Инна Инфинити – Любовница (страница 7)
В какой-то момент Яша стал мне ближе Ланы. Это, наверное, началось в подростковом возрасте. Мне было четырнадцать, Лане семнадцать, а Яше двадцать. Я хотела посоветоваться о чем-нибудь с сестрой, но так как у нас кардинально разное мышление, она все время советовала мне какую-то ерунду. Тогда я шла к старшему брату. Вот его советы всегда были очень верными. Так из брата и сестры мы еще стали лучшими друзьями.
Я могу рассказать Якову что угодно. Я даже могу рассказать ему, что этой ночью чуть не переспала с женатым незнакомцем. Он не осудит меня, не будет ругать и критиковать. И совершенно точно не сдаст меня папе. Яков выслушает меня, скажет что-то утешающее и даст совет.
А вот если я расскажу про Марка Лане, то она начнет орать на меня истерично что-то вроде: «Эви, где твоя башка! Как ты могла!? Это позор для всей нашей семьи!». Еще и маме нажалуется. А та, в свою очередь, папе.
Но я все равно люблю свою сестру. Просто не откровенничаю с ней.
— И что же вы обо мне говорите? — спрашиваю, заранее зная ответ.
Мама старательно нарезает пирог с серьезным видом.
— Что ты выйдешь замуж за Вадима Островского! — радостно взвизгивает сестра. Ее глаза аж загорелись от восторга. — Это так здорово, Эви! Ты станешь частью одной из самых влиятельных семей нашей страны! Аааааа! Как же это круто!!!
Лана начинает подпрыгивать на стуле и хлопать в ладоши. Мама и Оля тоже счастливо улыбаются, как будто выиграли в лотерею миллиард.
Я замечаю сбоку движение. Поворачиваю голову влево. В дверном проеме на кухню стоит брат. Яша прислонился плечом к косяку и скрестил на груди руки. Он тоже уже знает, что папа выдает меня за Островского.
Брат не радуется. Совсем.
Глава 9. Обед
— А ты, Эви, хочешь замуж за Вадима Островского? — спрашивает Яков и проходит к нам в кухню. Отодвигает соседний со мной стул и садится.
Все изумленно смотрят на Якова. Странный вопрос. В нашей семье таких вопросов не задают.
— Эм, не знаю… Папа мне только вчера объявил. Ну да, хочу, — издаю смешок. Надеюсь, никто не заметил, что он получился с доброй порцией сарказма.
— Как можно не хотеть замуж на Вадима Островского!? — восклицает Лана. — Это замужество — билет во все двери, во все кабинеты, во все дома. Эви, мы будем записываться на встречу с тобой у твоей секретарши за месяц, — шутит.
Мама и Оля смеются. Я тоже выдавливаю из себя смех. Яков сидит серьезный
— Ты что такой хмурый? — спрашивает его Оля.
Брат не успевает ответить, потому что на кухню входят папа и муж Ланы Антон. Последнего я просто органически не перевариваю за то, как он обращается с моей сестрой. А именно изменяет ей направо и налево. И хотя моя сестра считает это нормальным, ведь то дешевые прошмандовки, а она законная жена, я не могу считать это нормой.
Мне обидно за Лану. До глубины души обидно.
— Здравствуй, дорогая, — папа чмокает меня в макушку. — Все в сборе, можно и пообедать.
Папа садится во главе стола. Антон опускается на стул рядом с Ланой. Мама ставит на середину стола порезанный на кусочки пирог, а затем направляется ко второй духовке и вытаскивает из нее противень с зажаренной курицей и картофелем. Я недавно ела, но от маминых кулинарных изысков не отказываюсь. Она готовит вкусно, но редко. Чаще готовит прислуга. Мама только по выходным, когда приезжают брат и сестра с семьями.
Лана и Оля встают из-за стола и направляются с игровую комнату за своими детьми. У сестры два сына, у брата сын и дочка. Шумные племянники на несколько минут отвлекают нас всех от мыслей об Островских. Когда Лана и Оля рассаживают их по местам, включают на телефонах мультики и суют им в руки ложки, на кухне снова воцаряется серьезная атмосфера.
— Так, ну все уже в курсе новостей, — начинает папа, когда мама раскладывает всем обед по тарелкам и садится рядом с отцом по правую руку от него. — С Островскими вопрос решен.
Я судорожно выдыхаю.
Мультики племянников, хоть и работают тихо, чтобы не мешать разговору взрослых, а все равно сливаются в какую-то какофонию звуков. Это действует на нервы. У меня появляется резкая головная боль.
— И Вадим согласен на мне жениться? — спрашиваю, потерев висок.
— Да.
— А зачем ему брак с Эвелиной? — интересуется Яков. — Наш интересен понятен. А интерес Островских в чем?
— Островский-старший считает, что сыну пора остепениться и заняться серьёзными делами. Он сейчас вводит Вадима в курс дела в своем бизнесе, готовится передать ему свое кресло.
