Инна Инфинити – Я тебе изменил. Прости (страница 38)
- Я знаю, но я все равно так не могу.
Он снова закатывает глаза.
- Послушай, зачем тебе самому это? Ты правильно сказал: мы не собираемся быть вместе полноценно. Ну тебе что, не с кем потрахаться?
- Дело не в сексе. Сначала да, сначала ты привлекала меня исключительно сексуально. Но уже давно нет.
- Только не говори, что ты в меня влюбился, - кривлюсь. - Я все равно не поверю.
- Я в тебя не влюбился.
- А что тогда?
Тимур делает глоток обжигающего американо. Хочет потянуть время перед ответом, чтобы подобрать подходящие слова.
- Я не хочу терять тебя как друга.
Фыркаю.
- Чтобы быть с друзьями, нам необязательно спать вместе.
- Так ты теперь со мной и ужинать никуда не пойдешь как с другом. Тебя будет грызть чувство вины перед Майей.
- Ты прав, не пойду.
- Хотя казалось бы: почему нам нельзя дружить? Без секса. Но ты даже дружить больше не хочешь.
Я вздыхаю.
- Тимур знаешь… - мнусь несколько секунд. - Я тебе уже говорила, но скажу ещё раз. Ты спускаешь в унитаз свою жизнь. А именно свою семью. Я-то ладно, я развелась с мужем, потому что он изменил, а я не смогла простить. Я могу как угодно теперь себя развлекать: дружбой, сексом или всем вместе. Но ты ведь понимаешь, что у тебя каждый день на счету? Каждый новый день отдаляет тебя от семьи все сильнее. С каждым новым днем твоя надежда получить прощение Рэйчел - а я знаю, что ты на это надеешься - тает на глазах. С каждым новым днем они нуждаются в тебе меньше. Сегодня они нуждаются в тебе меньше, чем вчера. А завтра они будут нуждаться в тебе меньше, чем сегодня. Почему ты ещё до сих пор здесь, Тимур?
- Хватит, Вера, я прошу тебя, - произносит с мольбой. Я вижу, как в глазах Тимура плещётся отчаяние.
- Я ничего тебе больше не скажу, - поднимаюсь со стула. - Все, что я хотела тебе сказать, я уже сказала. Мое решение не изменится, и я прошу тебя уважать его. Пожалуйста, не надо навязчивых знаков внимания, как полгода назад. Если я правда важна для тебя, то, прошу, услышь меня.
- Я тебя услышал.
Я иду в прихожую и обуваюсь. Беру сумку с пуфика.
- И подумай над моими словами насчет Рэйчел. Я тебе не враг, Тимур. Я правда хочу, чтобы у тебя всё хорошо сложилось в жизни.
Ухмыляется.
- Спасибо за заботу, Вера. Но единственное, что я могу тебе обещать, так это то, что между мной и твоей дочкой никогда ничего не будет. Ни при каких обстоятельствах.
Я чувствую огромную благодарность к Тимуру.
- Спасибо, - говорю напоследок и ухожу.
У всего есть начало и у всего есть конец. Романы тоже однажды заканчиваются. В каких-то случаях они заканчиваются, чтобы начаться в новом качестве: как брак. Но и он в свою очередь тоже когда-то заканчивается. Или разводом, или, как в пафосных клятвах, когда разлучает смерть.
Да, я увижу Тимура завтра на работе. И мы ещё не раз поговорим или пообедаем в кафе возле офиса. Но исключительно как коллеги в присутствии других коллег. Даже не как друзья. Наш роман завершился. Наша дружба завершилась вместе с ним. И я чувствую: это правильно, это к лучшему.
Глава 46. Пять минут
Тимур
Вера уходит, и я погружаюсь в уныние. Наш роман завершён, я знал, что однажды это случится. Вера стала мне хорошим другом, и мне жаль ее терять. Я задумываюсь. После возвращения из США я стал очень много думать. Могу часами гулять по улице и думать, думать, думать, пока башка не начинает трещать. Мысли душат. Они, словно рой бешеных пчел, жужжат в голове. И жалят, жалят, жалят.
Я оглядываю свою квартиру. Такую модную и стильную с ремонтом от именитого дизайнера. Я не чувствую себя здесь дома. Нет вот этого ощущения, когда приходишь домой, и даже стены помогают. Иногда мне вовсе кажется, что это не мой дом, а отель какой-то.
Я смотрю на часы. В Калифорнии одиннадцать утра. Эшли в садике, Рэйчел на работе. Я так и не выяснил, где она работает. Интересно, ей можно говорить по телефону? Не знаю. Звоню.
- Алло, - Рэйчел сразу поднимает трубку.
- Привет. Как дела?
Я слышу звук быстрого нажатия кнопок на клавиатуре, и ясно представляю, как Рэйчел зажала телефон между ухом и плечом, а сама продолжает работать, смотря в монитор компьютера и печатая.
