Инна Ланц – Сказки черного кота. История 1 (страница 1)
Инна Ланц
Сказки черного кота. История 1
Привет. Вы верите в чудеса? Магию? Волшебство? А что если я вам скажу: "Это всё реально!"
Вот тому доказательство.
Одной зимней ночью, когда снег падал хлопьями, а ветер его терзал из стороны в сторону. Он с лютой скоростью и диким рёвом разгоняется в степи, а потом швырял беднягу о все преграды на пути: холмы, деревья, заборы, дома. Где-то рвались провода, где-то – заборы, где-то даже ломались стволы яблонь, карагачей и тополей, невыдерживая натиска стихии. Одним словом, буран был сильный, даже для наших привыкших степей.
У нас не было света еще с вечера. Папа уложил детей спать, уснувши с ними в обнимку, коты дремали у печи, реагируя своими ушами-антеннами на дребезжание стёкол и Профлиста на крыше. Мне же не спалось.
Я заварила большую кружку кофе, укуталась в плед и пыхтела над планшетом в поисках вдохновения. Не шло. Вот хоть тресни, ни слова на ум не приходило....
В дверь постучали слегка, ели-ели, почти едва уловимо. Наверно показалось, кто бы в такое время, да и как? Ворота закрыты. У своих ключи есть. Нет, показалось. Надо писать. Не идёт.
Снова раздался стук – уже чётче, настойчивее. На этот раз я решила проверить, мало ли что. Решила, что труда не составит глянуть, дверь прозрачная, стеклянная. Все хорошо видно.
Какое было мое удивление, когда на пороге был большой черный кот. Стоял он на задних лапах, одной передней держался за стекло, а второй стучал.
– Забавно, прям как человек,прямо, с достоинством, будто пришёл по важному делу, – вырвался смешок с моих уст, – ну раз пришел, то заходи. Не оставлять же тебя на пороге в такую погоду.
Дверь отворилась и это чудо зашло в дом. Прошло на кухню, осмотрелось.
– Ты наверное замёрз и голоден. Будешь молока? – спросила я, но в ответ ничего не послышалось. Обычно кошки отвечали мурчанием или мяукали, а тут тишина. Ладно.
В чистую кисайку налила молока и подогрела его.
Это создание с жадностью осушило чашку, а потом стал усы умывать:
– Спасибо.
– Чего? Ты говорящий?
–Даа. А что такого?
– Ты – кошка! – воскликнула я, забыв, что дети спят и тут закрыла рот руками, не желая разбудить.
– Но, но. Я кот, попрошу не путать! – отсёк оскорбленный гость. Он сидел, как кот, но указывал лапой, а точнее пальцем, как человек.
Говорящий кот. Дописалась. Уже крыша едет. Нет, однозначно нужно исправлять режим и ложится раньше спать. Так и до шизофрении недалеко.
– Тебе далеко, – выпалил усатый.
– Что? – переспросила я, не понимая о чем он. И мне тут же абсолютно спокойно пояснили:
– Тебе далеко до шизофрении. И да, я говорящий кот.
– Ты еще и мысли читаешь?
– Пфф, я еще и не то могу. А вообще, у вас, сказочников, все на лице написано. Ну, сделай ты уже свои глаза поменьше. Выпучила, ишь как..Блюдца.
Ну. Давай-давай, уменьшай глазки, закрывай ротик. Сейчас тебе все расскажу.
– Уж потрудись, котейка.
– Я тебе не котейка, милочка. К твоему сведенью, я – Кот Всезнающий! Я – кот ученый!
– Ха, Как у Пушкина что ли? Не тот ли ты самый, что ходил по цепи вокруг дуба?
–Тот самый....
От недовольного тона Всезнающего гостя аж перехватило дыхание. Интересно, чего это он так резко переменился? То ли не понравилось упоминание Александра Сергеевича, то ли дело в дубе с цепью.
В любом случае, как бы не было интересно, этот усатый зазнайка явно тут не с проста.
Только промелькнули эти мысли в голове, как словно по волшебству прошел ответ:
– Я к тебе не за этим пришёл, чтоб вспоминать чего там для меня сказочник понапридумывал. Дело есть. У нас тут в Сказочной долине странности происходят.
–Где? Где? – вырвалось у меня. Не то, чтобы я хотела перебить кота, просто пытаясь сконцентрироваться. Недовольные глазки чуть не прибили меня к стене, но обошлось.
