Инна Инфинити – Не по любви (страница 6)

Он в брюках и рубашке, с закатанными по локоть рукавами. Выглядит хорошо и бодро. Темные волосы слегка тронуты сединой, на лице есть небольшое количество морщин, при этом политтехнолог в хорошей физической форме: подтянут, без живота. На безымянном пальце правой руки поблескивает обручальное кольцо. Я интуитивно хорошо к нему расположена. Не знаю, почему. Мне кажется, его не стоит опасаться. Марк просто делает свою работу.

А вот на Севастьяна я стараюсь не смотреть. Хотя это сложно, потому что мой фиктивный жених против моей воли вызывает во мне слишком много эмоций. По большей части негативных. Вчера на вопрос о знакомстве с моей мамой Севастьян так на меня посмотрел, что я поняла: это не входит в его предвыборную программу. На фиг ему нигде не упало знакомиться с моей мамой.

— Приступим сразу к делу, — Марк садится за длинный стол в моей комнате. Я опускаюсь на стул напротив, Севастьян садится рядом с Марком, а стилист остается незаметно стоять в стороне. — Вам нужно красиво познакомиться, — смотрит сначала на меня, потом на Севастьяна. — Это должно быть знакомство, как в кино. Любовь с первого взгляда и все такое. После этого через два-три месяца делаем свадьбу, и далее Элла активно включается в жизнь области и предвыборную кампанию.

— Хорошо, — сухо соглашается Севастьян. — Как будем знакомиться?

— На Эллу нападут хулиганы, а вы ее героически спасете. Это должно произойти в людном месте, чтобы как можно больше очевидцев сняли все на телефоны и распространили по городским пабликам. Как только видео станет вирусным, подключатся местные журналисты. Нам нужны яркие заголовки. Что-то вроде: «Принц спас бедную девушку».

Принц. Марк не случайно использовал это слово. Вчера перед сном я снова стала читать про Севастьяна в интернете и нашла, что местная светская хроника окрестила его принцем. Поскольку Севастьян один из самых богатых людей в области и при этом не женат.

— Свадьбу сильно освещать не будем, — продолжает Марк. — Это должно быть камерное мероприятие только для самых близких. Будет достаточно нескольких фотографий в соцсетях Эллы с правильными подписями. Далее блогеры и журналисты все сделают за нас.

— Хорошо, — соглашается Севастьян.

Видно, что он очень доверяет Марку, потому и не спорит. У политтехнолога полный карт-бланш. Но, думаю, если Марк облажается, и его стратегия не сработает, то Севастьян открутит ему голову.

— Ваша жена, — Марк обращается к моему фиктивному жениху, — это ваше большое конкурентное преимущество перед другими кандидатами. У всех остальных жены так себе. Уже в возрасте, имеют лишний вес. Это не самые интересные для народа люди.

— Извините, — впервые подаю голос. — А как я могу стать конкурентным преимуществом? Я же всего лишь жена…

— Очень просто, — Марк растягивает губы в улыбке и достает из сумки ноутбук. — Сейчас покажу вам.

Он открывает крышку, быстро бьет по клавишам и разворачивает ноутбук экраном ко мне. Включается видео. Это старая запись того, как британский принц Чарльз и его жена принцесса Диана где-то идут. По бокам от них толпами стоят люди с плакатами в руках и что-то кричат. Чарльз и Диана сдержанно всем улыбаются и машут. Камера крупным планом показывает людей: почти на каждом плакате написано что-то про Диану. Я прислушиваюсь к крикам. Звучит: «Диана! Диана!».

Марк нажимает паузу.

— Видите? Всем плевать на Чарльза. Они хотят Диану. Теперь следующее видео.

Марк разворачивает ноутбук к себе, бьет по клавишам и затем снова поворачивает экраном ко мне.

Начинается второе видео. Теперь здесь принц Уильям и его жена Кейт Миддлтон. В принципе, все то же самое. Уильям и Кейт где-то идут, а люди выкрикивают «Кейт! Кейт!» и стоят с плакатами в ее честь. Марк нажимает паузу.

— Мужик сам по себе мало интересен. Всем интересна его спутница. Людям плевать, какой костюм на Уильяме. Они обсуждают, какое платье на Кейт. Людям плевать, какой костюм на Чарльзе. Они обсуждают, какое платье на Диане. Элла, вы когда-нибудь смотрели видео с премии Оскар?

Он еще спрашивает?

— Я не сплю всю ночь и смотрю прямые эфиры.

— Когда Оскар проходит, что все обсуждают помимо победителей?

Я на мгновение задумываюсь.

— Платья актрис? — выдвигаю предположение.

— Совершенно верно. Когда Оскар проходит, обсуждают победителей и платья актрис. Но вы когда-нибудь слышали, чтобы после Оскара обсуждали смокинги актеров?

— Нет.

