Инна Инфинити – Навсегда моя (страница 7)

Пока не могу понять, как я отношусь к тому, что Севастьян проводит время с нашим сыном, от которого осознанно отказался. Я мечусь между желанием прогнать Севастьяна и желанием позволить ему остаться. В итоге второе побеждает. Пользуясь случаем, отлучаюсь в ванную. Сева же не похитит у меня ребёнка, пока я буду мыться? На всякий случай вытаскиваю из входной двери ключ. Я не доверяю Терлецкому.

Быстро принимаю душ, смываю макияж, одеваюсь в домашний спортивный костюм и возвращаюсь в детскую. Когда захожу в комнату, передо мной открывается картина маслом: Оскар и Севастьян лежат на коврике и играют в магнитный поезд.

- Привет, паровоз! - говорит Оскар поезду Севы.

- Привет, паровоз! - отвечает Сева поезду Оскара. - Куда ты едешь?

- На море!

- Ого! Ты едешь на море! Как здорово! А я еду в лес.

- Пока, паровоз!

- Пока, паровоз!

Они разъезжаются в разные стороны. Затем снова встречаются и по новой.

Ни Оскар, ни Севастьян в мою сторону даже не смотрят. Я ложусь на диван и наблюдаю со стороны. Они нашли общий язык. Впрочем, Оскар контактный и со всеми находит общий язык. Важно другое. Оскару интересно играть с Севастьяном. Сын по-настоящему увлечен.

Бывший муж тоже выглядит увлеченным и смотрит на Оскара, как на какое-то божество. Наблюдаю за Севой из-под полуопущенных век. И какая муха его укусила? Почему вдруг захотел общения с Оскаром? И почему не хотел раньше?

Боль в груди снова всколыхнулась. Я столько слез выплакала в подушку, когда Севастьян отказался от ребёнка. Вдвойне чувствовала себя брошенной, преданной, растоптанной и уничтоженной - за себя и за малыша. Вспоминаю, как искала клинику для наблюдения беременности, как врач посмотрела на меня с заметным животом и ужаснулась: «Вы до сих пор не встали на учет по беременности? И не сделали ни одного узи? Милочка, да у вас уже второй триместр вовсю идет».

Я не рассказала врачу, в каком ужасном состоянии находилась. Мне сразу сделали УЗИ, и слава Богу с ребёнком все оказалось хорошо. До самого конца беременность протекала хорошо, и я родила здорового ребёнка.

Глава 9. Утро

Я резко подскакиваю.

Темно. Первые секунды не понимаю, где нахожусь. Осматриваюсь.

Это комната Оскара. Я уснула у него на диване. Поворачиваю голову. Сына рядом нет.

События минувшего вечера восстанавливаются в памяти. Севастьян подкараулил меня у подъезда, я позволила ему подняться в квартиру. Громким разговором на кухне мы разбудили Оскара. Сын не захотел больше спать, и они с Севой начали играть. Я прилегла на диван и наблюдала за ними со стороны, а потом… Видимо, уснула.

Под кожей ползет страх, в ушах стучит пульс. Где Оскар? Я скидываю с себя покрывало (откуда оно только тут взялось?) и выбегаю из комнаты. Свет нигде в квартире не горит. Гробовая тишина, в которой слышно только сумасшедшее биение моего сердца.

НЕУЖЕЛИ СЕВАСТЬЯН УКРАЛ У МЕНЯ РЕБЁНКА??????

Забегаю в гостиную и в шоке торможу.

Что?

Диван в гостиной разложен. А на нем спят… Оскар с Севастьяном. У меня аж челюсть отвисает от такой картины. Сын лежит на боку, Сева обнимает его одной рукой. Оскар укрыт одеялом, а бывший муж спит в одежде. На полу возле дивана разбросаны игрушки.

Я потеряла дар речи…

Который час вообще?

Выхожу в прихожую и достаю из сумки свой мобильный телефон. Шесть утра. Через час зазвенит будильник, надо будет вставать и начинать новый день.

Я возвращаюсь в зал и, привалившись плечом к дверному косяку, снова смотрю на спящих Оскара и Севу. Они не зашторили окна в гостиной, поэтому первые лучи солнца хорошо их освещают. Сейчас особенно видно сходство между ними. У Оскара такие же светлые волосы и голубые глаза, как у меня. Но все остальные черты - от Севастьяна. Подбородок, нос, скулы, овал лица - в отца. И глядя на них двоих спящих, не могу не улыбнуться.

Не сильно отдавая себе отчета в действиях, разблокирую телефон, навожу камеру и фотографирую Севу с Оскаром. От вспышки и щелчка бывший муж резко отрывает голову от подушки. Я едва успеваю спрятать телефон за спину. Севастьян смотрит на меня, прищурившись. Затем расслабляется.

- Шесть утра, - говорю. - Тебе не пора на работу?

Он трет лицо и садится на диване. Затем поворачивает голову назад к ребёнку.

- Как так вышло, что вы вместе уснули?

- Ты заснула в комнате Оскара. Чтобы тебя не разбудить, я увел его играть в другую комнату. Потом он захотел спать, я разложил диван, он лег и уснул. Я хотел уйти, но дверь в квартиру оказалась заперта на ключ. Ты так крепко спала, мне было жаль тебя будить, поэтому я решил переночевать у вас. Извини за эту наглость.

