Инна Истра – Мокрецы (страница 2)

– Ну, все-таки, – настаивал Роман. – Как давно про них говорят, с чего все началось?

Мария Михайловна задумалась.

– Да началось не так уж давно, – начала она. – Про них Потеряшка рассказал.

– Какой Потеряшка? – не понял Роман.

– Да Алешка Гришаков, он в детстве в лесу потерялся, с тех пор его так и зовут – Потеряшка.

И она рассказала Роману Алешкин случай, вспомнила слова Кузьмы-плотника и историю пропавшего много лет назад дурачка Никитки.

– Про этих мокрецов и забыли бы, мало ли что малому ребенку привиделось, а уж про Никитку и говорить нечего, дурачок, какой с него спрос? Да вот ребята постарше пошли в лес из озорства, проверить Алешкины рассказы, так опосля Колька Симаков клялся и божился, что видел мокрецов. И до сих пор так говорит. Ему, конечно, веры мало – пьяница, но мало ли.

– С Алешкой бы поговорить, – с надеждой сказал Роман.

– Поговорить! – рассмеялась старушка. – Он в армии, призвали вот только весной.

– А что Колька видел? – не унимался Роман.

– А вот ты завтра сам у него спроси, – ответила Мария Михайловна. – Я тебе укажу, где он живет. Только бутылку возьми с собой, а то ничего от этого алкаша не добьешься.

Июль, 2017 год.

У Пашки Турсинского по прозвищу Турок пропало вдохновение. Вот уже три долгих месяца не писалась музыка, не рождались стихи. Напрасно он целыми днями сидел в облезлой съемной комнатушке бывшего общежития приборного завода, перебирая струны гитары и куря сигарету за сигаретой, напрасно, выпив энергетиков, всю ночь бродил по городу под дождем, напрасно, забравшись на верхний этаж недостроенной высотки, смотрел на закат и встречал рассвет. Ничто не помогало разбудить то прекрасное чувство, когда слова как по волшебству возникают в голове, а музыка льется из-под пальцев сама по себе, только успевай записывать.

Правда, был небольшой всплеск вдохновения после того, как Мага угостил его косячком на вписке у Кирюхи. У Пашки сразу улучшилось настроение. Денежные проблемы, сложные отношения с родителями ушли на второй план, показались незначительными и не заслуживающими внимания. Он расслабился, развалился на диване, пребывая в благостном состоянии жалости к себе и любви ко всему миру. Возможно из-за того, что его голова не была теперь забита мыслями о деньгах, жилье, ссоре с Алиской, в ней зазвучала мелодия такая нежная и пронзительная, что у Пашки на глаза навернулись слезы. Он начал требовать ручку и бумагу, но все только смеялись и отмахивались. Наконец, кто-то дал ему тупой карандаш красного цвета, и Пашка начал что-то корябать на полях журнала с гламурными девицами. Но мелодия уже исчезла, и он так расстроился, что заплакал и уснул.

Утром он уже ничего не помнил, но когда разбитый и усталый приплелся в свою комнатенку, то обнаружил в кармане смятый лист, вырванный из журнала, с красными кракозяблями на полях. Пашка сумел их расшифровать и наиграть на гитаре. Мелодия действительно была красивая, но слишком короткая, и как бы он не старался, продолжить ее не получалось. Тогда он помчался к Маге за косячком, но тот отказался давать в долг, а денег у Пашки не было ни копейки. Все, что он получил, подрабатывая на складе грузчиком, отдал за комнату, так как хозяин уже грозился выгнать за долги. Он пытался уговорить Магу, но в итоге только вдрызг с ним разругался. Мага так разозлился, что пообещал оторвать Турку руки и ноги, если тот хоть раз еще к нему подойдет, даже с мешком денег. Дело в том, что Пашка обладал одной странной особенностью – начиная с кем-нибудь вполне дружелюбный разговор, он умудрялся разозлить и настроить человека против себя. Как у него это получалось, он и сам не понимал. Флегматичную Алиску, свою последнюю подружку, он и то умудрился довести до белого каления.

– Ты, – кричала она, стоя у двери, – ты разговариваешь с человеком, как с говном! Ты его презираешь изначально, ты снисходишь к нему. А кто ты такой вообще, чтобы так разговаривать?

– Успокойся, – пытался утихомирить ее Пашка. – Успокойся, и давай поговорим нормально. С чего ты так возбудилась, ПМС что ли?

– Скотина! – выкрикнула Алиска и ушла, хлопнув дверью.

После ссоры с Магой Пашка шел по улице расстроенный и подавленный. Он уверился в том, что вернуть вдохновение сможет только под кайфом, но у него не было денег даже на косяк, не говоря уж о чем-то более серьезном. С Алиской он в ссоре, у нее просить бесполезно. У родителей тоже. Можно, конечно, пойти потаскать коробки на складе, и он собирался отправиться туда завтра (телефон сам себя не оплатит, и еда в холодильнике не появится), но к Маге уже не подкатишь, а с незнакомыми распространителями Пашка связываться боялся. И тут на глаза ему попалась реклама в витрине сетевого магазина, рассказывающая о скидках на некоторые продукты, среди которых были консервированные шампиньоны.

– Грибы!– обрадовался Пашка.– А почему бы и да!

Он вспомнил, как несколько дней назад кто-то рассказывал, что совсем недалеко от Приреченска, в районе Гапеева болота стали находить много галлюциногенных грибов. В интернете Пашка нашел их описания, фото и решил, что поехать в лес, отыскать там волшебные грибочки и провести несколько дней в одиночестве и релаксации, расширив свое сознание с помощью даров природы, это как раз то, что ему необходимо.

Вот так и получилось, что двадцатипятилетний Павел Турсинский, безработный музыкант, ищущий себя в этом непростом мире, оказался в окрестностях Гапеева болота со старым шерстяным одеялом, гитарой и небольшим рюкзаком, набитым пивом, копченой колбасой и хлебом.

Июнь, 1979 год.

Роман с бутылкой «Столичной» стоял у обшарпанной двери небольшого неопрятного дома и прислушивался. В доме царила тишина. Роман постучал еще раз, погромче и понастойчивей. Послышались шаги, и дверь немного приоткрылась. Он увидел опухшее небритое лицо и почувствовал сильный неприятный запах перегара и немытого тела.

– Чо надо? – неприветливо спросило лицо.

Роман молча показал бутылку.

– Ну, проходи, – сказал хозяин, распахнул дверь и, невежливо повернувшись спиной к гостю, проследовал в дом. Роман направился за ним.

Комната, куда привел его Симаков, была маленькая и очень грязная. Засаленный диван с засохшими темными пятнами, деревянный стол, заваленный объедками и грязной посудой, груды какого-то тряпья на полу, пара колченогих табуреток – вот и все убранство. Пахло в доме просто отвратительно. Роман не выдержал.

– Может на улице поговорим? – спросил он.

– А чо так? – вскинулся хозяин и криво усмехнулся. – Не нравится мое житье-бытье? Ишь какой…

Он покрутил в воздухе рукой, пытаясь подобрать подходящее уничижительное слово, но ничего не придумал и сердито буркнул:

– Ладно, иди на воздух, я догоню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.