Инна Королёва – (моя) чужая семья (страница 3)

— Он не настаивал, а просто попросил поискать тебе замену. Даже предлагал помощь в этом. Но ты же знаешь, — улыбается, — Желающих достаточно, так что я отказался. Мы очень хорошо поговорили.

Не понимаю, в чём подвох. Вопрос, зачем Юданов это сделал, где—то болтается на затворках сознания, но я пока не акцентирую на нём свои мысли.

— Послушай меня, девочка. Не знаю, что у вас там за отношения и почему ты так странно отреагировала. Скажу лишь одно. Этому мужчине ты очень дорога. И он искренне волнуется за тебя.

— Ну да, конечно, — пренебрежительно фыркнула. Злость отступила, и на смену пришло отчаянье. Меня снова пытаются контролировать. Моей жизнью хотят управлять. Опять.

— Послушай старика Ахмеда, — добродушно улыбается, — Не смотри на внешнюю суровость. В душе он хороший человек.

Не знаю, что на это сказать. Однако уже бывший шеф и не нуждается в моих комментариях.

— Не руби с плеча. Возможно, если у вас ничего не получится, и ты вернёшься, мы снова встретимся и тогда поговорим. А пока, — пожимает плечами, — Извини милая, но так будет лучше. Тебе действительно есть сейчас о чём думать, — бросается многозначительный взгляд на мой живот.

— О чём вы вообще говорите? Что значит, ничего не получится? Он брат моего…., — Ахмед выставляет руку, и я замолкаю.

— Давай не будем это обсуждать. Твоя личная жизнь меня не касается. Да и ты сама кажется, ещё совсем не понимаешь, что происходит. Иди домой, девочка.

Мне ничего не остаётся, как уныло забрать конверт и выйти из кафе. Спорить с Ахмедом – бесполезно. Да и глупо. Он всё для себя решил. С подачи Юданова.

Чёрт возьми, эта семейка когда—нибудь оставит меня в покое? Нет! Немедленно собираю вещи и снова в путь. Куда? Да плевать! Куда глаза глядят.

Всю дорого костерю Кирилла на чём свет стоит. Ему там наверняка икается. И пусть! Поделом ему. Как он вообще смеет вмешиваться в мою жизнь? На каком основании? То, что я беременна, не даёт ему такого права! Это только мой ребёнок, но никак не его брата.

Резко застываю. Только мой. В этот момент понимаю, что не смогу его отдать. Аборт я даже не рассматривала, если серьёзно, а вот написать отказ или найти семью – да. Но сейчас меня словно по голове огрело осознанием, что это мой ребёнок и только мой. И никому отдать его я не смогу.

Вот это засада. С одной стороны радоваться наверное надо. Решения я приняла, а с другой, что я буду делать? Может попытаться еще раз поговорить с отцом?

Как в тумане добираюсь до своей студии, открываю ключом дверь и в первую секунду думаю, что не туда попала. В нос ударяет вкусный запах домашней еды. Смотрю на номер квартиры. Нет, всё верно, моя. А затем….

— Карина, добрый день, — в поле зрения появляется Юданов, — Точнее, вечер. Ты голодна?

— Что? – переспрашиваю, смотря на этого наглеца во все глаза.

— Спрашиваю, ты голодна? – повторяет свой вопрос. Нет, он издевается?

— Вы что делаете в моей квартире??? – захожу, сжимая в руке ключи.

— Ужин готовлю, — просто отвечает, как будто это нормально, — Так, кажется мозговая деятельность ослабилась от голода. Давай мой руки, и за стол, — командует, и скрывается на кухне. Это как мать вашу понимать???

Глава 4

Карина…

Захожу на кухню и вновь удивляюсь. На столе расставлена посуда, на плите несколько кастрюль, в которых что—то варится, подоконник украшает ваза с цветами.

— Так, а вот и мясо, — достаёт из духовки противень, — Карин, ты чего застыла? Садись, — услужливо предлагает мужчина, — Ты какой сок будешь? Яблочный или может мультифрукт?

— Яблочный, — отвечаю на автомате.

— Я так и думал, — усмехается, доставая из холодильника коробку. Успеваю заметить, что холодильник забит сверху донизу. И это приводит меня в чувство.

— Что вы себе позволяете? Как вообще попали в мою квартиру? И что здесь устроили? Я…

— Тебе сейчас нужно хорошо питаться, а в холодильнике шаром покати, — в голосе слышен укор и на секунду я теряю весь боевой настрой, — Карина, так нельзя.

— Неужели? Вы решили контролировать, как я питаюсь? Ах да, не только это. Вообще всю мою жизнь, — вспоминаю, что сделал этот наглец и закипаю, — Возомнили себя Господом Богом? Хотя о чём я вообще спрашиваю? У вас это видимо семейное, — скрещиваю руки на груди, недовольно глядя на Кирилла. Лицо мужчины каменеет, он злится, в глазах загорается недобрый огонёк, и когда он делает движение в мою сторону, невольно зажимаюсь.

Подобные реакции я уже видела. После них всегда следовали удары, и я ожидаю этого. Однако ничего не происходит. Приоткрываю один глаз. Кирилл стоит в нескольких шагах от меня и ошарашенно взирает сверху.