Вспоминаю, как ночью перед походом в душ я спрятала ключ от входной двери, боясь, что Сева похитит у меня ребёнка, пока я буду мыться.

- Тебе следовало разбудить меня. Больше таких вольностей в своей квартире я не потерплю.

Мой строгий тон скорее для видимости. На самом деле я не сержусь на Севу за то, что остался на ночь у нас. Должна бы сердиться, но почему-то не испытываю зла. Наверное, слишком милой оказалась картина, как они с Оскаром спят в обнимку.

Я ухожу в ванную. Еще раз принимаю душ, чтобы смыть с себя остатки сна. Когда выхожу, слышу возню на кухне.

- Не могу разобраться с твоей кофеваркой. Можно мне кофе?

Я подхожу к Севе и нажимаю нужные кнопки. Откуда во мне вдруг столько доброты взялось? Почему я не гоню его в шею? И правда, выставить бы Терлецкого за дверь, а я вместо этого варю ему кофе.

- Будешь омлет? - спрашиваю.

- Буду.

Я включаю варочную панель и начинаю готовить омлет. Затылком чувствую, как Севастьян наблюдает за мной. От его взгляда покалывает кожу, а по венам разгоняется волнение, как у юной девчонки на дискотеке, когда на нее смотрит симпатичный парень. Я злюсь на себя. Что за гостеприимство я тут устроила для человека, который не стоит того, чтобы я тратила на него даже минуту своего времени?

Но на миг мне кажется, что не было этих четырех лет разлуки, не было болезненного развода, не было событий, разделивших мою жизнь на до и после. Я просто стою у плиты и готовлю омлет для своей первой любви, для своего первого мужчины, который подарил мне чудесного ребёнка.

- Знаешь, а я ходил в кинотеатр на все твои фильмы, - тихо говорит Севастьян, чем буквально парализует меня.

Глава 10. Имя

Я стою неподвижно несколько бесконечно долгих мгновений, пока до меня доходит смысл сказанного Севастьяном. Затем медленно оборачиваюсь к нему.

- Что?

- Я смотрел твои фильмы. Все, в которых ты снялась на данный момент.

У меня аж челюсть отвисает. Не то чтобы я снялась в сотне фильмов. Нет, всего в трех. Даже в плотном графике губернатора найдется время, чтобы посмотреть за четыре года три фильма. И все же…

- Зачем?

- Что «зачем»?

- Зачем ты ходил на мои фильмы?

- Ты моя любимая актриса. А обычные люди, как правило, смотрят фильмы с любимыми актерами.

- Это ты-то обычный человек? - усмехаюсь и отворачиваюсь обратно к варочной панели. Сковородка раскалилась, выливаю на нее яичную смесь для омлета и накрываю крышкой. На самом деле меня цепанули слова не про обычного человека, а про любимую актрису. Но я не хочу на них зацикливаться.

- Да, я обычный человек. Я не знаменитость, как ты, у меня нет толпы поклонников.

Прикрываю глаза, стараюсь дышать ровно и спокойно. Не понимаю, для чего Севастьян это говорит. Даже если действительно ходил в кино на мои фильмы.

- Ты таким образом решил подлизаться ко мне, чтобы я позволила тебе видеться с Оскаром? Так вот я не ведусь на лесть.

- Я не льщу тебе. Я говорю правду, Элла.

«Правда» Севастьяна выбивает у меня почву из-под ног. Я не падка на лесть и красивые речи, но слова бывшего мужа про любимую актрису пробираются под кожу.

- А я не смотрела твоих выступлений по телевизору, - огрызаюсь. - Один раз мне попалось в новостях, как ты встречался с президентом. Я переключила на другой канал. Не хотела тебя видеть.

Сева ничего не отвечает, но я чувствую, как смотрит на меня.

Омлет готов, я выключаю варочную панель, поднимаю крышку и разрезаю блюдо на кусочки. Одну половину кладу Севастьяну, вторую себе. Ставлю тарелки на стол, следом за ними кружки с кофе. Я сажусь напротив Севастьяна и принимаюсь есть, не глядя на него.

- Почему ты назвала нашего сына Оскаром? - спрашивает, делая глоток американо. - В честь премии Оскар?

У меня вилка из рук выпадает и со звоном бьется о тарелку. Как же я ненавижу этот вопрос! Все, вот абсолютно все люди, думают, будто я назвала своего ребёнка в честь премии американской киноакадемии. И как же меня это бесит! Потому что это не так! Я назвала сына НЕ в честь премии Оскар.

Еще до того, как сказать Севастьяну о беременности, я подумала, что если вдруг будет мальчик, то имя Терлецкий Оскар Севастьянович будет звучать красиво. И я так быстро прикипела к имени Оскар, что уже не представляла для мальчика другого. А потом Севастьян сказал, что ему не нужен ребёнок, и отказался признать его своим. Мечта о красивом необычном ФИО для сына разбилась в прах. Вместо Терлецкого Оскара Севастьяновича сын стал Оскаром Меркуловым. По моей фамилии. А отчество я дала произвольное - Александрович.

Но ничего этого я бывшему мужу не скажу.