- Нормально. Ты что-то хотел?
Она всегда так. Сразу к делу: выкладывай, зачем звонишь, и до свидания.
- Я просто звоню. Вспоминал день рождения Эшли.
- И ты позвонил сказать мне об этом? Что вспоминал день рождения Эшли?
На заднем фоне у нее громко печатает принтер и кто-то смеётся. Кажется, мужской смех. Через тысячи километров, через океаны и континенты мне передается атмосфера работы Рэйчел: шумный офис, где нет перегородок, и все сидят в одном большом пространстве, каждый за своим столом. Как и подобает классическому офису, рабочие телефоны постоянно звонят, принтер постоянно печатает, а сотрудники постоянно пьют кофе. Периодически по офису проходит кто-то из очень большого начальства, и тогда все сотрудники спешат закрыть на своих компьютерах вкладки с соц. сетями и спрятать стаканы с кофе.
- Да, я позвонил сказать тебе об этом.
- Слушай, Тим, если у тебя нет ничего срочного, то мне пора работать. Пока.
- Подож….
Я не успеваю закончить слово. Рэйчел бросила трубку. Короткие бездушные гудки как бы говорят мне ее голосом: «Иди на хрен, Тимур. Тебе больше нет места в моей жизни».
Иногда я жалею, что не могу напиться. Пожалуй, бутылка виски мне бы сейчас не помешала. Но с раннего детства у меня стойкая неприязнь к алкоголю. Я знаю, что отец убил маму, когда был пьян. Так что мой максимум - это пара бокалов шампанского по очень-очень важным поводам.
Я иду в душ и ложусь спать. Но, конечно, долго смотрю в потолок. Мысли снова завертелось вихрем. Вернее, всего одна мысль. Очень навязчивая и въедливая.
Что, если Вера права?
Побывав на дне рождения дочки, я ощутил, какая пропасть между мной и Рэйчел. Наверное, в первые пять минут нашего знакомства, когда мы не знали друг о друге ничего, кроме имен, мы были ближе, чем сейчас.
Утром я еду на работу. Вера здоровается со мной на планерке и занимает свое место напротив. Я хочу написать ей что-нибудь. Какую-нибудь шутку или ничего не значащую фразу. Но потом вспоминаю ее слова: «Пожалуйста, уважай мое решение». Откладываю телефон в сторону. Я уважаю ее решение.
Глядя на коллег, на Давида, который снова чем-то недоволен, думаю: «Что я вообще здесь делаю? Разве здесь мое место? Среди этих людей? Почему я выбрал их?». Мобильный телефон начинает вибрировать. Звонит бабушка. Сбрасываю звонок. Потом наберу ей.
Вот кто держит меня здесь. Бабушка. У нее нет никого, кроме меня. А в последнее время у нее начались проблемы со здоровьем и памятью. Я больше не могу оставить её без присмотра так надолго. А сиделку она не хочет. Говорит: «Что я, немощная какая-то, что ли?». Не немощная, конечно. Но постоянно забывать, куда положила телефон и какой сейчас год, как по мне, тревожный звоночек.
После планерки я перезваниваю бабушке. Она негодует, что я снова давно не присылал ей видео Эшли.
- Я забыл, прости. Сейчас пришлю.
- А ещё на меня ругаешься, что у меня плохая память! Ну и у кого из нас двоих Альцгеймер?
- К счастью, ни у кого.
- Но скорее у тебя, чем у меня. Ты же знаешь, как я жду видео правнучки, и всё время забываешь присылать мне! Тимур, я серьёзно начинаю беспокоиться о твоем ментальном здоровье. Тебе нужно попить какие-нибудь таблеточки для памяти. Запишись к неврологу. Или я могу тебя записать. А то ты забудешь.
Она точно мстит мне. На прошлой неделе я предлагал бабушке сходить к неврологу, чтобы прописал ей что-то для памяти.
- Знаешь, наверное, плохая память - это у нас семейное.
- Не знаю, говори за себя, - оскорбляется, - у меня с памятью полный порядок. Я прекрасно помню, как в восемьдесят четвертом твой дед….
- Хорошо-хорошо, - быстро перебиваю, пока не последовала какая-то очередная история продолжительностью полчаса про моего покойного дедушку.
- Я жду видео Эшли.
- Сейчас пришлю.
Кладу трубку и сразу отправляю бабушке три последних видео, которые вчера прислала Рэйчел. Хотя бы это она ещё делает - присылает мне видео дочки.
Проходит день, потом второй, потом третий.
Слова Веры проползли в мою голову ядовитой змеей и отравляют жизнь: «Сегодня ты нужен им меньше, чем вчера. А завтра ты будешь нужен им меньше, чем сегодня». Время неумолимо бежит. И играет не в мою пользу.