Кхм….Застыл — уже хорошо. Скорее всего, не ударит. Бочком обхожу его и сажусь за стол. Хватаюсь за стакан, наливаю сок. Неловкая ситуация. Не знаю от чего, но мне безумно стыдно. Наверное потому, что показала свой страх. Юдановы – как хищники. И насколько я помню, Андрея мой страх только раззадоривал. Нужно взять себя в руки.

Проходит несколько долгих минут, прежде чем Кирилл садится напротив. К счастью, он больше не делает попыток приблизиться ко мне и это радует.

— Карина, судя по всему, у меня не получится сходу убедить тебя, но я очень постараюсь доказать, что я тебе не враг, — совершенно спокойно произносит он.

Честно говоря, я ожидала криков или вспышек агрессии. Но ничего этого нет. Мужчина собран, серьёзен, а в глазах…Не могу понять, что в них.

— Оставьте меня в покое, пожалуйста, — устало прошу, понимая, что это бессмысленно. И когда Кирилл встаёт, удивляюсь. Неужели понял?

Но, увы. Он всего лишь берёт тарелку и наполняет её чем—то от чего идёт пар. Не вижу из—за спины. Через секунду передо мной оказывается просто гора еды. Нос чувствует вкусный запах домашней пищи, желудок отзывается, напоминая, что последний раз я ела утром.

— К сожалению Карина, это единственное твоё желание, которое я не могу исполнить, — возвращается на свою место, — Кушай, пока всё горячее.

— Я столько не съем, — кошусь на тарелку. Обращаю внимание на то, что Кирилл очень умело переводит темы и сглаживает углы. Что он там только что сказал?

— Почему вы не можете оставить меня? Из—за ребёнка? Хотите, заверим у нотариуса, что я не собираюсь ни на что претендовать и этот малыш только мой.

— Этот малыш наш! – повышает голос и тут же себя одёргивает, — Прости. Мне сложно держать себя в руках. Столько всего нужно с тобой обсудить, но пока нельзя. Я должен во всём разобраться. Сейчас моя первоочерёдная задача – позаботиться о тебе.

— О да, вы шикарно это делаете! – не скрываю сарказма, — Подстроили моё увольнение, вломились в квартиру. Из нее, кстати, тоже выселите меня? – поддеваю вилкой кусок мяса и отправляю в рот. Ммм, как вкусно!

— Ты неправильно истолковываешь мои действия, — качает головой, — Во всём ищешь какой—то негативный посыл. В принципе, это ожидаемо. На радушный приём я не рассчитывал. Что касается работы, то стоять даже полдня и мыть посуду в твоём положении – не самая лучшая идея. И вообще, разве ты мечтала быть посудомойщицей?

— Нет, — щеки заливаются румянцем. Под его пытливым взглядом первый раз мне становится немного стыдно за то, чем я занимаюсь.

— Тогда не понимаю, почему ты злишься.

— Вы лишили меня единственного заработка! Это не ясно? – на секунду смотрю Кириллу в глаза.

— Если ты о деньгах, то об этом можешь не волноваться. Теперь это моя задача.

— Да с чего вдруг—то? – взрываюсь, — Чего вы прицепились ко мне? Послушайте, давайте по—другому, раз не понимаете. Я сбежала не просто так. И про ребёнка не сообщала вашей семье так же по ряду причин. И хотела бы оставить всё, как есть!

Мне очень хочется напомнить о своей жизни с его братом. Уверена, Кирилл и так знает, как мы жили, но я не могу себя заставить высказать эти воспоминания. Это тяжело и больно.

Аппетит пропадает. Отодвигаю тарелку и снова беру сок. Чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Не хочу вспоминать прошлое. Но как забыть, если оно вернулось в моё настоящее, в виде этого психа Кирилла?

— Я расскажу тебе всё, обещаю, — произносит, после небольшой паузы, — Со временем. Но одно ты должна знать – я не отпущу тебя.

Опять он за своё! Будто пластинку заело.

— Мне нужно уехать на пару дней. Затем я вернусь, — морщусь, чем вызываю смех мужчиныё— На другую реакцию я не рассчитывал. Но постепенно всё встанет на свои места, вот увидишь. Потерпи немного. Вот, — достаёт из кармана карточку, — Можешь пройтись по магазинам или сходить куда нибудь. Пароль – день и месяц твоего рождения.

— Не надо! – пытаюсь возразить.

— Пусть будет, — встаёт и мне кажется, хочет подойти ко мне, но с места не двигается, — Карина, я не могу сейчас объяснить всё. Слишком много проблем осталось после…, — осекается. И я понимаю, что Кирилл имеет в виду.

— В общем, дай мне немного времени, ладно? – просит, но не дожидается моего ответа, а просто выходит. Фух, ушёл, и хорошо.

Если Юданов думает, что я буду сидеть сложа руки и ждать его, то он глубоко заблуждается.

Глава 5

Карина…

Логика Кирилла конечно «шикарная». Он всё такой же, каким я его помню. Раньше мы конечно мало пересекались, но этого было достаточно, чтобы сложилось общее впечатление.

Старший брат мужа никогда не был настроен на разговоры. В первую встречу приказал мне убраться из их дома и не возвращаться, да и потом дружелюбием не блистал.