки, становясь чёрной, а затем прозрачной, будто была сосудом, заключившим в себя космос. — Значит, всё, что я делаю, не имеет смысла, и мне не удастся выполнить обещания… — она посмотрела на Аида, вспомнив что-то. — Ты ещё не дал согласия?
Аид выдержал её взгляд и, помедлив, тихо ответил:
— Ему невозможно отказать. Я пришёл к тебе, потому что не хочу этого. Кому нужен мир, который обречён?
Во взгляде Геи вспыхнула надежда.
— Ты думаешь, что можно найти выход? Что можно это исправить? Или… — её осенила страшная догадка, и она сдавленно произнесла, — поступишь как он? Покинешь этот мир?
Аид усмехнулся.
— А есть смысл? На моё место найдётся другой, а за ним другой, и так до тех пор, пока цель не будет достигнута. Я здесь, чтобы узнать, можем ли мы это исправить? Могу ли я сделать хоть что-нибудь?
Гея втянула носом воздух и неуверенно качнула головой.
— Я должна посоветоваться с Мойрами. Иди, я сама явлюсь к тебе в своё время, юный Мрак. Жди.
***
— Ну, надо же! — проворчала Клото. — Сестрицы, смотрите, кто тут у нас!
Гея нашла Мойр в гроте, устланном валежником и мхом, они восседали на самодельных мягких клиниях* и пряли разноцветные нити.
— Великая Мать Всего, — хохотнула Лахесис.
— Воплощение Великой Земли, — вздохнула Атропос.
Гею нисколько не тронули их речи. Она знала, что дочери Нюкты не воспринимают её всерьёз, как и сама Нюкта, которая после ухода Эроса перестала с ней разговаривать.
— Вы знаете, зачем я явилась к вам?
Сестры переглянулись и тихо рассмеялись.
— Ну, конечно, всемогущая. Ты хочешь найти ответы? Ты их получишь.
— Правда? — не поверила Гея. — И не будет никаких условий, условностей, второго смысла?
— Нет, — Атропос грациозно поднялась и, поддев пальцем одну из самых ярких нитей, стала продвигать её в пространстве. Некоторые участки нити скрывал тёмный туман, изредка попадались узелки, частичные разрывы или блёклые пятна, — нет, потому что от тебя зависит и наша жизнь. Это, — Атропос поднесла Гее нить, позволяя рассмотреть ближе, — нить судьбы мироздания, твоя нить. Нить, что вечна и неизменна, нить, что влияет на другие нити и охватывает собой всё живое, и никто более неспособен повлиять на эту нить, кроме тебя самой.
Нить опутывали две энергии — золотая и чёрная — и Гея сквозь века услышала голос Эроса. «
— Баланс, — пояснила Атропос, увидев её заинтересованность, — мироздание состоит из тьмы и света, и тьма и свет равномерно поддерживают его. Если баланс нарушить… — она потянула нить на себя, показывая оборванные волокна, — и не вернуть вовремя, мир погибнет. Не будет ничего. Силы Хаоса и Эроса опутывают всё живое, но сила Эроса бесконтрольно присутствует во всём, в то время как силой Хаоса управляет её воплощение. Видишь это? — Атропос указала на участок нити, скрытый туманом. — Здесь наши полномочия заканчиваются, но ты можешь сделать так, чтобы сокрытое открылось, и жизнь твоя вместе с миллионами других жизней продолжилась. Мы видели бессчётное множество вариантов будущего, и все они обрываются в этот момент…
— Что я могу сделать?.. Я должна что-то сделать, чтобы его жертва… чтобы он…
Мойры переглянулись.
— Успокойся. Всё в твоих руках. Ты возьмёшь нить судьбы мироздания и увидишь самый благоприятный вариант событий. Ты покажешь его избраннику Хаоса и сделаешь всё, чтобы события повторились с точностью до мелочей, и никому более не сообщишь об этом. Остальные должны жить, а не подражать жизни. Надеюсь, ты понимаешь, что случится, если узнают все?
Гея прерывисто вздохнула и потянулась к нити, но в последний момент убрала руку.
— С чего мне начать?
— Со своего сердца, — сказала Клото и рассмеялась, заметив выражение лица Геи, — не с настоящего, а того, что даровал тебе Великий Эрос. Разбей его на шесть частей. Одну оставь на горе, где поселились юные музы, другую даруй богам для перерождения, а третью раздели на три части и отнеси богу, что способен создать любую вещь. Пусть это будут символы власти трёх сыновей Кроноса.
— Но не доверяй ни одному из них, — прошептала Лахесис, — и тем более их потомкам. Заключи с тремя сыновьями Кроноса сделку, и пусть скроют они истинное назначение символов власти чем-нибудь, связывающим их.
— Не доверять даже юно… избраннику Хаоса? — удивилась Гея. — Но разве показывать ему будущее — не значит полностью доверять?
— Не значит, — возразила Атропос, — сила Хаоса будет действовать на него, он будет стремиться к власти, он может стать опасен для всего мира, поэтому ты сделаешь вот что. Четвёртую часть своего сердца даруешь ты сильнейшей наследнице Кроноса, Деметре, даруешь ей и силу для исполнения плана, но сердце твоё пусть проявится не в ней, а в её первой дочери. Сила Эроса, заключённая в этой части, свяжет её с избранником Хаоса, и так ты создашь баланс, который не позволит ему упасть во тьму. Юным богам же скажешь, что двойственная богиня соберёт три части воедино, об остальном умолчи.