Гость, с сопением и фырканьем себе под нос, поднялся, подошел к окну. Одарив еще раз меня недовольным взглядом с ног до головы, медленно, но жёстко, явно намеренно делая паузы после некоторых слов, продолжил:
– У нас. В Сказочной. Долине. Происходит что-то странное. Мне нужна помощь сказочника.
– Так. А почему именно я? Я только начинаю писать истории, публиковаться. И вообще, сейчас много кто пишет сказки.
– Да? А много ли кто знает, что Сказочные долины – это место, куда много веков назад ушли младшие божества, что там возвели скрывающие границы?
А то, что в центральных землях, где расположились вечнозелёные леса, Леший?
А что на юге, на опушке леса, в пограничье с миром людей, мирно стоит избушка Яги?
На западе – земли Нави, к которым есть всего один проход – Калинов мост, охраняемый Змеем Горынычем?
За ним царство Кощея, – возмущённо выдавал кот, явно раздражённый моими вопросами.
Он говорил и говорил, эмоционально. Громко. Возмущённо. Будто бы я не спросила, а оскорбила его или задела за что-то личное. Особенное.
В какой-то момент он не выдержал и стал царапать стекло, выводя какие-то линии, крестики, домики, елочки, мостики. По стеклу поползли линии – будто невидимый карандаш выводил границы миров: "На Востоке мирное озеро, воды которого кристально чистые. Именно там, на дне озера, дворец Водяного.
На Севере же вечная зима. Там, на границе вечнозеленого леса начинаются снежные поля, а за ними видны руины Прави. Между руинами и лесом, дом деда Мороза."
Только теперь, когда он замолчал, оторвался от стекла и выдохнул, явно успокоив нарастающий гнев, стало чуточку ясно. Он рисовал карту.
Надо же, карту. Точно как в моей записной книжке. Как в истории, которую пишу. Не может быть. Нет. Нет-нет-нет. Не может быть. Откуда он знает о истории? О моей истории? Или… Это я? Нет! История вымышленная, я не могла…
Мои пальцы, точно заворожённые, скользили по стеклу, по линиям на карте и не верили глазам. В очередной раз пробежала мысль, что я вероятно сплю.
Кот позади кашлянул пару раз. Звякнула кисайка, с которой он недавно лакал молоко. Наверное в горле пересохло от болтовни. Ещё бы, так гневно выдавал, точно строчил с пулемёта.
Я повернулась. Почему-то эта картина, когда кот последние капли вылизывал позабавила меня. Только что недовольный комок шерсти, как маленький котёнок искал молоко.
Ох, да так, что и холодильник нашелся сразу, а рост и массивный объём помогли открыть его, стащить бутылку молока, открутить крышку и даже пить с горла, точно метровый человечек делал это по привычке.
Ну раз с молоком разобрались, то как быть с этим.
Взгляд снова упал на карту, а потом и сквозь неё. Там что-то шевелилось, дернулось.
Я с визгом отскочила от окна. Кот напугался и едва не пролил лакомство на пол. Он уже собирался метнуть в меня гневный взгляд, как тут же уставился в окно. Быстро, по-кошачьи, как истинный хищник на добычу.
Там был черный силуэт. Он не шёл – он будто плыл над снегом, не оставляя следов, не отбрасывая тени. Там, далеко, около деревьев, примерно метров десять от дома. Большой, массивный, в черном плаще с широким капюшоном, из под которого светились, точно лампочки, ярко-зеленые глаза. На руках кожаные перчатки и…
–Трость, – тихо прошипел Кот.
– Что? – всё еще дрожа выдала я.
Вот только либо меня не слышали, либо не слушали. Как бы не было страшно, а пришлось снова посмотреть в окно.
Силуэт на глазах растворился в воздухе: голова, туловище, ноги и лишь в конце руки да трость. Мимолётно, но всё же удалось разглядеть её. Серебряная, покрытая узорами из рун. Меж них вдоль всей длины пульсировали изумруды, будто живые. Яркие и блестящие – в такт с его глазам под капюшоном.
– Кто это?
Кот ещё минуту продолжал стоять у окна, сверля взглядом то место, где ещё недавно было нечто. Молча, беззвучно, точно статуя, а не живое существо. Даже как-то стало не по себе.
Даже когда тихонько спросила: «Кто это был?» – не в силах больше сдерживать порыв разобраться в происходящем – ответа так и не последовало.
Сказки чёрного кота
Потрескивание дров в печи и назойливый ход часов вдруг стали громче, точно издеваясь. Свистящий за окном ветер, ветви сосны у забора, даже скрип фонаря с соседнего столба – всё было слышно. А от этой морды – ни звука… И как это понимать?