18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Инна Кучерова – Вечный сюжет (страница 3)

18

Розы достойны великой любви королей!

Только лишь и́збранным Розу дано приручить,

Пусть ожидает, он точно приедет за ней,

Чтобы любовью сердца навсегда обручить».

Алая Роза внимала цветочной молве,

Снова и снова ждала своего короля.

День торопливо летел. И неделя, и две.

В грусти июльских дождей остывала земля.

Где-то веселый мотив напевал соловей,

Шёпот подлунных теней наполнял тишину:

«Видели два силуэта в плену у ветвей?

Это король приводил молодую жену…»

Сад оживился, не зная таких новостей.

Так не бывает… а впрочем, цветам ли судить…

Роза поникла в игре предзакатных теней,

Чтобы безропотно день на покой проводить.

Утром, когда чуть затеплился новый рассвет,

Мир встрепенулся от призрачных сонных оков.

Только садовник заметил: возлюбленной нет –

Землю укрыли осколки её лепестков…

Старинная ваза

Старинная ваза жила на столе,

Доставшись хозяйке в наследство,

Искусно она отражала в стекле

И зрелость, и юность, и детство.

Порою её выдвигали вперёд,

С солонкой меняя местами,

И ей наступал долгожданный черёд

Украсить жилище цветами.

Цветы, понимая, что главные здесь,

Бросали ей колкие фразы,

Удел красоты – это гордость и спесь,

Но души имеют и вазы…

«Ау, замарашка, не можешь сиять?

Хозяйские хмурятся лица?

Твой скорбный удел на задворках стоять,

Без нас прозябать и пылиться…»

А ваза обычно молчала в ответ,

И слёзы в воде растворяла,

Прожив в этом доме достаточно лет

Она повидала немало:

Красивые ветви, летящие ввысь,

И травы, цветущие бойко…

Но их непростая цветочная жизнь

Всегда завершалась помойкой.

Скрипичная душа

Он был для скрипки палачом,

Не самородком.

Он подпирал её плечом

И подбородком.

Он так орудовал смычком

В разгар прелюдией,

Что струны падали ничком,

На зависть людям.

Такие пытки каждый раз

Она терпела.

Но видя блеск любимых глаз

Покорно пела:

«О, мой кумир и мой палач!

Мой свет вселенский…»

Звучал по залу тихий плач,

Похож на женский.

«Моя скрипичная душа

Навек в руине…»

Но гладил тело не спеша