Инна Инфинити – Я (не) буду твоей (страница 4)

Сердце больно колотится о рёбра, от страха перед глазами плывет. Господи, что им от меня нужно? Побыстрее бы пройти эту подворотню. Я так тороплюсь, что даже не смотрю под ноги. В итоге на ровном месте о что-то спотыкаюсь и чуть не падаю.

Незнакомцы уже через пару секунд оказываются возле меня. Окружают.

— Девушка, ну зачем же ты от нас убегаешь? — скалится тот, что кричал мне в спину.

От них воняет алкоголем, глаза подозрительно блестят. Ледяной ужас ползёт под кожей, парализуя меня. Мечусь между ними, до конца не осознавая, что происходит.

— Ч-ч-что вам нужно? — выдавливаю, заикаясь. — П-п-пропустите.

— Мы проводить тебя хотели.

Двое его приятелей снова противно ржут, обдавая меня запахом перегара. Незнакомцы сужают вокруг меня кольцо, не оставляя шанса прорваться через него. В этот момент смартфон в моей руке издаёт звук. Водитель написал мне сообщение.

— Ооо, последний айфон.

И не успеваю я опомниться, как один из мерзавцев выхватывает у меня из рук телефон.

— Эй, отдайте! — восклицаю и бросаюсь на парня, чтобы выхватить телефон обратно.

Но в это же мгновение тот, что сзади, больно хватает меня за волосы и тянет на себя.

— Ишь, какая прыткая. Сумочку тоже давай.

И не дожидаясь, когда я дам ее сама, срывает с моего плеча.

Я ничего не понимаю. Это шутка? Мечусь глазами между ними, но с ужасом понимаю, что меня на полном серьезе только что ограбили в центре Москвы.

— И вот это еще, — мерзавец, что стоит ровно напротив меня, тянет грязные пальцы к моей шее и силой срывает золотую цепочку с кулоном.

— Ай, — слезы брызжут из глаз. Подвеска больно врезалась в кожу.

— Вроде все, — говорит второй, оглядывая меня с головы до ног.

Третий, что до сих пор держал меня за волосы, разжимает руку. Не устояв на ногах, я падаю вперед и врезаюсь в одного из мерзавцев.

— Не все, — противно хохочет и крепкой рукой хватает меня за талию, как раз в тот момент, когда я хочу отстраниться. — Прикройте меня, пацаны, я по-быстрому.

Гопник перемещает руку с моей талии на шею и больно сжимает.

— Не рыпайся, поняла? А будешь орать, зубы выбью.

Через секунду мерзавец впечатывает меня в стену здания. Острая боль пронзает голову, я морщусь. Одной ладонью он продолжает сжимать меня за шею, почти душит, а второй касается пуговицы на моих джинсах.

И в этот момент я понимаю, что он собрался делать.

Распахиваю глаза, дергаюсь, начинаю вырываться.

— Не рыпайся, я сказал, — снова припечатывает меня затылком к стене.

Силы совершенно точно не равны. Я худая и слабая, а он здоровый и сильный.

— Отпусти меня! — продолжаю вырываться. — Отпусти! — срываюсь на крик.

Мерзавец наваливается на меня всем телом и все-таки расстегивает пуговицу на джинсах. Паника усиливается, я борюсь, вырываюсь и кричу, за что он снова бьет меня головой о стену.

— Нет! Не смей! — дергаюсь, как жертва, попавшая в капкан. — Только попробуй!

— Попробую, — противный смех мне в лицо.

Чувство — будто стою над пропастью, в которую меня сейчас сбросят. Паника разрывает изнутри, ледяной ужас въелся в клетки. Но я не перестаю бороться.

— Черт, кто-то сюда бежит!

Глава 4. Смерть была не зря

Виктор

— Гонка в следующую субботу, я уже со всеми договорился. Будут пять машин. Поедешь?

— Трасса какая? — спрашиваю приятеля.

