Инна Инфинити – Не бывший (страница 8)

Но Стас звонит. Каждый день звонит вот уже три месяца. И один-два раза в неделю остается с ночевкой у меня.

Поэтому я не сержусь на него за его реакцию на появление Яна. Такая реакция говорит о том, что он мною дорожит. А прежде никогда ни один мужчина мною не дорожил.

- Я хочу проводить время только с тобой, - говорю тихо, повернувшись на бок. - Но я не могу исключить Яна из нашей с Мишей жизни. Однако, я подумала, можно использовать Яна для того, чтобы мы с тобой проводили больше времени наедине.

- Каким образом?

Мне кажется, или Стас воодушевился?

- Чаще нагружать его отцовскими обязанностями. Он задолжал Мише целых пять лет. Пускай несколько раз в неделю забирает его из садика и проводит с ним вечера, также я планирую поделить с Яном выходные. Таким образом мы с тобой чаще сможем быть вместе.

Стас улыбается в трубку. Я чувствую это. Ура! У меня получилось!

- Звучит неплохо.

- Тогда я передам Мишу на ближайшие выходные Яну, а мы с тобой проведем вместе целых два дня! Даже можем куда-нибудь съездить.

- Ко мне на дачу, - тут же предлагает.

- Мммм, я уже предвкушаю.

Осталось только дожать Яна.

Глава 11. Букет

Глава 11. Букет

Ян повергает меня в шок, когда на следующий день вечером снова заявляется к нам домой. Без предварительного звонка и без предупреждения. Мы с Мишей ужинаем на кухне, когда раздается звонок в дверь. .

- Папа! - сын тут же подскакивает на стуле, а глаза загораются восторгом и радостью.

- Твой папа не звонил и не предупреждал, что приедет.

- Он мне вчера пообещал, что сегодня тоже к нам придет.

Что? Почему я об этом не знаю?

Звонок в дверь повторяется.

Я встаю открыть, мысленно надеясь, чтобы это был не Ян. Уж лучше соседи снизу с претензией, что мы их затопили.

Но посмотрев в глазок, я вижу отца своего ребёнка. Недовольно вздохнув, поворачиваю замок и открываю.

- Привет! - Ян снова улыбается своей фирменной улыбкой. - А я к вам. Можно?

Я бы сказала, что нельзя, но Мишка уже выбежал в коридор и увидел Яна.

- Папа! Ура!

Мне приходится открыть дверь шире и впустить своего недобывшего в квартиру. Только сейчас замечаю, что у него в одной руке пакет, кажется, с продуктами, а во второй небольшой букет.

- Я же обещал тебе вчера, что приеду снова. А это нашей маме, - Ян протягивает мне букет.

Я в такой растерянности, что несколько секунд стою истуканом и тупо таращусь на цветы. Букет небольшой и аккуратный. В нем пионовидные розы, веточки эвкалипта и какие-то маленькие белые цветочки, названия которых я не знаю.

- Спасибо, - отмираю и принимаю букет.

На мгновение встречаюсь взглядом с Яном, и из легких весь воздух вышибает. Его темно-карие глаза смотрят с озорным огоньком. С таким он смотрел на меня много лет назад в Сочи.

Отворачиваюсь.

- Папа, а что ты купил? - судя по шелестящим звукам, Миша лезет в пакет Яна.

- Всякие вкусняшки.

- О, тортик. И мороженое. И шоколадки. Я хочу торт.

- Сначала макароны доешь, - буркаю и ухожу в свою комнату, чтобы поставить цветы в вазу.

Закрыв за собой дверь, опускаюсь носом в букет. Он пахнет нежно и с легкой кислинкой. Долго и задумчиво смотрю на цветы, прежде чем поставить их в вазу.

Ян дарил мне цветы только один раз. На выписку из роддома, когда приехал забирать меня с Мишей. Тогда он вручил мне огромный букет из сто одной розы, который не помещался в руки. Я потеряла дар речи, поскольку, во-первых, на секунду понадеялась, что такой большой и дорогой букет означает, что у Яна есть ко мне чувства, а во-вторых, до этого сто одну розу видела только на картинках в пинтересте.