У Островских много какой бизнес. Они чем только не занимаются. И алмазы добывают, и пшеницу сажают, и шоколадные батончики продают. Они засунули свои щупальца абсолютно во все отрасли экономики нашей страны.
— Что значит «сыну пора остепениться»? — спрашиваю я.
Мне эти слова не очень понравились. Я напряглась еще сильнее.
БОЖЕ, ЗАЧЕМ ВКЛЮЧАТЬ ОДНОВРЕМЕННО ДВА РАЗНЫХ МУЛЬТИКА!?
— Ну, как я понял, Вадику уже тридцать лет, а он ничем серьезным до сих пор не занимался.
Папа слегка мнется, как будто не хочет об этом говорить. Уж не имеет ли он в виду то, что Островский-младший регулярно попадал в не очень приятные истории? В наших кругах ходили об этом сплетни, но я не вслушивалась. Если бы знала, что Вадим мой будущий муж, ловила бы каждое слово из уст сплетников. А так я только знаю, что у него какая-то неприятность в Дубае была.
— А ты уверен, что Вадик возьмется за голову? — спрашивает Яков. — Если до тридцати лет ничем толковым не занимался, то с чего вдруг ему начинать это делать?
— Я разговаривал с Вадиком. Нормальный он парень. Ну любил в студенчестве покутить, с кем не бывает. Потом долго искал себя, не хотел сидеть на шее у отца. Это, кстати, похвально. Какой-то свой стартап начинал с приятелем. Но Островский-старший стал слишком часто болеть и велел сыну завязывать с игрушками, жениться и готовиться перенять семейный бизнес. Я уверен: Вадим и Эвелина составят прекрасную партию!
Все глаза за столом смотрят на меня.
— Я рада! — снова хлопает в ладоши Лана. — Папа, ты выбрал для Эви самого лучшего мужа!
Отец с довольным видом кивает головой.
— В ближайшие дни Островские приедут к нам свататься официально. Эви, — отец впивается в меня строгим взглядом. — Ты ведь скажешь «Да»?
— ГОСПОДИ, — подскакиваю со своего стула как ужаленная, — ДА МОЖНО УЖЕ ВЫКЛЮЧИТЬ ЭТИ ДЕБИЛЬНЫЕ МУЛЬТИКИ!!!???
Глава 10. Жених
Помолвку назначают через два дня. Это среда, поэтому время вечернее. За день у нас дома начинаются масштабные приготовления. Мама поднимает на уши всю прислугу и заставляет вылизать каждый угол в нашем трехсотметровом доме. Как будто они не вылизывают здесь углы ежедневно.
Повар составляет меню трижды. Мама постоянно что-то не устраивает, и она заставляет заменить блюда. В итоге родительница сама придумывает меню. Вернее, берет из интернета меню, которое было на государственном банкете британской королевской семьи в честь визита в их страну президента США.
На меня слишком сильно давит то, как семья воспринимает мою помолвку с Островским. Для помолвки Ланы с Антоном таких приготовлений не было. Я вообще не помню, когда бы в нашем доме все так стояли на ушах, как перед приездом Островских.
Маму не устраивает, что для помолвки я выбираю одно из своих старых платьев. Она считает, что в связи с важностью события я должна была быстро смотаться в Милан и купить себе что-нибудь новое из последней коллекции. Но мне удается отстоять свое старое платье. Ему два года, покупалось в Париже, надевалось всего один раз. Платье из натурального шелка цвета пыльной розы. В меру скромное. Грудная клетка закрыта, юбка доходит почти до колен. Стилист, который собирал Лану в день свадьбы, делает мне прическу и скромный дневной макияж.
Смотрю на себя в зеркало. Скромная невеста-девственница. И как будто дефекта никакого нет.
Наверное, я единственная в своей семье, кто не паникует перед приездом Островских. У меня нет ни мандража, как у мамы, ни адреналина, как у Ланы. Я сама удивляюсь своему спокойствию. Казалось бы, должна переживать. Но ничего такого нет.
Мне абсолютно все равно. Полнейшее безразличие.
Наплевать.
Толку нервничать, если все уже решено?
Островские приезжают на двух машинах. В первой Островские-старшие. Глава семейства Родион Родионович. Богатейший бизнесмен страны. Считается вхожим в кабинет президента. С ним в автомобиле его супруга Раиса. Родион Родионович сорок лет женат на одной женщине. Это, конечно, не значит, что все сорок лет он хранит ей верность. У них трое детей.
С водительского места второй машины выходит, собственно, мой жених — старший сын Родиона Родионовича и Раисы. Я жадно всматриваюсь в него через прозрачную занавеску своей комнаты. Вадим не видит меня. Он стоит в свете фонарей нашего двора, а я в полной темноте своей комнаты. Вадим в костюме с галстуком, мелкий дождь моросит на его короткие светлые волосы.