— Та, что в прошлый раз.

Замечаю, как из бара выходит Даша. Стоит у входа, смотрит в телефон. Я через дорогу. Не отрывая взгляда от экрана мобильника, она сворачивает в ту же подворотню, в которой мы разговаривали. На плече висит сумочка. Неужели уходит?

— Витос, ты тут? Ну так что?

— Да-да, я поеду.

— Отлично, записываю тебя.

Даже не попрощавшись, отбиваю звонок. Красный сигнал светофора горит слишком долго, и я решаю перебежать дорогу, пока мало машин. Захожу в бар и окинув взглядом Стаса, воркующего с блондинкой, решаю не мешать. Выхожу на улицу.

Ушла, значит. Строптивая какая. Знает таких, как я, видите ли. Ни черта она не знает. Сидела с утра до ночи за учебниками и даже света белого не видела. Это у нее на лбу написано.

Красивая, фигуристая. А еще хорошая и не испорченная. Давно таких чистых искренних девушек не встречал. Они, оказывается, еще существуют.

Где-то глубоко в сердце точит червячок сожаления, что не удалось нормально познакомиться. Даша навешала на меня ярлыков и даже не дала шанса. Обидно до ужаса. У меня ведь ни одного злого намерения на ее счет, хоть она и думает иначе.

Никогда себе не прощу, если не попытаюсь еще один раз.

Резко сворачиваю за угол и срываюсь на бег. Хоть бы не далеко ушла.

— Отпусти меня! Отпусти! — вдруг слышу истеричный крик где-то впереди. — Нет! Не смей! Только попробуй!

Это Даша, вдруг понимаю. Ее голос. В панике ускоряюсь в два раза и ближе к концу темного переулка замечаю очертания нескольких человек. В темноте плохо видно.

— Аааааа! Помогите!!!! — ее голос полон боли и отчаяния.

И теперь я наконец-то могу разглядеть, что происходит. Ее прижал к стене мужик, двое других стоят на стреме.

— Немедленно отпусти девушку! — кричу, подбегая к ним.

В жилах кровь стынет от осознания, что эти уроды собираются сделать. Совершенно лютый и неконтролируемый гнев разливается по венам, руки сами инстинктивно сжимаются в кулаки.

— Слышь, иди куда шёл, — говорит мне один из тех, что стоит на стреме.

Не отвечая, со всей силы заезжаю ему ногой по морде. Адреналин кипит в крови, требует выброса.

— Твою мать! — ругается второй.

Бросается на меня, но я успеваю отпрянуть назад. Подгибаюсь и бью его кулаком под дых. Гопник сгибается, скуля, но удерживается на ногах. Тот, что удерживает Дашу, оборачивается.

— Слышь, проваливай отсюда, — обращается ко мне. — А то пожалеешь.

С земли поднимается самый первый, которого я уложил ударом ноги. Я еще раз бью кулаком в морду второго, потом замахиваюсь на первого, но он успевает засадить мне коленом в живот. Глухая боль пронзает внутренности. На несколько секунд теряю бдительность и получаю еще одним ударом кулака в лицо.

Это дезориентирует. Но где-то на задворках сознания понимаю, что не должен останавливаться. За мгновение собираю все силы и еще раз бью ногой гопника, потом второго. Оба валятся на землю.

Тот, что зажимал Дашу, отпустил ее и грозно надвигается на меня. Он самый крупный из них всех. Даша за его спиной спустилась без сил на землю и плачет в ладони. Почему не убегает? Почему сидит тут?

Но я вынужден отвлечься от Даши на последнего, третьего урода.

— Или ты убираешься отсюда прямо сейчас, — достаёт из кармана нож. — Или я пощекочу тебя этим перышком.

Делаю на него резкий выпад, но гопник успевает отпрянуть назад. Еще один выпад — он снова на шаг назад. Двое других, медленно пошатываясь, поднимаются на ноги.

— Надо валить, — говорит один из них.