Но тот букет ничего не значил. Вообще ничего. Ян вручил мне его, потому что, забирая женщину из роддома, принято дарить ей цветы. Вот и все. На следующий день после выписки мы пошли в МФЦ, где Ян признал отцовство, а ещё через день он улетел в свою Тюмень.

Через неделю букет из сто одной розы завял, и я порядком намучилась, чтобы его выбросить. Лифт в старой съемной квартире был очень маленьким, я едва помещалась в него с коляской. А тут ещё цветы нужно было переть вниз. В мусоропровод они не влезали.

При выходе из лифта на первом этаже нужно было спуститься вниз по ступенькам. И вот я в одной руке с коляской с грудничком, во второй с тяжеленным букетом роз с острыми шипами, из которого постоянно выпадали цветы, спускалась по этим ступенькам, а потом открывала две железные двери из подъезда на улицу.

Я исколола себе шипами роз все руки, прокляла тот букет и Яна вместе с ним.

В следующий раз отец моего ребёнка вспомнил обо мне через месяц. Написал сообщение с вопросом, как дела, и попросил прислать ему несколько фото и видео Миши. К тому моменту мои иллюзии по поводу того, что мы с Яном можем быть вместе, окончательно рассеялись. Иногда цветы не значат ровным счетом ничего. Банальный знак вежливости. Но очень часто наивные девушки принимают вежливость за любовь.

Как хорошо, что я больше не такая.

Я оставляю цветы на тумбе возле телевизора, достаю вазу и иду набирать воду. Голоса Яна и Миши доносятся с кухни. Набрав в ванной воды, возвращаюсь в комнату и ставлю цветы.

И все же помимо вежливости букет же что-то означает? Ян ко мне подлизывается? Пытается меня задобрить? Пустить пыль в глаза? А зачем? Я же не препятствую его общению с Мишей, хоть и не в восторге от того, что недобывший возник на нашем пороге.

Но в одном я уверена точно - цветы от Яна не означают симпатию ко мне и уж тем более какие-то глубокие чувства. И как тогда в роддоме я могла такое подумать, увидев сто одну розу? Просто наивной была и в глубине души очень хотела, чтобы Ян меня любил и предложил пожениться. Но больше у меня нет розовых очков.

Глава 12. Динозавры

Глава 12. Динозавры

Я возвращаюсь на кухню, к Мише и его отцу. Пока я ставила в вазу цветы, Ян по-хозяйски наложил себе в тарелку моих вчерашних макарон по-флотски. Теперь сидит за столом на своем вчерашнем месте напротив Миши и разговаривает с сыном про динозавров. Как ни в чем не бывало. Папа пришел домой с работы и сел ужинать со своей семьей. Ничего необычного.

Вот только мы не семья.

Проглотив удивление и возмущение, сажусь на свое место и продолжаю есть. Не то что бы мне жалко для Яна тарелки макарон, просто не очень понимаю, с чего вдруг такая фамильярность. Я не участвую в разговоре Миши с отцом, но мысленно радуюсь, что наконец-то сын нашел, с кем ему поговорить о динозаврах. Я никогда не могла поддержать разговоров об этих рептилиях, поскольку ничего о них не знаю кроме того, что они вымерли сколько-то миллионов лет назад.

А Ян целую лекцию Мише читает. Я аж невольно заслушиваюсь:

- Ученые не могут определиться, полностью ли вымерли динозавры, - вещает Ян со знание дела. - Некоторые ученые придерживаются мнения, что птицы - это оперенные динозавры.

- Птицы - это настоящие динозавры? - Миша аж рот разевает.

Я тоже с удивлением гляжу на Яна.

- Их потомки. Считается, что летающие и пернатые динозавры пережили вымирание шестьдесят миллионов лет назад и дожили до наших дней. Поэтому всех вымерших динозавров правильно называть «нептичьими динозаврами».

Миша поворачивает голову ко мне.

- Мам, ты знала?

- Не-а.

Сын снова возвращает внимание к отцу.

- То есть, вот прям все птицы - это динозавры?

- Ну нет так, конечно. Современные птицы - это потомки тех пернатых динозавров. За шестьдесят миллионов лет они сильно эволюционировали и изменились. Так что не совсем правильно говорить, что среди нас живут и летают динозавры. Птицы - это их модифицированные потомки.

Миша снова смотрит на меня.

- Мам, я хочу завести птичку. Можно?

- Зачем?