— Правильно. Потому что мужик всегда просто в черном смокинге. А он скучный и неинтересный. Да, он может как-то разнообразить свой смокинг. Надеть не черный, а белый. Выбрать забавную бабочку. Но все равно никогда не будут обсуждать мужской костюм так, как обсуждают женское платье. Если мужчина пришел на красную дорожку вместе со спутницей, то будут обсуждать именно ее. В чем пришла, как накрасилась, какая была прическа, какие туфли. И если спутница нравится зрителям, то растет и симпатия к мужчине. Поэтому правильно подобранная жена — это половина успеха любого политика.

— Марк, а как же я потом с ней разведусь? — задает резонный вопрос Севастьян.

А ему не терпится развестись со мной так же сильно, как и мне с ним. Марина на мозги капает?

— Вы выиграете выборы, а до следующих все уже забудут про вашу бывшую жену.

— Ну а для вторых выборов мне придется снова жениться?

— Нет, вы будете переизбираться как действующий губернатор, так что на вашей стороне и так будет преимущество. Ну и если вы за первый срок что-то полезное для людей сделаете, за вас проголосуют. Жена — это, как я сказал, половина успеха любого политика. А вторая половина зависит от него самого.

Севастьян пристально смотрит на меня. Как будто еще раз оценивает, гожусь ли я на роль жены, способной обеспечить ему половину успеха. И по его взгляду понимаю: мне нельзя облажаться. Груз ответственности ложится на меня бетонной плитой…

Глава 9. Отморозки

Полуденное солнце близится к закату. Я иду по центру города, любуясь архитектурой. Здесь красиво. Намного красивее, чем в моем родном городе. Чистые ухоженные тротуары, большая набережная, парки, много молодежи и модных заведений. На мне кремовое летнее платье от российского дизайнера и белые кеды. Мои светлые волосы распущены по спине, на глазах солнечные очки. Почувствовав в теле усталость после долгой прогулки на жаре, я поднимаю очки на голову и захожу в кафе.

Меня сразу окутывает приятная прохлада от кондиционера. Выдыхаю с облегчением. На улице так жарко, что асфальт плавится.

— Вас ожидают? — подходит ко мне девушка-администратор.

— Нет, я одна. У вас найдется свободный столик?

— Да, выбирайте любой, — указывает рукой на столы в зале.

— Спасибо.

Кафе почти пустое. Я шагаю к столику у окна. Вешаю на спинку стула сумочку и сажусь. Мне приносят меню. Я выбираю салат и свежевыжатый сок. Достаю из сумки телефон и листаю соцсети. Через пятнадцать минут передо мной ставят красивую тарелку с салатом и напиток. Я делаю фотографию еды и выкладываю в сторис. Только после этого принимаюсь есть. Вкусно. И я правда проголодалась, пока гуляла.

Двери кафе распахиваются, и входит шумная компания из трех парней. Они сильно контрастируют с немногими посетителями заведения, да и с остальными молодыми людьми, которых я встречала на улице города. Громко разговаривают, гогочут, вульгарно себя ведут. Но их не просят покинуть кафе, а предлагают занять любой свободный столик.

Громко матерясь, они плюхаются на диван позади меня. Не только я поежилась от их отборного мата, но и женщина за соседним столиком. Мы с ней переглянулись и одновременно скривились. К компании придурков подходит администратор и вежливым тоном просит их вести себя потише. Я жду, что они пошлют ее на три буквы, но неожиданно хулиганы слушаются. Правда, не на долго. Через пять минут их голоса снова повышаются, начинается гогот и мат.

Мне неуютно. Я оглядываюсь по сторонам в поисках охраны. Но не вижу никого, кто мог бы походить на секьюрити.

За моей спиной раздается громкий свист.

— Эй, красотка, маме зять не нужен?

Это они мне? Снова испуганно переглядываюсь с женщиной за соседним столиком. Ей лет сорок пять, есть небольшой лишний вес. Может, они это ей?

— А почему такая красивая девушка одна? — раздается над ухом все тот же противный голос.

Все-таки это было обращение ко мне. Сейчас один из придурков возвышается над моей головой.

— Здесь не занято? — показывает на свободный стул напротив и, не дожидаясь ответа, садится на него. — Меня Гера зовут, — зачем-то представляется.

От страха вилка выпадает из рук, и моментально пропадает аппетит.

— Здесь занято, — выдавливаю из себя, как можно увереннее, чтобы не выдать своего испуга.

Но Гере безразлично.

— Да, занято. Мной, — и громко ржет. — Так как тебя зовут?

Я поднимаю вверх руку и прошу официантку принести мне счет. А впрочем, зачем ждать чек? Я примерно помню, сколько стоили салат и сок. Оставлю чуть больше. Как хорошо, что я взяла наличные.

Бросив на стол купюры, решительно поднимаюсь с места.

— Эй-эй, красотка, ты че такая резкая, а?

Мне кажется, лучше всего вообще не отвечать и никак не реагировать. Он ведь только этого и добивается — моей реакции. Под сочувствующий взгляд женщины я набрасываю на плечо сумочку и делаю шаг в сторону выхода, но неожиданно придурок хватает меня за руку: