Инна Королёва – Месть Ариадны (страница 16)

Сегодня, я хотела отпроситься у Меркулова на завтрашний день. Вечером приезжает Борис, завтра — день рождения. Хочется провести его со своей семьей. Но Руслан Николаевич уехал куда-то с самого утра, так что пока поговорить не удалось. Зато я принесла раскраски и мы с Даней, вооружившись кисточками, соревновались, кто быстрее раскрасит свою картинку. Пока счет был один-один. Я видела, с каким усердием мальчик старается не заходить за края. Каждый раз, подходя к границам рисунка, он чуть-чуть высовывал язык. Наблюдать за Даней было увлекательно, так что я почти не поддалась, и первый раз проиграла, засмотревшись на мальчика. Он мог сидеть и играть в настольные игры, а как только игра завершалась, сорваться с места, и начать бегать. Да, нужно как-нибудь свести его с Женей. Думаю, этой парочке было бы весело вдвоем.

— Я все! — довольно выкрикнул Даня, и я поняла, что проиграла.

— Ты просто молодец!

— Ты мне поддавалась? — серьезно спросил мальчик. Забавно, его не столько радует победа, сколько интересует, честно ли он выиграл.

— Совсем нет, — чуть — чуть слукавила я. На лице ребёнка отразилась радость.

— Ура!! Я победил взрослую тётю, — заскакал он по комнате с криками, и я не удержалась от смеха.

— Осторожнее, голова закружится, — предостерегла я, видя что малыш крутится как волчок. Звонок телефона отвлек меня. Увидев имя звонившего, я обрадовалась ещё больше.

— Да, Борь.

— Мелочь, меняйся с кем-нибудь на работе, и пиши, откуда тебя забрать. Я уже в городе, — скомандовал он.

— Как? Ты же должен был…

— Приехать вечером, — закончил зять, — Я помню. Решил чуть поторопиться. Ну что, сможешь сбежать?

Я с тоской бросила взгляд на Даню.

— Не получится. У меня…

— Ари, смотри, я самолёт, — привлёк моё внимание Даня, кружась.

— Не улети только далеко, — усмехнулась я, — Иначе я буду плакать.

— Ариадна, у тебя там ребёнок? — донесся удивлённый голос Бориса.

— Да, я подрабатываю няней, — вернулась к разговору.

— Хм, ты не говорила…

Я слышала недовольство, но честно говоря не представляла, как рассказать о своей работе Борису. Наверное, нужно было что-то соврать, сказать, что меня попросили присмотреть на чужим ребёнком на работе, но к чему лишняя ложь? За последние дни я много думала, о приезде мужа сестры и понимала, от него скорее всего правду мне скрыть не удастся, а значит, нужно как-то попытаться все объяснить. И этот разговор, пугал меня до чёртиков.

— Слушай, может ты поедешь домой пока, побудешь с Майей, а мы поговорим как-нибудь потом? — закусила губу, надеясь, что мужчина согласится.

— Ариадна, в чем дело? Ты странно себя ведёшь, — сразу почувствовал подвох Борис. Вот не умею я врать ему. Он даже через телефон чувствует ложь.

— Извини, мне надо идти, я потом позвоню, — быстро закончила разговор, понимая, что сейчас не время для обсуждений. Выдохнув, поставила телефон на беззвучный, что бы не сбрасывать звонки, на случай, есть зять решит перезвонить.

Резкий грохот отвлек меня, и вскинув голову, я негромко вскрикнула. Даня врезался в небольшой журнальный столик, и стоящая на нем ваза с цветами упала, с грохотом разлетевшись на осколки. Малыш хотел присесть, видимо убрать осколки, но я резко остановила его:

— Даня, не трогай!

Рванула к ребёнку, но наступив на игрушку, оступилась, и полетела прямо на разбитую вазу. Все случилось так быстро, что я даже не успела ничего предпринять. Кожу на руках обожгла боль от порезов, на глаза выступили слезы. Сердце заколотилось.

— Ариадна! — услышала я всхлипы над головой и заставила себя посмотреть на своего подопечного.

— Даня, милый, осторожно залезть на диван, а я все уберу. Ты можешь пораниться.

— Тебе больно! — не унимался он.

— Совсем чуть-чуть, не переживай. Давай быстренько уберём все, — я встала, осторожно ступая, что бы ещё ногой в стекло не угодить.

— У тебя кровь!

Посмотрев на свои руки, я ужаснулась. Все в ссадинах, а где то виднелись глубокие порезы. Угораздило же меня сегодня одеть футболку! Даня сидел, а по его щекам текли слезы. Я не могла оставить мальчика в таком состоянии, поэтому села рядом, и стараясь не запачкать своей кровью, аккуратно приобняла.

— Ты расстроился? Это ерунда. Просто царапины.

— Это я виноват, — от его жалобного тона у меня в душе все переворачивалось. Он так расстроился.

— Ерунда! Такое с каждым может произойти, простая случайность. Но мне нужно все прибрать, и промыть ручки. А я не могу этого сделать, пока ты плачешь.

— Теперь ты уйдёшь от меня? — Господи, откуда вообще такие вопросы?

— Что за глупость? Даже не думай об этом! Я всегда буду рядом! — эти слова выскочил неосознанно. Я просто хотела успокоить мальчика, но тут раздался громкий голос, со стороны двери:

— Интересное заявление. Могу я узнать, что здесь происходит?

Вот черт! Вернулся Меркулов и теперь сверлил меня недовольным взглядом.

— Извините, Руслан Николаевич, — я быстро вскочила с дивана, — Я сейчас все уберу.

— Я спросил о другом.

— А что, не видно? Ваза разбилась, — ответила я вполне очевидный факт.

— Хм…, - мужчина задумчиво разглядывал меня, и мне стало неуютно. Он как будто пытался мои мысли прочесть. Быстренько прокрутила в голове, что он мог услышать, и что его так насторожило. Наконец, до меня дошло.

— Я ничего конкретного не имела в виду, просто Даня расстроился и…

— Папа, это я разбил вазу, не ругай Ариадну! — смело заявил мальчик, и я с нежностью посмотрела на своего защитника.

— Я и не собирался, — невозмутимо ответил Меркулов, и сделал несколько шагов к нам, — Правда, ты разбил? Или просто защищаешь любимую няню?

— Правда, — кивнул Даня, — Случайно, — добавил он, — Хотел убрать, но Ариадна не позволила, и упала.

М-да, в изложении ребенка ситуация выглядела комично. Меркулов снова перевел взгляд на меня.

— Ясно.

Интересно, что ему было ясно? Молчание затянулось. И я поспешила заняться делом. Убрала крупные осколки, и, взяв пылесос, постаралась максимально очистить пол от возможных маленьких кусочков. На босса старалась не смотреть.

— Если вы закончили с делами, то я, наверное, пойду, — сказала я.

— Папа, у нее руки болят, — заявил Даня. Меркулов тут же оказался рядом и потянулся ко мне.

— Не надо, — отступила на шаг, но разве его остановишь? Невзирая на мое сопротивление, мужчина взял меня за руки и осмотрел ссадины.

— Вы ходячая катастрофа, — прокомментировал он, но в голосе не было ни капли злости. Скорее, он забавлялся.

— Ерунда, я обработаю все на кухне, — попыталась отмахнуться.

— Садитесь, — приказал он, а сам, взяв аптечку, сел передо мной, — Ну что, — повернулся к сыну, — Окажем няне первую медицинскую помощь?

— Да! — радостно закричал мальчик.

Вдвоем, они занялись моими руками. Сначала меня отправили смыть кровь, а когда я вернулась, на столе уже стояла перекись и зеленка. От вида последней, сразу поморщилась.

— Я буду дуть тебе на ранки, чтобы не щипало, — заметив мою реакцию, успокоил Даня. Чудо, а не ребенок. Кивнув, я села напротив его отца.

— Может лучше я сама? — на всякий случай спросила я.

— Нет, — отрезал он, — Вы пострадали из-за моего сына, а родители несут ответственность за своих детей.

— Скажите тоже, пострадала, — улыбнулась, — Это ерунда. Моя племянница меня столько раз случайно калечила, что на такое, — кивнула на руки, — Уже даже не обращаю внимания.

— Вы много времени проводите с племянницей? — поинтересовался Меркулов.

— Очень, — кивнула, и поморщилась от боли. Даня тут же начал дуть на те места, которые обрабатывал его отец.

— А ее родители? У вас сестра вроде болеет? А отец девочки? — продолжал задавать вопросы Руслан Николаевич.

— Он постоянно в командировках. Все сложно. И я не очень хочу об этом говорить, — резко закрыла тему. Мне было стыдно признаться, но осторожные прикосновения мужчины, вызывали дрожь во всем теле. Мне была приятна его забота. А ведь я его ненавижу! И это не должно измениться! Он — чудовище. Наш разговор был таким нормальным, обычным, что на секунду, я забыла, кто передо мной. Нужно сохранять дистанцию.